Страница 44 из 61
27
Из двух сердец одно всегда теплее, другое всегда холоднее. Безответнаялюбовь–самаядолгая.Безответнаялюбовь–этокогдатыпомнишьто, очемондаженезнает. Одиночество – это когда те, кого ты любишь, счастливы без тебя. Безнадежная любовь делает мужчину жалким, а женщину – заслуживающей жалости.<br>Алекс.<br>В доме стоял просто отвратительный запах курева и перегара. Мда…дожили что называется. Отец теперь жил в своем маленьком домике, двухэтажном, конечно, но определенно не такимогромным как коттеджи и прочие особняки всех демонов города. Я прошел в гостиную, споткнулся о выставленные у стены бутылки…навернулся и грохнулся на пол. Все вокруг загремело… Упал прямо на осколки…присел, по телу стекала потоком кровь, но что для меня какие-то «ранки»? Пустяк. Щелкнул пальцами и…исцелился полностью. Выругался, прошел в спальню, на ковре возле камина сидел отец. Он пил коньяк прямо из графина…на полу валялся початая бутыль виски…кожура от лимона, и шершавая упаковка фольги, на которой все еще возлежали остатки шоколада…Сзади за мной прошел Денис<br>-Я конечно все понимаю и дико извиняюсь, но как он поможет нам отыскать мою мать, когда он сам не «але»?!<br>-Сейчас придет в себя, ты не парься.<br>-Ага…придет…слышишь, как храпака дает? Видимо уже приходит… - продолжил возмущаться Денис<br>-Да ща… - склонившись, я затолкал отца за плечо -Папа…папа….<br>Денис оттолкнул меня и рявкнул ему на ухо: -Подъем! Бежим! ЛЮЦИФЕЕЕР ИЗ АДА ВЫБРАЛСЯ!!! ВАЛИМ ИЗ ГОРОДА СЕЙЧАС ВСЕХ НА КУСКИ ПОРВЁЁЁЁЁТ!!!<br>Вскочив на ноги, отец схватил с пола бутылку виски, схватил меня за руку и потащил в сторону библиотеки -Эл, сюда, быстро в подвал там ход подземный!!!<br>Рассмеявшись, мы насилу затормозили моего вмиг протрезвевшего батю и вдвоем придавили к стене<br>-Спокойно, батя, спокойно! <br>-Арагорн, это учебная тревога была! – вставил Дэн -У нас тут другая проблемка, моя мать пропала…в орден ушла тренироваться, но так и не вернулась…и отца нет…я не понимаю ни где они, ни что с ними случилось…<br>-Таааак…- Отец опустился в кресло, задумался, а тут давай еще я…<br>-Батя…тут такое дело…мать не отвечает на звонки. Я хотел помириться с ней, сказать, что вспылил, но…она не отвечает. И…я с ней даже телепатически связаться не могу…словно…словно у нее больше нет сил… - наконец выдал я то, что так сильно уже несколько дней меня тревожило.<br>Арагорн, к слову, медленно так ответил растягивая слова -А может, она просто видеть нас больше не хочет и знать тоже.<br>Нахмурился, отпил из бутылки…-Не похоже на нее, тебя бы она Алекс точно никогда не бросила бы…<br>-Я поехал к ним…к этому Зепару домой, но там пусто…его нет, ее нет…куда он ее увез не знаю.<br>Я лишь пожал плечами -Арагорн. Ты можешь мне ее найти?<br>Арагон тяжко вздохнул, а потом согласно так кивнул -Помогу…он точно ее приворожил, поедем найдем и притащим обратно. – заключил он и вскочил с кресла -Я в душ…быстро. Ждите….<br>************************<br>Карай.<br>Ночь. Открыв двери, бесшумно вошел, придержал ручку, чтобы избежать щелчка. Глаза привыкли к темноте, и довольно скоро я различил женщину, раскинувшуюся на полу. Подошел ближе, всмотрелся в неподвижное тело, расстегнул рубашку, выдернул из брюк ремень и опустил его на ковер. Потом неторопливо избавился от ботинок, помедлил, вглядываясь в безмятежное лицо. Уже столько дней ничего у меня не было по взаимному согласию, ни на работе, ни дома. И сейчас, похоже, тоже не будет.<br>Ладонью зажал ей рот, дернул вверх ночную рубашку и навалился всей тяжестью, вдавив ее в мягко спружинившую кровать. Мира в один миг распахнула глаза и забилась подо мной, как выдернутая из водной стихии рыба.<br>- Не кричи, - зашептал я, утопая лицом в ее волосах. - Не кричи, слышишь?<br>Но она рвалась, трясла головой, глядя вокруг себя бессмысленными, расширенными от ужаса глазами.<br>- Детка, я отпущу тебя, если ты не будешь кричать! Клянусь, я отпущу!<br>Но она, казалось, не слышала моих слов. Она пыталась скинуть меня, как необъезженная кобылка опытного наездника. И сколько я ни старался, все никак не мог усмирить ее бедра, но отпустить ее я уже не мог.<br>- Не заставляй же меня делать тебе больно!<br>Боль. Это слово возбудило сильнее, чем теснота объятий, ее непокорность и страх быть отвергнутым навсегда. Поняла она меня или нет, но, в последний раз рванувшись, Мира внезапно затихла, и я, сходя с ума от желания, получил то, чего просил, добивался и требовал все вечера, все эти дни. Женщину, которая смеялась надомной ранее и мучила отказами. Женщину, которую я хотел снова и снова, едва выпускал из рук. Я воспользовался ее покорностью, убрал ладонь с ее лица, и, не встречая сопротивления, сразу потерял вкус к жестокой игре.<br>- Ох, Мира мы не виделись столько дней, как я соскучился!<br>Она повернула ко мне заплаканное лицо, обхватила ладонями мою голову и, задыхаясь, прижалась солеными губами. И этого было достаточно, чтобы подвести меня к черте, за которой начиналось блаженное беспамятство. Почти сразу я разжал объятия, но она сама молча и властно удержала меня.<br>- Ах, вот оно что! - заурчал я довольный. - Тебе понравилось? Тебе нравится, когда тебя берут силой?<br>И в этот момент она, наверное, уже в сотый раз в жизни ударила меня. Я не успел уклониться, и пощечина прозвучала звонко, как выстрел в горах, отозвалась новой вспышкой бешенства в нас обоих. Я успел увидеть в ее взгляде нечто, придававшее ей силы бороться снова, но на этот раз я успел перехватить ее взметнувшуюся руку, с легкостью вдавил женщину в подушку, как если бы она была куклой, наклонился к самому ее лицу, почти касаясь губами.<br>- Не вздумай повторить это еще раз! Ни-ког-да….