Страница 28 из 32
24.3
Всю оставшуюся субботу мы провели в постели. Артём не дал мне даже ужин нормально приготовить, как я планировала изначально. Каждый раз, когда я пыталась встать и пойти на кухню, он находил способ меня вернуть. И я честно призналась себе: сопротивляться не хотелось.
В перерывах между самым лучшим сексом в моей жизни мы много разговаривали. По большей части обо мне. Артём задавал вопросы, иногда такие, что я чувствовала себя на сеансе психотерапии, только в роли клиента. Эти беседы напоминали мягкий, но настойчивый допрос. Он оправдывался тем, что я знаю о нём всё, а он про меня почти ничего. Его интересовало всё от увлечений, до детских воспоминаний. Казалось, что за короткий день он хотел узнать всю мою жизнь. Торопился как обычно. Это уже не так сильно раздражало. Ещё немного и привыкну.
Он лежал на боку, подперев голову рукой, и смотрел на меня. Его взгляд скользил по моему лицу, будто он запоминал каждую чёрточку на случай, если завтра я исчезну, будто подозревал что-то. Его пальцы рисовали узоры на моей спине, лёгкие, почти невесомые, и я чувствовала себя одновременно и уязвимой, и защищённой.
— Ты когда-нибудь жалела о том, что стала психологом? — спросил он.
— Никогда, — ответила я не задумываясь. — Даже сейчас, несмотря на всю эту история с травлей судебным разбирательством. Это моё призвание. И я не позволю никому его у меня отнять.
Он улыбнулся, и в его улыбке было уважение.
Был один момент, на который я сначала не знала, как реагировать, и который сильно смутил меня потом, когда я его обдумывала. Я задала вопрос мучивший меня почти месяц. Мы лежали в тишине, и я решилась.
— А как ты узнал, где я живу?
Я и сама не до конца понимала, почему спросила именно сейчас. Возможно, потому что впервые за долгое время чувствовала себя достаточно спокойно, чтобы услышать ответ. Артём улыбнулся и пожал плечами так легко, будто в этом не было ничего особенного.
— Это была чистая удача. Я позвонил Кириллу, у которого ты снимаешь квартиру. Хотел узнать, вдруг он в курсе, куда переехала девушка, которой он сдавал жильё четыре года назад. А оказалось, что ты до сих пор в ней живёшь.
Я растерялась.
— Откуда ты знаешь, как зовут хозяина квартиры?
Теперь уже Артём удивился. Его брови взлетели вверх, и он чуть приподнялся, опираясь на локоть, чтобы лучше видеть моё лицо.
— Ты не помнишь? Серьёзно? Мы как раз заканчивали терапию. Оставалось три или четыре встречи. Я стал невольным свидетелем твоего разговора с секретарём. Ты жаловалась, что не можешь найти бюджетную квартиру недалеко от центра. Я дал тебе контакт своего знакомого.
Я замерла. Воспоминания хлынули потоком. Тот разговор, безуспешные попытки снять жильё. Усталость, отчаяние, когда я пыталась совмещать работу и сохранить брак или закончить его. Вспомнила его голос, не очень уверенный, смущенный: «У меня есть знакомый, он планировал продавать квартиру, но можно договориться, чтобы сдал. Хорошая квартира. Хотите, дам контакт?»
Я забыла. Действительно забыла. Вообще из головы вылетело. Я тогда скомкано поблагодарила Артёма и сунула бумажку с номером сумку, в тот же миг о ней забыв.
— Я была тогда в отвратительном состоянии, — призналась я, чувствуя, как стыд заливает щёки жаром. — Сильно с мужем конфликтовала, даже съехать решила. В голове только работу удерживала. Всё, что было за стенами кабинета, стёрлось. Ты мне тогда очень помог.
Я отвернулась, не в силах смотреть на него. Почти четыре года с перерывами я жила в квартире, которую нашёл мне он. Жила и не помнила, где нашла номер.
— Не замечал, чтобы тебя что-то беспокоило, — сказал он тихо.
— Я умею держать маску профессионала, — усмехнулась я, но в голосе не было веселья.
— Или я просто слепым был, — добавил он, и в его словах послышалось сожаление. Он виновато улыбнулся, и у меня защемило в груди. Он не был слепым. Он был тем, кто видел всё. И молчал, давая мне пространство.
— Но зато теперь я буду ещё внимательнее смотреть и слушать, — добавил он, и я не поняла, то ли он угрожает, то ли обещает. Но от этих слов стало тепло.
Я прижалась к нему, вдохнула его запах, тёплый, до дрожи родной. Это взбудоражило и испугало одновременно. Слишком быстро я привязалась. Я машинально дёрнулась, чтобы отстраниться, подумать о своих ощущениях. Он не дал мне этого сделать. Его руки сжали меня, притянули так, что между нами не осталось воздуха, пальцы впились в бедра, удерживая, не давая сбежать.
Засыпала я поздно ночью в его крепких объятиях. Приятно измождённая, с пустой головой и абсолютно счастливая. Никакой травли, никаких судов, никакого бывшего мужа. Всё забылось. Растворилось в его тепле, в его голосе, в тишине этой комнаты. Я позволила себе просто быть. Просто лежать рядом с ним и чувствовать, что мир не рушится. Что я могу дышать.