Страница 23 из 33
Мы молоды, нам хочется всего. Мы хотим быть уверенными, что наше очередное решение и выбор принесут нам желанное счастье, а не скорбь. Мы стремимся двигаться дальше, в будущее – там хорошо.
– Меняя свою локацию, ты вовсе не держишься на ногах крепко, ты теряешь равновесие, потому что живешь в отрыве от реальности. Думаешь, что все хорошо, а на самом деле… А на самом деле есть ли смысл задумываться? Наш мир, что его ждет?
Марк засмеялся.
– Мне кажется – или мы пустились в философские рассуждения?
– Не любишь философию?
– Я не приемник философии, даже в студенческие годы я не был сторонником ни одного движения или кружка. Меня всегда характеризовала самобытность. Я не люблю искусство и философию, потому что никогда не любил ни то, ни другое. Хотя честно пытался полюбить. Сейчас я думаю, это странно, но это в будущем помогло мне открыть свое дело.
– Интересный факт о тебе. Я думала, архитекторы должны любить искусство.
– Вовсе нет, если они самобытны так же, как я, то они прогуляли весь курс искусствоведения да и философии тоже.
– А я любила философию и не прогуливала ни одной лекции. Выписывала цитаты Ницше, Шопенгауэра и других философов и старалась жить согласно их цитатам. А сейчас я понимаю, как глупо это выглядело.
– Вовсе нет, просто тогда это были твои убеждения. А сейчас все изменилось.
– Я сейчас много думаю о наших убеждениях и обратилась к своим дневникам. Выяснилось, что двадцатидвухлетняя Анна сказала мне настоящей очень многое, о чем я давно забыла. Рассказала мне про свои цели, мечты. В ней была наивность, но при этом огромное желание жить и верить, следовать своим мечтам. После того что я переживала, веры в лучшее во мне поубавилось. Во мне вообще всего поубавилось. Это не значит, что я перестала мечтать, просто теперь я не верю, что обязательно наступит счастливый конец.
– Это то, что мы получаем, когда взрослеем.
– Скажи: ты счастлив в настоящем? Ты доволен тем, что у тебя есть?
– Ты недовольна?
– Во мне всегда были сомнения, помнишь? Они притупляются, но никуда не исчезли. Сейчас я стала спокойнее, но во многом благодаря мужу. Рядом с ним чувствуешь себя защищенной. Забавно, но я никогда не верила в то, что когда-то встречу своего человека. И вот это случилось. Я не хотела серьезных отношений, и вот я замужем. Все гармонично. Все на своих местах.
– Ты любишь мужа?
– Странный вопрос. Если бы я его не любила, я бы с ним не жила. Я схожу за кофе, тебе принести?
– Принеси такой же, как обычно берешь себе.
Марк смотрел, как она идет по траве к закусочной. Анна была напряжена, и виной был его вопрос. Он жалел, что задал его, но, кажется, он попал в цель. Кофе был лишь предлогом, ведь он помнил, что Анне нужно было одиночество, если она расстраивалась или злилась. Ей нужно было 10—15 минут в одиночестве, и она вновь возвращалась в хорошем настроении. Разве ее муж знает ее лучше чем он, Марк?
Вернулась Анна и с улыбкой протянула ему кофе. Она посмотрела на него и хитро улыбнулась:
– Ну а ты? Ты ведь не одинок? Марк никогда не бывает одинок.
– Боюсь, это утверждение больше мне не подходит. Сейчас – да.
– Ты сейчас один, я в это не верю.
– Я недавно расстался с девушкой, с той самой из Берлина, о которой я тебе рассказывал. Недавно я наткнулся на твою книгу в интернете – и она буквально спасла меня. Такое ощущение, что эта книга о нас и наших неудачных отношениях. Я пытаюсь о ней и забыть, но пока это трудно.
– Поэтому ты приехал в Петербург? Моя книга побывала во всех кофейнях, библиотеках и парках города. Это был такой грандиозный проект, который я сделала в одиночку. Я люблю это ощущение, когда ты что-то создаешь, а потом реализуешь.
– У тебя хорошая книга.
– Спасибо.
Они переглянулись.
– Это невероятно, мы говорим так, как будто не было той пропасти в три года, мне нужна была эта беседа. Спасибо, что написал мне.
– Но день еще не закончился. Мои друзья устраивают вечеринку, пойдешь со мной?
– Нет, прости, у меня много работы.
– Не виделись три года – так и расстанемся? Я довезу тебя до твоего дома в целости и сохранности. На такси.
Она покачала головой.
– Муж тебя не отпустит?
– Его нет в городе.