Страница 11 из 16
Глава 11 Связанные одной болью
Глава 11 Связанные одной болью
Склеп Зеркальных Душ хранил артефакты, которые даже Архимаги боялись трогать. Мирра стояла перед алтарём, где лежали два браслета — сплетённые из чёрного жемчуга и серебряных шипов. Говорили, что они принадлежали первым Соларисам, которые использовали их, чтобы подчинять волю других. Но настоящая правда была хуже: браслеты связывали не разум, а ощущения. Тот, кто надевал их, чувствовал каждую боль, каждый вздох, каждый стон своего «напарника».
— Ты уверена, что хочешь это сделать? — голос Элиана прозвучал за её спиной.
Он вошёл беззвучно, как всегда. Его тень легла на алтарь, сливаясь с браслетами.
— Ты сам сказал: чтобы разгадать секрет Пропасти, нужно объединить силы, — Мирра не повернулась. Её пальцы сжали холодный жемчуг. — Или твоя храбрость — всего лишь поза?
Он рассмеялся, шагнув вперёд. Его рука протянулась к второму браслету.
— Надевай. Посмотрим, выдержит ли твоё сердце правду.
Они защёлкнули браслетами одновременно. Мирра ожидала боли, но первым пришло его дыхание — горячее, неровное, будто пробежавшееся по её спине. Она вздрогнула, встретившись с его взглядом. Его глаза расширились: он тоже почувствовал это.
— Интересно, — он провёл пальцем по шипам на своём браслете.
Острая боль пронзила запястье Мирры. Она вскрикнула, хватая руку.
— Прекрати!
— Ты просишь или приказываешь? — он улыбнулся, снова касаясь шипов.
На этот раз боль ударила сильнее, смешавшись с... чем-то ещё. Теплом, которое разлилось от запястья к животу.
Мирра застонала, невольно прикусив губу. Элиан замер, его веки дёрнулись — она поняла: он тоже это чувствует.
— Ах, вот как, — он приблизился, его голос стал глубже. — Боль превращается в удовольствие? Как предсказуемо.
— Замолчи, — она попыталась сорвать браслет, но шипы впились в кожу, капли крови упали на жемчуг.
Элиан вздрогнул, его рука непроизвольно потянулась к сердцу. Мирра почувствовала укол — не на запястье, а внутри, будто её кровь стала его.
— Ты... — он стиснул зубы. — Ты думаешь, это мудро — играть с огнём?
— Я думаю, ты боишься, что я увижу, какой ты слабый, — она надавила на браслет, и шипы вонзились глубже.
Элиан застонал. Звук, низкий и хриплый, заставил её ноги подкоситься. Волна жара накрыла её, как прилив. Он чувствовал это. Она знала.
— Довольно! — он схватил её за плечи, но прикосновение лишь усилило связь.
Мирра почувствовала его ярость, его желание, его страх потерять контроль. И что-то ещё...
Она прижала ладонь к его груди. Его сердце билось в унисон с её.
— Ты хочешь меня, — прошептала она. — Даже когда ненавидишь.
Его ответом был поцелуй — грубый, беспощадный. Шипы на браслетах впились в кожу, смешивая их кровь. Боль и наслаждение слились, превратившись в нечто невыносимое и прекрасное.
Мирра вцепилась в его волосы, её тело выгибалось, реагируя на каждое его движение, как на собственное.
Элиан оторвался, его губы окровавлены.
— Эти браслеты... они не просто связывают. Они умножают, — он провёл рукой по её бедру, и она почувствовала двойную волну — его прикосновение и своё собственное, отражённое через магию.
— Прекрати... — её голос звучал слабо.
— Ты начала это, — он прижал её к алтарю, холодный камень впился в спину. — Теперь доведи до конца.
Шипы на браслетах ожили, оплетая их руки, словно корни. Мирра закричала, когда магия артефакта проникла глубже — в разум. Она увиделаего воспоминания:
Мальчик, сидящий в темноте, рисует руны на стене собственной кровью. «Если я сделаю всё правильно, она вернётся», — шепчет он, глядя на портрет женщины. Но руны гаснут, а тьма смеётся.
— Твоя мать... — выдохнула Мирра.
— Молчи! — он впился зубами в её плечо, пытаясь заглушить видение, но браслеты лишь усилили связь.
Теперь он видел её:
Девочка в трущобах, прячущаяся от пьяных криков матери. Её руки дрожат, рисуя в воздухе первый барьер. «Я не буду как ты», — клянётся она тени, которая принимает форму Элиана.
Он отпрянул, будто обожжённый.
— Ты... ты всегда видела меня? Даже тогда?
Мирра не ответила. Она притянула его к себе, их лбы соприкоснулись. Браслеты светились, смешивая серебро и чернь их магии.
— Мы одинаковые, — прошептала она. — И поэтому уничтожим друг друга.
— Тогда давай сгорим вместе, — его губы нашли её, и на этот раз поцелуй был медленным, отчаянным, как молитва.
Браслеты взорвались светом. Шипы впились в плоть, связывая их не только болью, но и чем-то глубже. Когда они рухнули на пол, алтарь треснул, выпуская древнюю магию, которая обвилась вокруг них, как змея.
После этого они лежали в тишине, их дыхание сплеталось в единый ритм. Браслеты исчезли, оставив на запястьях шрамы в виде спиралей.
— Теперь мы связаны навсегда, — сказал Элиан, касаясь её шрама.
Мирра прикрыла глаза. Где-то в глубине души она знала: это была не ложь.