Страница 2 из 53
– Марий… – Ленка замялась. – Ну ты это… Только не ругайся.
– Уже интересно, – поджала губы Марийка и, как ей казалось, угадала, что последует дальше.
– Ты ж… ну… ведьма.
Марийка закрыла глаза.
– Ленка…
– Ну а что Ленка? – всплеснула руками жена Чибиса. – Ты мне Юрку нагадала? Нагадала. Прямо в лесу его и нашла. Живого. Богатого. Неженатого. То есть женатого теперь на мне.
– Я тебе не Юрку нагадала, а мозги на место поставила.
– Так поставь ей речь на место! Че! Ну как это? Отшепчи!
– Ленка! – рявкнула Марийка.
Так рявкнула, что Женя в комнате подпрыгнул и пририсовал козе третий рог.
Ленка виновато поджала губы.
– Ну все! Молчу. Не ведьма ты. Обычная женщина. Просто карты у тебя ведьмовские.
Марийка фыркнула, но тут же отвернулась к окну.
Никитич уже скрылся с Женечкой за сараем.
– Я не знаю, что делать, – тихо сказала она.
И от этой фразы Ленка перестала улыбаться.
Марийка Соколовская, деревенская ведьма, провизор, мать шестерых детей и женщина, способная одним взглядом заставить деревенского ловеласа стать примерным семьянином, сказала: не знаю.
Значит, дело было серьезное. Сложное.
– К логопеду ездили? – спросила Ленка.
– Записались.
– А к неврологу?
– Были.
– И?
– Говорят, смотреть в динамике.
– Это как?
– Это когда ничего не знают, но умный вид делают.
Ленка вздохнула.
Подруги помолчали.
Каждая о своем и об общем разом.
– Марий, зайди ко мне в гости. На чай.
– В смысле? – Марийка повернулась.
Они и так сидели у нее на кухне. Пили чай. Ели пирог. Ленка вообще могла приходить без повода, с поводом и вместо повода.
Значит, дело было не в чае.
– Лен.
– Да ничего.
– Лен.
– Ну правда ничего.
– Чибисиха.
Ленка поморщилась.
– Да мужик к нам приехал мутный, – выдохнула она наконец.
Марийка медленно поставила чашку на стол.
– Какой мужик?
– Олег Зарядьев. Юркин знакомый. Из клуба этого их делового. Бизнесмен. В компаньоны набивается.
– А Юра?
– А Юра специально его привез, чтобы я посмотрела. Говорит, по бумагам чистый. Даже слишком. Вдоль и поперек проверил. Придраться не к чему.
– А что тебе не нравится?
– Нам не нравится, – поправила Ленка. – Обоим.
Она перешла на шепот, хотя в кухне, кроме них, был только Женя, занятый вооруженной козой.
– Они вроде в одной сфере работают. Но до сих пор не пересекались. А Олег этот как узнал, что к нам бабы московские на экофермы ездят клубнику жрать, так сразу стал в гости набиваться. Мол, деревня, природа, настоящая жизнь. А сам смотрит так, будто все уже купил, только цену еще не сказал.
Марийка нахмурилась.
– Лен, я в Юркиных делах ничего не понимаю.
– В Юркиных не понимаешь, зато в людях понимаешь, – отрезала Ленка. – Он улыбается – а мне хочется кур пересчитать. Понимаешь?
Марийка понимала.
Ленка в девичестве была лучшей птичницей Верхних Долов. Птица – существо бессловесное. У нее на морде ничего не написано. Чтобы понять, здорова курица или задумала помереть назло хозяйке, надо замечать мелочи: как голову держит, как лапу ставит, где клювом стучит, как квохчет.
Ленка это умела.
Людей она читала примерно так же.
И если Ленке хотелось пересчитать кур после улыбки московского бизнесмена, это была не бабья впечатлительность. Это была диагностика.
– Что он сделал? – спросила Марийка.
Ленка передернула плечами.
– Да вроде вечно счастливый, всем довольный, но то лазит по саду непонятно зачем, то коснуться как-то странно пытается. То темы какие-то липкие заводит. Про Юрку расспрашивает. Про меня. Про дом. Про дочь. Вчера говорит: «А чего это у вас дочка только одна?» Потом на Юрку так посмотрел и добавил: «Я хотел сказать – у Лены только одна». И смеется.
В кухне повисла пауза.
Не неловкая.
Опасная.
Марийка медленно запахнула платок на груди, как перед боем.
– Юра что?
– Юра улыбнулся. Вежливо. Потом ночью не спал. Ходил по дому, как медведь в клетке. Аж рычал.
– А этот?
– А этот сегодня из города с водителем вещи выписал. Погостить. На пару дней.
Марийка посмотрела в окно.
Во дворе Никитич сидел на лавке, чинил удочку. Женечка стояла рядом и подавала ему какие-то мелкие железки. Молча. Серьезно. Почти по-взрослому.
– На пару дней, значит, – повторила Марийка.
– Ага.
– И тебе спокойно?
– Вот если бы спокойно, я бы у тебя пирог ела, а не душу выворачивала.
Марийка кивнула.
– Зовите его на День рыбака.
– Кого?
– Мутного своего.
Ленка моргнула.
– Зачем?
– Посмотрим, как он среди людей держится. В деревне, Лен, человек быстрее проявляется.
– День рыбака же в эти выходные.
– Вот и хорошо.
Ленка подумала, потом медленно улыбнулась.
– Вся ж деревня будет у реки…
– Ну мы ему и проверочку устроим, – повела бровью Марийка, – гостю вашему…
– Ведьма, – с уважением сказала Ленка.
– Психоаналитик опытный, – поправила Марийка.
Но в окно смотрела уже тревожно.
Женечка вдруг подняла голову и посмотрела прямо на нее.
Будто что-то поняла.
Но ничего не сказала.