Вечность для Дракона

Я испытываю облегчение, но оно слишком незначительное, чтобы побороть подозрительность. Кайд пока для меня настоящая загадка и кажется, что он один понимает причины его поведения. По крайней мере у меня стойкое ощущение, словно я, ну что-то вроде «не заслужила» этого мужчину. Не то, чтобы я воспринимаю хорошее к себе отношения как некий приз, который нужно заслужить, но пока в моей жизни не было внезапно сходящих по мне с ума поклонников. А потому я и не верю, что Кайд неожиданно воспылал ко мне чувствами. И должен быть в его поведении какой-то умысел, подвох или хотя бы основательная причина для резких перемен. Но я еще слишком мало знакома и с ним, и с магическим миром, а потому слишком многое могу просто не знать и о многом даже не догадываться. Возможно, у меня развивается паранойя, но вдруг мои четыре стихии — это лакомый кусочек для расчетливых магов? Или почему тогда Кайд запретил мне говорить о них остальным? Спросить напрямую или подождать и понаблюдать, что же будет дальше?

И пока я размышляю, мы подходим к двери, которая располагается напротив входной. А за ней снова узкий и длинный коридор, на этот раз без ступенек.

Стоит нам оказаться в нем и я снова неосознанно нащупываю плечо Кайда. Неожиданно на стенах вспыхивают одновременно десятки факелов, и я отдергиваю руку, успев все же почувствовать ткань его рубашки под пальцами. А потом мысленно благодарю Кайда за то, что он не подал вида, что заметил мои действия.

В конце длинного коридора еще одна дверь, а за ней — большой природный бассейн с водой, от которой поднимается пар. Он скапливается тяжелыми каплями на потолке и срывается обратно. Из-за этого в комнате время от времени раздается мелодичный звон, который гулко отражается от стен. В потолке, немного в стороне от бассейна небольшое круглое отверстие с гладкими, будто оплавленными краями. Проникавшие солнечные лучи и свежий воздух рассеивают мрак и духоту.

— Опять портал? — вздыхаю я, имея в виду коридор, из которого мы вышли, потому что потолки тут ниже, чем в соседнем зале, а по лестнице мы не поднимались.

— Все схватываешь на лету, — улыбается Кайд и указывает подбородком на небольшую, но достаточно высокую природную ширму, образующую укромный уголок. — Переодеться в спортивную форму можешь там. Обещаю не подглядывать. — И уходя, бормочет: — По крайней мере специально.

Но его голос звучит так тихо, что за звуком капели мне могло и послышаться. Я надеюсь, что мне послышалось. Но сомнения в том, что Кайд уже видел меня без одежды, рассеиваются. Смущенно закусываю губу и захожу за каменный выступ. Тут стоит заменяющий табуретку булыжник, на который я и складываю снятую форму. Чтобы она не промокла от влажного камня, подкладываю под нее кожаный рюкзак.

Когда выхожу, вижу спину Кайда. Засунув руки глубоко в карманы брюк он стоит у самого края бассейна. Брюки его и так довольно узкие, а сейчас и вовсе натянулись, отчего я зависаю на секунду, оглядывая идеально вылепленную мужскую фигуру. Поймав себя на подглядывании, поспешно отворачиваюсь и прочищаю горло, обозначая свое присутствие.

Поймав на себе взгляд темных глаз, почему-то остро ощущаю, что в отличии от обычной формы, спортивная слишком обтягивает тело. Но стоит сказать Кайду спасибо, он не стал комментировать или снова смущать меня новыми признаниями. А судя по его взгляду, признания оказались бы на пару градусов горячее предыдущих.

Еще минуту назад я была уверена, что Кайдом движет исключительно выгода (какая, я еще не поняла), но глядя на его реакцию сейчас, я сомневаюсь в своих выводах. Неужели можно так сыграть? Не просто.. желание, а как будто скрываемое желание? Не слишком ли сложно?

— Сегодня я хочу посмотреть, как ты управляешь водной стихией. — Прерывает мои размышлений Кайд.

Вообще-то я никак ей не управляю, но говорить об этом не имеет смысла, так как догадываюсь, что он и без моих комментариев в курсе.

— Покажи, что умеешь.

Голос его звучит ровно, но глаза в полумраке сверкнули предвкушением и мои выводы о том, что его привлекают стихии, становятся крепче. Я определенно запуталась. Подумаю об этом потом.

Неуверенно подойдя к краю бассейна, встаю немного в стороне от Кайда.

Приподнимаю обе руки и, направив ладони на пошедшую мелкой рябью, словно от вибрации воду, стараюсь отпустить стихию. Вода, легко откликаясь на призыв, бурлит и медленно поднимается узким столбом, а достигнув потолка, расползается беспокойным потоком, расплющиваясь и медленно перетекая над нашими головами к стене за моей спиной. Каким-то новым чувством я ощущаю, как чужая сила вливается в движущуюся тонну воды. Кайд не влияет на процесс никак, но ощущения, будто я иду по тонкой веревке, по которой ходят фокусники в цирке, но теперь у меня есть страховка и не страшно сорваться вниз. Это то, чего не хватало мне раньше во время моих практик. Уверенности, что кто-то сильнее меня сможет вмешаться, если все выйдет из-под контроля. И впервые в жизни я испытываю не просто спокойное счастья, но управляя таким количеством воды сразу, не боясь никому навредить, чувствуя уверенную поддержку наставника, я прихожу в настоящий восторг!

Поднимаю руки над головой еще выше, будто подпираю ими всю толщу воды. Запрокидываю лицо до боли в шее, не отрывая взгляда от ползущей, перетекающей, норовившей упасть на голову массе. В кровь впрыскивается адреналин и сердце подскакивает куда-то к горлу, но я стараюсь не терять концентрации, потому что несмотря на поддержку, хочу справиться с заданием, которое дала себе сама.

Когда поток почти достигает противоположной стены, мне приходится развернуться. Управляя пластом воды, направляю его вниз, медленно опуская подрагивающие от напряжения руки. Чувствуя незримую поддержку одного из сильнейших магов, впервые в жизни так остро ощущаю собственные силу и свободу. И то, с какой легкостью, даже не меняя позы и не доставая рук из карманов он помогает, вселяет еще больше уверенности в свои силы, заставляет стараться лучше, стремиться овладеть стихией так же, как он.

Поток воды медленно ползет по полу к наполовину опустевшему бассейну и, огибая нас со всех сторон, с шумом скатывается вниз, вновь наполняя каменную чашу. Повесив вибрирующие от усталости руки безвольными плетьми вдоль тела, я тяжело дышу, осознавая, что во время практики практически не дышала.