Страница 55 из 138
Католическая церковь политически была представлена через партию центра, церковно — через духовенство. Обе группы занимались только политикой. По отношению к Верховному командованию армии они занимали сдержанную позицию. Я неоднократно предупреждался лицами из круга католической прессы о политических событиях, представлявших опасность для военного руководства. Единства убеждений между этими двумя группами не существовало. В партии очень резко от других обособлялось аристократическое крыло в пользу единого ведения войны. Этим крылом руководил честолюбивый депутат Эрцбергер… Широких речей о смысле и цели Первой мировой войны не произносилось ни с правительственной, ни с ораторской трибуны рейхстага. Что на ведение войны нужны деньги — совершенно ясно. Но если бы это было единственным, то будущее было бы арифметической задачей, а не сомнением в том, на чьей стороне будет победа. В парламентаризме это решение вынесено в пользу денег. Разделенный на партии народ является заложником денег (“Разделяй и властвуй”). Поэтому начальник разведки не должен дать себя разочаровывать внешними явлениями парламентаризма».
Разведывательную службу донимали письмами, запросами, просьбами «разобраться с еврейским вопросом». Дело дошло до того, что группа историков направила Николаи предложение выступить на эту тему: «Приблизительно в конце 1916 г. меня попросили выступить на конференции историков в Мюнхене на тему о том, «как смотрит начальник разведслужбы во время мировой войны на еврейский вопрос?», — вспоминает он в рукописи. — Я признался, что совсем не видел его. Я, конечно, знал, что такой вопрос существует и что везде стараются его разрешить, в том числе и сами евреи. Я упрекнул историков в том, что они вместо того, чтобы осведомить нас в этом вопросе, писали о далеком прошлом, а этот вопрос оставили на волю травли улицы. Этим вопросом в Первую мировую войну не занимались ни разведслужба, ни контрразведка».
Ясно, что такими смелыми, правдолюбивыми выступлениями начальник разведки наживал себе немало недоброжелателей и врагов. Этим, видимо, объясняется множество досужих вымыслов в исторической литературе о его якобы неблаговидных поступках, служебных ошибках, жестком, сложном характере. «Я упоминаю об этих делах, поскольку они освещают сферу деятельности, реализацию которой я оговаривал за собой, так как всегда это затрагивало круги высокого ранга… Неоднократно я вынужден был подставлять себя, к моему неудовольствию, занимаясь этими вопросами, устраняя опасность в отношении ведения военных действий, исходящую с этой стороны. Некоторые лица проявляли ко мне враждебность в деловых вопросах, но, что еще тяжелее, личную враждебность со стороны конкретных лиц, — признается он. — А вот в деловом плане я хотел бы констатировать, что фактически все это имело значительно меньший размах, чем об этом болтали». И как бы объясняя свое поведение, резюмирует: «Образцом является тот круг, в котором жил я. При этом я не хочу ни в коей мере, в том числе и в отношении себя, выдвинуть притязания на моральное превосходство, но в то же время, безусловно, имею право высказаться об этом, так как я отдавал всего себя без остатка выполнению своих служебных обязанностей».
Вальтер Николаи стал влиятельной фигурой в высших руководящих кругах командования Генштаба и правительства. В его руках находились не только тотальная разведка и контрразведка, но и цензура печати, средства связи, пропаганда. В качестве начальника военной цензуры он имел возможность по своему усмотрению вмешиваться во внутреннюю политику, регулировать информационные потоки. «Имея в своем расположении лучшее средство связи — телеграф и телефон, — начальник отдела III Б мог в любое время получить любую справку, будь то из Иерусалима или Багдада, с балканского, итальянского, французского или русского фронтов», — констатирует он в рукописи. И подводит итог: «Своей заслугой как начальник разведки в мировую войну я считаю тот факт, что я эту войну уже в момент ее объявления рассматривал как тотальную и мировую войну, что я создал организацию самостоятельного действия: способный, строгий и наблюдательный орган и что я руководил этой организацией».