Страница 6 из 19
Глава 5. Маленькая шалость
Глава 5. Маленькая шалость
Немаленький дом стоял под палящим солнцем, окружённый высокими пальмами, чьи зелёные листья развевались на ветру.
Я сидела на ступеньках, сделанных из светлого дерева, покрытых лаком. Отсюда хорошо было видно, как морские волны накатываются на берег, оставляя за собой пузырящиеся следы. В руке я держала бутылку дорогого вина. Медленно потягивала напиток, наслаждаясь видом.
Папа сидел перед экраном своего рабочего ноутбука и внимательно смотрел на текст. Он выглядел задумчивым, будто пытался решить какую-то сложную задачу. Как будто без него там не справятся. Зачем тогда все остальные сотрудники? Зачем платить им зарплату?
Дамир проспал почти пять часов в своей комнате. Он вышел на улицу, когда на террасе загорелись светильники, работающие от солнечных батарей, а я успела уже залить в себя половину бутылки дорогого алкоголя.
Дамир спустился по ступенькам, спокойно проходя к морю, остановился в пятидесяти метрах от меня, сложив руки на груди. Его белая рубашка обтянула широкую спину, подчеркивая рельефные плечи. Красивая ткань чуть поблёскивала, а на предплечьях впилась в кожу своими краями, образуя характерные очертания спортивного мужчины. Не знаю, когда он успевает ходить в зал, но явно занимается этим регулярно? Почему мне бросилась в глаза его спина? Потому что он портил картинку своим присутствием. Как будто на изящной модной фотографии какой-нибудь супермодели прямо в районе носа образовался битый пиксель.
Он загораживал мне обзор, и, не раздумывая, я наклонилась, подхватила с земли небольшой камушек и бросила со всей силы. Целилась в задницу, упрямо приняв решение прогнать надоедливый кошмарный пиксель с моей красивой картинки, но не добросила.
Дамир обернулся, не понимая, откуда был звук, и, увидев моё довольное лицо с кривой усмешкой, покачал головой, а затем возвратился в исходное положение. Интересно, что в тот момент он разглядывал? Может, акул, которые приплывут и сожрут его? Скорее бы. Хотя бы одна маленькая акула. Клац — и всё.
Когда Дамир возвращался в дом, он нахально выхватил у меня бутылку из рук и принялся читать этикетку.
— А ты, смотрю, любишь подороже? Я не буду платить за тебя, пусть твой отец оплачивает эту бутылку, — сказал он, с оттенком презрения.
— Сдохнешь когда-нибудь от своей жадности, — прошептала я, злобно сверкая глазами.
Для Дамира это была больная тема, точнее, наша с ним общая больная тема. Он не покупал мне дорогих подарков, в то время как отцу спокойно дарил машину или очень дорогие часы. А меня обделял. Хотя, кто решится на отношения с таким мужчиной, если все женщины для него — пустое место? Я дочь его друга и заслуживала на день рождения хотя бы серёжки с маленьким камушком, но нет, мне вручили билет в филармонию на самый последний ряд. Я порвала его на глазах у дарителя и выбрасывала в мусорку. В филармонию я, конечно, ходила несколько раз, но только с Виолеттой и на места в середине зала, где акустика была наилучшей.
— Тебе бы не помешало понять, откуда берутся деньги, милая моя, — оскалился Дамир, его губы изогнулись в злой усмешке. — Не можешь заработать умом, тогда торгуй другим местом. Помогай отцу.
Что он только что сказал? Я задохнулась от возмущения и вскочила на ноги.
— А ты привык, что все продаются за деньги? И отца этому учишь?!
— Я учу его совсем другому, например, воспитывать свою дочь!
— Заведи своих детей, и их воспитывай! — разозлилась я.
— Смотри, сейчас лопнешь, возможно, на одну... — он запнулся и пропустил явно матерное слово, — станет меньше.
Я со всей силы ударила его между ног. Мужчина не ожидал такого резкого поворота и, зажмурившись, прорычал ругательство, согнувшись пополам. Я зашла в дом, как победить, но быстро поднялась в свою спальню, чтобы спрятаться. Дамир такое мне не простит.
— Открой дверь, мерзавка, — тарабанил в мою дверь Дамир через пять минут. Его голос был похож на громкий раскат грома. Ничего, ничего. Поорет и перестанет. Я встала посреди комнаты, улыбаясь, уверенная, что он не сможет войти. Не будет же он ломать дверь... Или будет?
Друг отца начал дергать за ручку с такой силой, что дверной косяк начинал ходить ходуном. Я отошла к окну. Второй этаж — в окно не вылезешь.
Решила спрятаться под кровать, но, пока я еле-еле пролезала под мебель, дверь поддалась, и этот ненормальный ворвался внутрь. Чуть позднее в комнату влетел и отец.
Дамир требовал для меня наказания, а папа, не найдя меня взглядом, попросил друга успокоиться. Они ушли, а я довольная легла спать.