Страница 109 из 119
Илларион поставил меня на ноги, и я ахнула от восторга. Лепестки роз застилали белоснежную постель. Свечи создавали ещё больше романтичности, отбрасывая на них вздрагивающие тени.
— Надеюсь, ты не опустошил всю оранжерею Петергофа? — я влюблённо смотрела на супруга, прильнув к его широкой груди.
— Не всю, нам хватит до конца ассамблеи, — лукаво улыбнулся он, расстёгивая мундир.
И ночь наконец-то наполнилась жаркими признаниями, томными вздохами и страстными стонами.
Когда мы, утомлённые, лежали в обнимку под одеялом, Илларион перебирал пальцами мои спутанные локоны.
— Елена, милая, я хочу, чтобы мы обвенчались. Ты согласна связать наши души перед богом? — тихо проговорил он. В его голосе звучала искренность.
— Но как? Для всех мы уже венчаны, — удивилась я, приподняв голову, и посмотрела в его лицо. Между бровями залегла морщинка решимости.
— Мы проведём тайный ритуал в церкви за пределами Петербурга. Я знаю местного священника, объясню ему ситуацию, он не откажет нам, — в зелёных глазах светилась надежда. — Ты согласна быть мне супругой перед богом?
— Да, Илларион, согласна, — произнесла я, не раздумывая ни секунды.
— Спасибо, счастье моё, — он сгрёб меня в охапку, целуя с жаром. Кажется, утро наступит ещё не скоро.
Проснулась я от бодрящего аромата кофе. Вдохнув его, сладко потянулась. Тело ещё пребывало в сонной неге после страстной ночи. Я открыла глаза и улыбнулась.
— Доброе утро, Елена, — супруг, одетый уже в рубашку и брюки, суетился возле чайного столика, разливая из кофейника напиток. — Пора вставать. Заседание Совета начнётся через сорок пять минут.
— Горничная меня ждёт, — подскочила я, но тут же натянула одеяло на грудь.
— Сначала позавтракаем, — улыбнулся князь, не отводя от меня глаз. Он поставил кофейник на стол и поднял со стула халат, который успел принести из моих покоев. Помог мне одеться, попутно так страстно поцеловав, что нависла угроза остаться без завтрака.
Нас прервал неожиданный стук в дверь.
— Ваша Светлость, прибыл адъютант Его Величества, — раздался встревоженный голос камердинера. — Ночью произошло покушение на светлейшего князя Пронского.
Сердце ухнуло вниз. Илларион замер, моментально переменившись в лице.