Страница 71 из 78
Сквозь тонкую, чуть сверкающую ткань проступили очертания ножа. Аманда не была милой невинной девочкой-цветочком. Несмотря на всю свою инстаграмность и модельную внешность, она никогда не забывала свои корни. И то, кем был ее отец. Бандит. Убийца. Торговец запрещенными вещами.
Она всегда знала, еще с юного возраста, что может стать жертвой нападения. И училась обороняться. Отец обучил всему. Обращаться с ножом, с пистолетом. И сейчас, усмехнувшись про себя, Аманда подумала, что пришла пора вспомнить теорию и перейти к практике. На Викторе.
– Я сама поеду туда. Дайте мне адрес.
– Вы… уверены? – на лице у Рады проступило сомнение.
Аманда не любила долго ждать. Она сверкнула глазами и выхватила из сумочки нож. Глаза Рады стали огромными и круглыми. Слишком решительно Аманда сжала рукоятку.
– Второй раз просить не придется?
Рада часто-часто замотала головой и протянула дрожащей рукой бумажку с адресом.
Аманда, сухо кивнув, вызвала такси. Чтобы успеть выручить Лекса и Лару, нужно было спешить.
Оказавшись в отеле, в своем номере, Аманда переоделась в облегающие темные джинсы и водолазку с воротом. Удобно и незаметно. Длинные волосы она собрала в хвост и слегка подбросила нож в воздухе, ловя за лезвие. Он сверкнул сталью и не оцарапал кожу. Аманда усмехнулась сама себе.
– Значит, не утратила хватку.
Аманда бросила взгляд на телефон Сантьяго и вздохнула. Ее не вовремя начало грызть чувство вины. За то, что он все сделал для нее, признался, а она так грубо его послала. И сейчас снова мчится спасать Лекса, Лару и остальной мир. Пока Сантьяго переживает там, в своем номере, и ждет ее.
– Я не могу сейчас к нему идти, – прошептала Аманда своему отражению в зеркале. – Он просто запрет меня и никуда не отпустит.
Уйти просто так, не предупредив, Аманда не могла. Уже не могла. После слов Лекса, после разговора с Сантьяго, после того сумасшедшего поцелуя ее словно связали какие-то невидимые нити с чертовым колумбийцем. И терять это Аманда не хотела.
– Ладно, – решилась она. – Вдруг я не вернусь от Виктора, и Сантьяго расстроится? А так есть хоть один шанс на спасение. Ведь ради меня он перевернет землю и небо.
Аманда решительным жестом нажала на запись голосового в мессенджере и коротко надиктовала всю историю про Раду и то, что сказала та странная гадалка.
– Я еду туда, к Виктору, одна! Если не вернусь к шести часам, то можешь выезжать по адресу на фото и спасать меня… Прости, амиго, что создаю тебе столько проблем. Обещаю, я исправлюсь!
Последний штрих: фото бумажки с адресом, что ей дала Рада. И Аманда, надев удобные кроссовки, сбежала вниз, к портье. Передала ему телефон, деньги и просьбу отнести Сантьяго прямо в номер через час. Портье, увидев сумму чаевых, вспыхнул и поклялся мамой, что выполнит приказ. Аманда не сомневалась в исполнительности молодого человека и попросила вызвать такси. Встреча с Виктором становилась все реальнее. Но страха Аманда не ощущала. Только сильное и яркое желание спасти невиновных ни в чем девочек и уберечь Лекса от опасности.
Я затравленно попятилась, наблюдая за Виктором. В итоге, не заметила стульчика за спиной, на котором стояла банка с краской. Он с грохотом опрокинулся, и по полу растеклось красное пятно. Я коротко вскрикнула.
– Осторожнее, Лара, – усмехнулся Виктор. – Еще напугаешь девочек.
– Где они?!
У меня словно открылось второе дыхание. Не замечая пистолета, я бросилась вперед. Стремительная, без капли страха, с яростью в глазах. Мои пальцы вцепились в рубашку Виктора, хотя больше хотелось расцарапать ему лицо.
– Не смей устраивать истерику! – жестко отрезал он, одной рукой перехватывая оба запястья. – Девочки наверху, еще напугаешь их!
Я и опомниться не успела, как оказалась отброшена в сторону. Только вырвался глухой стон, стоило упасть на сваленные рулоны бумаги. Виктор шагнул ко мне, так выглядя еще более высоким и устрашающим. Его ладонь оказалась рядом с пистолетом. Я невольно попыталась отползти.
Брови Виктора недовольно сдвинулись, стоило ему это заметить. Он наклонился, рывком вздергивая на ноги, как безвольную куклу.
Приняв вертикальное положение, я попыталась высвободиться. Не тут-то было! Сильные пальцы вжались в плечи.
– Мне больно, – тихо пискнула я, попытавшись давить на жалость.
Виктор даже не услышал. Он перехватил меня, силой разворачивая к картине над камином. Прядь волос возле моего уха шевельнуло лихорадочное, сбитое от эмоций дыхание.
– Никто не знает полной истории этой картины, – прошептал Виктор, продолжая сжимать мои плечи. – Не знает, как погибла моя мать.
– Отпусти, – выдохнула я, уже по тону понимая, что не хочу знать эту историю.
– Она изменяла отцу. Постоянно закатывала скандалы, приводила своих любовников… я сидел в своей комнате, пока она закрывалась с ними в спальне. Но я все слышал, я все знал. И мать это понимала. Всегда повторяла, что если скажу отцу, он уйдет, а она сдаст меня куда-нибудь. Всегда повторяла, что мы ей только портим жизнь, на даем жить для себя… Это от нее, – Виктор горько усмехнулся, тронув небольшой шрам возле губы, на который я раньше не обращала внимания. – Но я все равно любил ее и все прощал, только бы мама была рядом! Но она не захотела быть с нами. Она предала нас! И поплатилась за это…
Он сильнее сжал пальцами мои плечи. Я одними губами прошептала:
– Это сделал твой отец?
– О нет… – Виктор отпустил меня с улыбкой на лице, больше напоминающей гримасу боли. – Он так и не понял, что она никогда нас не любила. Не умела любить! Всегда всех использовала. Знаешь, чему она учила меня, Лара? Что люди – коробки с конфетами! Конфеты съедаешь, а коробку выкидываешь. Только она была пустой коробкой… и я просто пробрался ночью в гараж. Повредить кое-что в машине – это совсем несложно. Даже, если ты – ребенок. А утром она собрала вещи и уехала. Точнее, попыталась… Влетела в ближайшее дерево. Машина всмятку. Я тогда поклялся себе, что никогда не буду, как она! Никогда не оставлю близких людей! Никогда!
Он стиснул кулаки, прохаживаясь по комнате, как зверь по клетке. Голос тоже напоминал рычание. Я стояла, прижимая ладони к бешено колотящемуся сердцу.
– Виктор, девочки – не твои дети, – голос задрожал. – А я – невеста другого человека!