Страница 16 из 35
Глава четвертая
Июль 1940 года
Мидл-Уоллоп, Англия
Солнечный свет пробивался сквозь густую листву огромного дуба и искрился над Скарлетт, которая лежала на расстеленном на траве клетчатом одеяле и наслаждалась заслуженным отдыхом в свой первый выходной почти за неделю. Не то чтобы она была против рабочей загрузки. В напряженном труде, требующем полной сосредоточенности, есть своя прелесть.
Однако дивный летний денек, солнечный, но прохладный, а также свежий воздух и хорошая книга – это тоже неплохо.
– Все, я дочитала, – сообщила Констанс со своего места за столиком для пикника и помахала сложенным листом бумаги.
– Мне неинтересно, – ответила Скарлетт, погруженная в злоключения «Эммы», и перевернула страницу. Ее выбор литературы стал еще одним поводом для маминых придирок, еще одним подтверждением, что она не оправдала несбыточных ожиданий родителей.
– Тебе неинтересно, что пишет мама?
– Нет, если это имеет какое-то отношение к лорду Выскочке.
– Прочесть тебе вслух? – Констанс наклонилась к сестре, держась за скамейку, чтобы не упасть.
– Не надо.
Констанс тяжко вздохнула и выпрямилась.
– Ладно. Как скажешь.
Скарлетт почти физически ощущала волны досады, исходившие от сестры.
– Лучше расскажи, что тебе написал Эдвард. – Она оторвалась от книги и увидела, как загорелись глаза у Констанс.
– Ему понравилось, как мы провели время вдвоем, и он надеется, что уже совсем скоро сможет согласовать свою увольнительную с моей.
Скарлетт приподнялась на локтях.
– Вы всегда можете встретиться в Эшби. Вы же любите это место.
Она тоже любила это небольшое загородное поместье, но ее привязанность была ничто по сравнению с чувствами Констанс. Именно в Эшби они с Эдвардом признались друг другу в любви.
– Да, любим. – Констанс вздохнула и провела пальцами по конверту. – Но туда долго ехать, на дорогу уйдет много времени. Проще встретиться с ним в Лондоне. – Она мечтательно посмотрела вдаль, словно даже отсюда могла разглядеть артиллерийскую бригаду, где служил Эдвард. Внезапно ее глаза широко распахнулись, и она быстро глянула на Скарлетт. – Прекрасно выглядишь. Постарайся расслабиться.
– В каком смысле? – Скарлетт нахмурилась, наблюдая, как сестра поспешно сгребает со стола все свои вещи.
– Прическа, платье – все идеально! – Констанс перекинула ноги через скамью. – Я пойду… куда-нибудь!
– Да что с тобой?!
– Думаю, она хочет оставить нас наедине.
Скарлетт обернулась на голос, о котором мечтала всю последнюю неделю, и увидела Джеймсона Стантона, идущего прямо к ней.
Ее сердце пустилось вскачь. Она каждый день проверяла списки раненых и погибших, но все равно испытала огромное облегчение, увидев его живым и здоровым. Особенно после вчерашней бомбардировки Брайтона.
Джеймсон был в летной форме, но без перчаток и желтого спасательного жилета. В его волосах играл легкий прохладный ветерок, который она так любила. Скарлетт заставила себя сесть и поборола желание разгладить складки на платье.
Это было простое платье в сине-белую клетку, с тонким пояском, скромным вырезом и рукавами, доходившими почти до локтей, но по сравнению с практичной и плотной военной формой, в которой видел ее Джеймсон в их первую встречу, оно казалось слишком открытым. Скарлетт чувствовала себя почти голой. По крайней мере, на ней были туфли.
– Лейтенант, – выдавила она вместо приветствия.
– Позвольте помочь вам подняться. – Джеймсон протянул руку. – Или присоединиться к вам, – предложил он с улыбкой, на которую каждая клеточка ее тела отозвалась сладкой дрожью.
От одной мысли, что он подал ей руку, щеки Скарлетт обдало жаром. Одно дело – заявить матери, что ты независимая современная женщина, и совсем другое – по-настоящему ею быть.
– Это совсем ни к чему, – сказала она, но все же взяла его руку.
Одним плавным движением Джеймсон поднял ее на ноги, и она прижала ладонь к его мускулистой груди, чтобы не навалиться на него всем телом. Ее рука как будто уперлась в каменную стену.
– Спасибо. – Скарлетт тут же отпрянула, разрывая их связь. – Чем обязана такой чести?
Она чувствовала себя беззащитной, ошеломленной и перегруженной впечатлениями. Все в Джеймсоне было слишком. Глаза слишком зеленые, улыбка слишком чарующая, взгляд слишком решительный и прямой. Скарлетт взяла книгу и прижала ее к груди, словно томик мог дать хоть какую-то защиту.
– Я надеялся, что вы сегодня поужинаете со мной.
Джеймсон не сдвинулся с места, но воздух между ними был заряжен таким напряжением, что ей показалось, будто их притянуло друг к другу, и если не проявить осторожность, то они столкнутся, и будет короткое замыкание.
– Сегодня? – переспросила Скарлетт слабым голосом.
– Да, сегодня, – сказал он, изо всех сил стараясь смотреть на ее лицо, а не на соблазнительные изгибы фигуры. Скарлетт и в форме была восхитительна, но когда Джеймсон увидел ее в этом платье, лежащей под деревом на траве… Она буквально сбила его с неба. Ее волосы были заколоты в небрежный пучок, такие же черные и блестящие, как на прошлой неделе, но теперь их не скрывала фуражка. Глаза огромные и пронзительно-голубые. Они даже ярче, чем он запомнил.
– На самом деле прямо сейчас. – Джеймсон улыбнулся просто потому, что не смог удержаться. В ее присутствии ему постоянно хотелось улыбаться. Даже при одной мысли о ней. Он улыбался всю неделю, планируя этот ужин, и надеялся, что Мэри, нынешняя зазноба Дональдсона, не ошиблась и Скарлетт сегодня свободна.
Ее губы слегка приоткрылись от удивления.
– Вы хотите поужинать прямо сейчас?
– Прямо сейчас. – Джеймсон опять улыбнулся и указал взглядом на книгу, в которую она вцепилась мертвой хваткой. – Эмма может пойти с нами, если вам так спокойнее.
– Я… – Взгляд Скарлетт метнулся к женской казарме.
– У нее выходной! – крикнула Констанс с крыльца.
Скарлетт прищурилась, а Джеймсон стиснул зубы, чтобы не рассмеяться.
– Но я все равно занята. Мне надо убить свою младшую сестру, – сказала Скарлетт.
– Вам помочь спрятать труп? – деловито спросил Джеймсон и улыбнулся в ответ на сердитый взгляд Скарлетт. – То есть если вы твердо намерены ее убить. Я сам предпочел бы пригласить вас на ужин, но, раз вы настаиваете, я могу выкопать глубокую яму. Главное, что я буду с вами.
Губы Скарлетт медленно растянулись в неохотной улыбке, и желудок Джеймсона подскочил к горлу, как бывает в глубоком пике́.
– Вы пойдете на ужин в таком наряде? – Она указала на его летную форму.
– Это тоже часть плана.