Страница 8 из 79
— Это разумно. Мы не можем обсуждать развод дома, а утром вместе принимать решения по компании, как будто ничего не произошло.
— Поэтому решения будешь принимать ты.
— Я генеральный директор.
— А я владелица сорока процентов.
— Владелица, а не директор.
Лидия закрыла глаза на мгновение. Не от усталости — ей нужно было удержать в памяти это разделение. Двадцать пять лет Виктор говорил «наша компания». Сегодня появилась точная граница: он управлял, она владела долей. Доля могла приносить дивиденды, но не давала права входить в кабинет, руководить командой или видеть документы, не предназначенные участнику общества.
— Кто войдёт в архитектурный совет вместо меня? — спросила она.
— Мы обсудим завтра.
— Ты уже решил.
— Есть несколько кандидатур.
— Назови.
Виктор помедлил.
— Олег Мельников временно возглавит направление.
Лидия посмотрела на него с неподдельным удивлением.
— Мельников?
— У него большой опыт.
— У него большой опыт согласовывать то, что ему дают.
— Именно сейчас компании нужен человек без личных амбиций.
— То есть человек, который не станет спорить с тобой.
— Человек, способный работать в команде.
— Он не руководил проектами такого масштаба.
— Научится.
— На действующих объектах?
— Рядом останутся сильные специалисты.
— Которыми руководила я.
Виктор нахмурился.
— Ты не заберёшь команду.
— Я ничего не сказала о команде.
— Но подумала.
— Я думаю о том, кто будет отвечать за одиннадцать проектов.
— Компания.
— Компания не подписывает чертежи. Подписывают люди.
— Ты останешься консультантом.
— Значит, всё же я понадоблюсь.
— Не передёргивай.
— Я пытаюсь понять модель. Меня снимают с должности, но оставляют рядом, чтобы в нужный момент спросить совета. Моё имя убирают из управления, но мою ответственность сохраняют. Я не имею права работать с прежними заказчиками, зато обязана помогать компании, которая больше мне не принадлежит.
— Ты получишь деньги.
— За молчание?
Он вспыхнул.
— За работу.
— Тогда это должна быть работа, а не форма зависимости.
Несколько секунд они смотрели друг на друга. В тишине гудел холодильник, за стеной прошёл лифт. Обычные звуки дома продолжали существовать так, словно здесь всё ещё жили прежние супруги, спорившие из-за сроков и подрядчиков.
— Что ты собираешься делать? — спросил Виктор.
— Сегодня?
— Вообще.
— Сначала покажу документы юристу.
— Наши юристы всё подготовили корректно.
— Тем более независимая проверка не должна тебя тревожить.
— К кому ты пойдёшь?
— Это не относится к тебе.
— Относится, если речь идёт о компании.
— Речь идёт о моей доле.
— В нашей компании.
— Пока нашей.
Его лицо стало жёстче.
— Не пытайся превратить развод в корпоративную войну.
— Я не начинала её.
— Никто не воюет. Я предлагаю цивилизованный выход.
— Цивилизованный для кого?
— Для всех. Ты получаешь имущество, деньги, статус. Я сохраняю управление компанией. Мы избегаем публичного скандала.
Лидия остановилась на последней фразе.
— Публичного скандала?
— Не делай вид, что не понимаешь. Журналисты любят такие истории. Измена, молодая женщина, семейный бизнес. Если это попадёт в прессу, пострадает компания.
— Поэтому я должна отказаться от доли?
— Поэтому нам нужно договориться спокойно.
— И быстро.
— Желательно.
— До того, как кто-нибудь задаст вопрос об авторстве проектов.
Виктор встал.
— Ты опять об этом.
— Потому что это единственная часть соглашения, которая не имеет прямого отношения к разводу.
— Она имеет отношение к бизнесу.
— Именно.
Лидия взяла телефон и начала фотографировать страницы.
Виктор сразу подошёл ближе.
— Зачем?
— Для юриста.
— Я могу прислать электронную версию.
— Пришли.
Она продолжила снимать документы, следя, чтобы в кадр попадали номера страниц и подписи внизу.
— Не нужно фотографировать приложения, — сказал он. — Там внутренние сведения компании.
— Я участник общества.
— Пока.
Лидия подняла на него глаза.
— Повтори.
Он замолчал.
— Что именно?
— Последнее слово.
— Я имел в виду, пока мы не договорились о продаже.
— Мы не договорились.
— Поэтому я и сказал «пока».
Она сфотографировала последний лист и убрала телефон.
— Тогда до момента сделки я остаюсь участником с теми же правами, что и вчера.
— Никто их не нарушает.
— Внеочередное собрание назначено без уведомления.
— Уведомление отправлено на корпоративную почту.
Лидия посмотрела на часы. Телефон лежал рядом. Она открыла почтовое приложение и увидела письмо, пришедшее в двадцать три сорок семь.
Тема: «Уведомление о внеочередном общем собрании участников».
— За тринадцать минут до полуночи, — сказала она.
— Срок установлен уставом.
— Уставом установлен иной срок.
— В случае срочной необходимости он может быть сокращён.
— По единогласному решению участников.
Виктор ничего не ответил.
Лидия открыла вложение. Собрание назначалось на девять утра. Повестка включала изменение структуры управления, досрочное прекращение её полномочий как руководителя архитектурного направления и назначение Олега Мельникова.
Ни слова о разводе.
Ни слова о временной мере.
Решение было подготовлено как постоянное.
— Ты давно это планировал? — спросила она.
— Мы уже обсуждали необходимость обновления структуры.
— Мы обсуждали расширение совета. Не моё увольнение.
— Ситуация изменилась.
— Три недели назад?
Виктор взял стакан воды, но не выпил.
— Я должен был обеспечить устойчивость компании.
— От чего?
— От личного конфликта.
— Который ещё не возник.
— Я знал, что он возникнет.
— Потому что уже принял решение.
— Да.
Это «да» прозвучало почти с облегчением. Ему надоело скрывать заранее подготовленную жизнь.