Безнадежный

— Напиши мне, когда вернёшься. Я буду чем-нибудь занят, пока ты не закончишь.

Затем он переходит дорогу. Идёт на собеседование.

А я? Я — эмоциональная лужа.

Я брожу по кампусу в оцепенении.

Я пью кофе, который на вкус пресный и водянистый. Тот, что готовит Бо, лучше.

Я гуляю, высматривая кафе или рестораны, где могут быть вакансии. Я отношу резюме в два места, которые мне понравились. Оба раза меня встречают с улыбками и энтузиазмом. Люди, которые, казалось, были рады возможности меня нанять. Это мило, но.. мне от этого не очень хорошо.

Первая квартира, которую мне показывают, — это кондоминиум на двенадцатом этаже. Женщина, которая показывает мне квартиру, кажется довольно милой, когда ведёт меня по помещению с большими окнами и прекрасным видом. Но когда она говорит: «А вот здесь можно поставить маленький обеденный стол», указывая на практически пустое пространство, я начинаю плакать.

Потому что этого места недостаточно, чтобы разместить Итонов. А я хочу этого. Я хочу Бо, и я хочу эту жизнь, и я.. Боже, как бы я хотела, чтобы он был здесь, со мной.

Смотреть на места, где можно жить без него, кажется неправильным. Особенно после той самодовольной маленькой бомбы, которую он сбросил на меня прямо перед тем, как выйти из моего грузовика. Так непринуждённо. Как будто он с самого начала знал то, чего не знаю я.

Я прижимаю ладонь к центру груди, чтобы унять боль, пока спускаюсь на лифте в вестибюль. Я почти уверена, что это место не для меня. Не только потому, что я почти уверена, что никто не захочет сдавать свою квартиру девушке, которая плачет из-за столовой, но и потому, что эта столовая просто недостаточно большая.

В этот момент я скучаю по Бо сильнее, чем за последние три дня.

Я гадаю, что он делает.

Я гадаю, что он чувствует.

Я гадаю, понимает ли он, что делает.

Я гадаю, пожалеет ли он о том, что изменил свою жизнь ради меня. И эта мысль просто сокрушает меня.

Я не иду на следующую встречу. Не думаю, что смогу смотреть на другую столовую и думать о Бо. Я хочу забраться к нему в постель и чтобы он обнимал меня.

Я не пишу ему. Я просто возвращаюсь в пожарную часть, готовая ждать его, если придётся.

Но мне не приходится.

Когда я подъезжаю, он сидит на скамейке на солнце, широко расставив ноги, и листает что-то в телефоне.

Можно было бы подумать, что оператор первого уровня заметит меня через дорогу, но он этого не делает. Поэтому я наблюдаю за ним. Он улыбается, и его плечи вздрагивают от смеха.

Интересно, что он смотрит.

Интересно, как прошло его собеседование.

Интересно, как долго он ждал.

Интересно, голоден ли он или уже пообедал.

Интересно, не против ли он, если я сяду рядом с ним.

Такое ощущение, что мой мозг — это просто ода Бо Итону. Я всё время, чёрт возьми, думаю о нём. Беспокоюсь о нём. Жажду его.

Я смотрю на него, когда он наконец поднимает взгляд, словно почувствовав, что я здесь, впитываю его в себя. Околдована им.

Уже не в первый раз за сегодня он одаривает меня улыбкой, от которой всё моё тело теплеет. Она искренняя, проникновенная и чертовски мальчишеская.

Мне нравится эта улыбка.

Не раздумывая больше, я поворачиваю ключ в замке зажигания и выхожу из машины. Бросив быстрый взгляд в обе стороны, я иду к нему.

Ладно, скорее бегу.

— Привет, — шепчу я, останавливаясь перед ним и глядя ему в глаза.

— Привет, — говорит он, похлопывая по скамейке рядом с собой.

Я делаю глубокий вдох и сажусь рядом с ним. Деревянные планки тёплые под моими голыми ногами, и я чувствую себя в безопасности рядом с сильным телом Бо.

— Как прошло собеседование?

— Я получил работу, — в его голосе звучит гордость, и у меня наворачиваются слёзы. — И не потому, что они знали, кто я такой. Они сразу отправят меня в тренировочную группу из-за моего опыта в JTF2. И это.. Я это заслужил. Я очень усердно работал, чтобы попасть в это подразделение. Это важная часть меня, которой я всегда буду. Я скучаю по этому. Но сегодня мне предложили работу, основанную на моих заслугах. Это не одолжение друга и не работа по знакомству в моей семье.

Теперь он поворачивается и смотрит на меня, слегка касаясь меня плечом.

— Я сидел здесь и думал о сегодняшнем дне. Приятно осознавать, что ты нужен, потому что приносишь что-то к столу. Я очень горжусь этой возможностью, Бейли. Я чувствую, что заслужил это. И мне жаль, что я отнял это у тебя.

Я мычу или всхлипываю. Не знаю, что именно, но у меня перехватывает дыхание, и я отчаянно моргаю, чтобы не расплакаться перед ним.

— Спасибо, — шепчу я, а затем протягиваю руку через нагретое солнцем дерево и беру его за руку. Мозолистые пальцы сжимают мои, и я вздыхаю, наслаждаясь его прикосновением.

Я закрываю глаза и наслаждаюсь моментом.

— Ты нашла нам хорошее жилье?

— Нет. Я не смогла бы смотреть без тебя. — Его пальцы пульсируют. — Вообще-то, я была на одном из них. Она показала мне столовую, и я начала плакать.

— Почему? Было приятно?

— Нет. — Я всхлипываю, чувствуя, как слезы скатываются по моим ресницам. — Это было чертовски мало для наших семейных обедов. — Я заканчиваю предложение настоящим рыданием, которое он слышит громко и отчетливо.

— О, Бейли. — Его голос такой нежный, а хватка такая крепкая, когда он прижимает меня к себе. Сильные руки обнимают меня за плечи. — Детка, пожалуйста, не плачь. Я сделаю все, чтобы ты не плакала. Я так чертовски сожалею об этом.

Я утыкаюсь лицом в изгиб его шеи и вдыхаю его запах.

— Не лги мне больше. Никогда. Не выводи меня из себя. Никогда. — Я отстраняюсь, беру его красивое лицо в ладони и смотрю ему в глаза. — Я чертовски скучала по тебе. Боже. Даже когда я злюсь на тебя, я хочу быть с тобой.

Он ухмыляется.

— Это не смешно. Я думаю, что одержима тобой. Как и любая другая девушка с мечтательным взглядом в этом богом забытом городке.

Он смеётся.

— Не смейся. Это можно диагностировать. Я злюсь на тебя, и я всю ночь не спала, гадая, спишь ли ты. Или поел ли ты. После многих лет, когда я держалась, я наконец-то сорвалась. — Я пытаюсь поднять руку, чтобы вытереть слёзы, но он держит меня так крепко, так близко, что я не могу. Вместо этого я вытираю лицо о его рубашку.

— Ты не потеряла его. Или, если потеряла, то и я тоже. Потому что я задавался теми же вопросами. Чёрт, я не знаю, сколько раз я вставал, чтобы проверить периметр дома. Так что ответ — нет, я не спал. — Он усмехается, как будто это смешно.

Я удивленно смотрю на него.

— Но почему?

— Иногда ты задаешь ужасно много вопросов, Бейли Дженсен.