Страница 71 из 223
Таченлу также стал неким краем цивилизации, здесь для Бердселла и Эммонса остался позади современный мир. Теперь предстояло найти, измерить высоту и по возможности взойти на таинственную Минья Конку. С помощью двух англоговорящих миссионеров американцы вновь собрали небольшой караван и двинулись на юг. И хотя формально они по-прежнему находились в Китае, географически это уже был Тибет. Исчезли рисовые поля, пагоды, буйволы и маленькие чайные. Теперь на полях рос ячмень, на перевалах трепетали на ветру гирлянды молитвенных флагов, мужчины в треугольных шляпах и обуви с острыми, загнутыми кверху носами гнали яков… Однако горы, которые теперь были довольно близко, скрывал туман. Наконец 1 августа 1932 года, более чем через полтора месяца после отъезда из Шанхая, американцы ненадолго увидели Минья Конку. «Грандиозное и мрачное зрелище, – писал Бердселл. – Увидели достаточно, чтобы понять, что это один из гигантов планеты».
В течение следующих нескольких недель, после того как были отпущены носильщики и начался процесс триангуляции, чтобы измерить высоту Минья Конки, благоговение альпинистов перед таинственной горой только усиливалось. 18 августа массив на короткое время показался из тумана вновь, и Бердселл так описал свои впечатления: «Неприступные склоны. Ужасающие обрывы, заснеженные гребни, которые появились на мгновение в вечерних сумерках и почти сразу скрылись. Затем еще несколько раз мы ненадолго увидели склоны, прежде чем окончательно стемнело».
Эммонс тоже был под большим впечатлением. «В чистом утреннем воздухе возвышалась Конка – само воплощение величия с золотистым в солнечном свете шлейфом снега, который ветер сдувал с ее гребня. Вершина так высока и далека, что кажется неземной, – писал он. – Неудивительно, что живущие здесь тибетцы почитают ее как священную гору! Мы молча и с изумлением смотрели на эту дикую красоту. Взойти на нее? Казалось, у нас нет ни малейшего шанса».
К началу сентября американцы исследовали часть массива Конки, пройдя у его подножия, и окончательно поняли, насколько серьезное дело они затеяли. Предполагаемые маршруты к вершине казались очень сложными. Хоть какую-то надежду на успех давал продуваемый ветрами северо-западный гребень. Для дальнейшего исследования маршрута Бердселл и Эммонс, взяв с собой по тридцать килограммов снаряжения каждый, разбили лагерь на высоте около пяти километров с северной стороны горы. Отсюда они надеялись найти путь к гребню.
Выбранное место назвали «Облачным лагерем» из-за большого количества муссонных туч, закрывавших вид на окрестные горы. Теперь альпинисты оказались достаточно близко, чтобы слышать лавины на северной стене Минья Конки. «Ночью частый грохот и рев лавин, которые мчались, будто поезд-экспресс, не давал спать, – писал Эммонс. – Порою грохотало несколько минут подряд, и лишь потом эти звуки превращались в отдаленный гул».
Вскоре альпинисты поняли, почему слышат лавины столь часто и почему они не утихают так долго. Выбравшись очередной раз из палатки, чтобы откопать ее из-под пятнадцати сантиметров свежевыпавшего снега, американцы в изумлении уставились на окружающий пейзаж. Облака рассеялись. «Какое зрелище! – писал Эммонс. – Мы находились словно в огромном амфитеатре среди снежных пиков, вздымавшихся на тысячи метров». Однако открывшаяся картина отрезвляла. «Огромные стены сине-зеленого льда угрожали нижней части горы мощными лавинами и обвалами; острые, как бритвы, гребни увенчаны причудливыми снежными карнизами, – вспоминал Эммонс. – Мы забыли про палатку, ужин и все остальное и, замерев, стояли на фоне окружающего великолепия. Альпы, Скалистые горы, даже большие пики Аляски не шли ни в какое сравнение».
Тем временем Джек Янг и Террис Мур наконец смогли выехать из Шанхая. В основном они следовали маршрутом своих соотечественников. Но по пути из Яани в Таченлу в одну из ночей у них увели лошадь. Вероятно, похитителями были солдаты – их отряд ночью прошел мимо лагеря. Американцы решили вернуть животное.
Они были вооружены пистолетами и винтовками, поэтому не побоялись пуститься в погоню и настигли солдат у одного из перевалов. Джек Янг на китайском языке приказал им остановиться. Солдаты проигнорировали требование, и тогда Янг дважды выстрелил поверх их голов. Это возымело действие, и, пока Мур прикрывал, Янг начал допрашивать мужчин и осматривать лошадей. Вскоре украденное животное обнаружилось – новый хозяин успел подстричь ему гриву. Американцы разоружили вора и отправились с ним в ближайший населенный пункт, где был полицейский участок. «Сфотографировали нашего пленника, – писал Мур, – сдали его властям, словом, устроили ему светопреставление».
Несколько дней спустя Янг и Мур добрались до Бердселла и Эммонса. Встреча была радостной, экспедиция теперь шла в полном составе, но в целом ситуация складывалась сложная. После измерения Минья Конки и многократной проверки результатов Бердселл и Эммонс пришли к выводу, что высота горы составляет всего 7490 метров. Так что это был не Эверест, несмотря на то что Конка оказалась выше любой горы в Западном полушарии
[16]
[Согласно современным измерениям, высота Минья Конки (кит. название Гунгашань, Гонгга) составляет, по разным данным, от 7556 до 7590 метров. Это высочайшая гора провинции Сычуань, также это самый восточный и наиболее изолированный семитысячник в мире. Первое измерение горы, тогда называвшейся Бокунка, с большого расстояния произвели участники экспедиции венгерского графа Белы Сеченьи между 1877 и 1880 годами, определив ее высоту в 7600 метров. Сорок пять лет спустя гору также с большого расстояния зарисовал миссионер Зарубежного миссионерского братства Джеймс Хьюстон Эдгар.]
. Как бы то ни было, времени оставалось в обрез. «Холодный дождь поливал склоны гор, свинцовые облака каждый день заполняли долину, но мы не могли позволить себе ждать хорошую погоду, – утверждал Эммонс. – Был сентябрь, климатическая зима уже вступала в свои права». Северо-западный гребень оставался единственной возможностью. Наняв носильщиками шестерых тибетцев и подняв с их помощью припасы и снаряжение в базовый лагерь, американцы приготовились к восхождению.