Страница 61 из 138
Такие тонкие наблюдения о повседневной и частной жизни Вильгельма II, его жены, сыновей мог сделать только человек, стоящий близко к кайзеру, каким и был Вальтер Николаи. В своих записках он, однако, обходит полным молчанием тему отношения Вильгельма II к разведке, его оценках и указаниях начальнику отдела III Б Генштаба. Думается, обмен мнениями о разведывательной деятельности, пожелания кайзера на этот счет, особенно в плане получения информации, несомненно, происходили в ходе, как пишет Николаи, «оживленных бесед по вопросам политики или предстоящих военных операций». Впрочем, упрекать его в умолчании данной темы было бы неправильно, такова специфика разведывательной работы — хранить в тайне государственные секреты, тем более касающиеся монарха.
В исторической литературе о спецслужбах, времени правления в Германии Вильгельма II имеется немало сведений о том, что кайзер не только интересовался результатами работы разведслужбы, давал ей руководящие указания и задания, но сам не брезговал заниматься разведкой в тех кругах, куда его секретным сотрудникам проникнуть было невозможно. По мнению К.К. Звонарева, он «обрабатывал» монархов, президентов и придворные круги разных стран, и, нужно сказать, довольно успешно. Он не стесняясь пишет Николаю Романову, что президент Америки Рузвельт его «осведомил о том-то и о том-то», что «мать императора (Николая) постоянно сообщает мне все», и т. д. Во время посещения английским флотом германских вод кайзер отдает приказ своему флоту «неотступно следить за британским и, когда тот встанет на якорь, остановиться вблизи, дать им (англичанам) обед, напоить елико возможно и выведать у них, что нужно, а потом уйти». Об этой операции Вильгельм по секрету сообщает Романову.
Кайзер способствует германской разведке в установлении доверительных связей с царским двором в Санкт-Петербурге, информирует Вальтера Николаи о переписке с Николаем II. Когда читаешь его письма, невольно возникает впечатление, что они составлялись с учетом определенных пожеланий разведки и дипломатии. Почти в каждом послании Вильгельм сообщает царю те или иные «агентурные новости»: то они из «частного источника», то «из источника, заслуживающего полного доверия», то «от знакомого и преданного немца, посланного мною следить за Антантой». Кайзер под псевдонимом сам пишет статьи военно-политического характера с целью введения в заблуждение руководящих деятелей соседних стран. Он сам назначает военных атташе в нужных ему странах и поддерживает с ними личную связь: «В качестве военного атташе я выбрал майора графа Лансдорфа — моего личного адъютанта, — пишет Вильгельм Николаю II. — Я дал ему инструкции, чтобы он считал себя исключительно состоящим при твоей особе… В своих донесениях он ответственен только предо мной лично, и ему раз и навсегда запрещено входить в сношения с кем-либо другим, будьте Генеральный штаб, министерство иностранных дел или канцлер. Таким образом, ты можешь доверять ему какие угодно поручения, запросы, письма и т. д. для меня и пользоваться им в любом деле в качестве непосредственной связи между нами. Если бы ты пожелал прислать кого-нибудь из твоей свиты, кто бы пользовался твоим полным доверием, то я принял бы его с удовольствием, так как считаю крайне необходимым, чтобы во время серьезных событий ты мог бы в случае надобности возможно быстрее сноситься со мной, без громоздкого и нескромного аппарата канцелярий посольств и т. д.».
Вильгельм так ловко изо дня вдень «обрабатывает» Николая II, что тот по его указке назначает своими министрами, послами, военными атташе, губернаторами пограничных с Германией губерний желательных для Вильгельма лиц. Кайзер, явно по совету разведки, открывает на границе с Россией госпитали, завлекая в них для лечения русскоподданных, которых под благовидным предлогом опрашивают секретные сотрудники Николаи.
Германии выгодно было поссорить Россию с Англией и Францией. Кайзер в письмах царю подбирает соответствующие факты, выдержки из выступлений и заявлений, сопровождая их выгодными выводами и играя на слабых струнах Николая II: Франция — республика, Англия — либеральная монархия. Они хотят уничтожить монархию в России и Германии, поэтому предоставляют у себя убежище революционерам и ненавистникам самодержавия. Следовательно, не должно быть никакой дружбы с этими странами, а России и Германии необходимо действовать сообща против Антанты. «Мы, конечно, далеки оттого, чтобы утверждать, что все это делал и писал только лично сам Вильгельм, что все это плоды его мысли, — полагает К.К. Звонарев. — Нет, за его спиной безусловно скрывалась и его устами говорила немецкая разведка (ген. Ведель) и дипломатия, а Вильгельм являлся их послушным и довольно талантливым исполнителем».
В рукописи Николаи утверждает, что «германскому военному атташе в Петербурге (как и повсюду) было запрещено проводить работу для отдела III Б, хотя, возможно, в предвоенный период он и мог бы содействовать установлению связей в высших кругах. Я считал такое положение правильным и всегда с этим считался. Я вполне разумно рассуждал, что русские будут предполагать обратное, что за атташе будет установлено наблюдение, успех которого будет гораздо большим, чем та польза, которую мы сможем извлечь в результате стараний нашего атташе, и что это облегчит русским провокацию или дезинформацию».
В «стараниях атташе» Николаи не нуждался, поскольку имел в достаточном количестве другие агентурные источники информации: «Германской разведке удалось еще до войны завязать в России ценные связи и поддерживать их до возникновения войны, — сообщает он в книге “Тайные силы”. — Война выявила свое разлагающее влияние прежде всего в России, а затем также во Франции и даже в Англии, так что германская разведка нашла повсюду немногочисленные, но хорошие связи».
Эти связи обеспечили выполнение заданий Верховного командования по добыванию нужных сведений о противнике: «Благодаря большому количеству донесений германской разведке удалось добиться хороших успехов, — говорится в рукописи, — ей удалось получить все то, что нужно было Верховному командованию для того, чтобы быть в курсе стратегического положения России». Из донесений были установлены: «Дислокация русской и французской армий, их вооружение, подготовка и снаряжение, строение системы крепостей и стратегической сети железных и шоссейных дорог, равно как и предполагаемое выступление обеих армий были к началу мировой войны германскому Генеральному штабу известны».