Страница 18 из 116
Говорить не было сил. Нет, я не оправдывала Тристана. Я не могла понять, как он мог это провернуть. Невидимые когти разодрали остатки сердца в клочья. Может, мне всё ещё хотелось верить, что есть какая-то грань, через которую он не переступит? Глупо, Аэри. Из вас двоих в человечность верила всегда только ты.
— Мне тоже хотелось бы знать — как.. — Казалось, Доргат мгновенно меня понял, — потому что если это не принц, то у нас большие неприятности..
А так — маленькие?
— Что?.. — голос сорвался.
Внутри промелькнула искра злости.
Что мне делать? Вот, что я хотела сказать.
— Восстанавливайся и отсыпайся, принцесса, — Маэни прищелкнула языком, — как только кронпринц вернётся, мы обо всём ему доложим. Один из нас будет проверять тебя каждый полчаса. Мы принесём ещё металла, твой зверь отлично придумал.
И прежде, чем я успела ответить, двое моих стражей растворились в полутьме комнаты.
Я осталась одна. Вернее.. Шероховатый язык нагло прошёлся по лицу и пригладил волосы. Правильно, уложи причёску своей рабыни, мой господин! Последний писк моды «оближи меня котом» и «я любимая дочь половой тряпки»!
— Враууу! — Затарахтела эта мохнатая морда.
Чувства возвращались постепенно и были всё тусклыми, но всё перекрывал гнев. Если это Тристан, а не «мухи».. Как⁈ Твою ж белую тапочку, как ему это удалось? Пусть он и изменял — в этом я почти не сомневалась, я не думала, что Трис способен таким изощрённым способом отнять чью-то жизнь.
В какой-то момент он показался мне таким искренним. Пусть он не любил меня, манипулировал, как умел, но пытался договориться.
Мантикор оглушительно рявкнул, что-то больно кольнуло мне шею — и с разума как пелена спала.
Я сейчас пыталась его оправдать? Тристана Мъярга, заговорщика, убийцу, подлеца и ту ещё изворотливую тварь? Он на меня как-то воздействовал?
Теплое тело мантикора прижалась к боку.
Стало немного легче, только горечь не ушла.
Зря я решила, что.. Я прикусила губу, легонько треснувшись затылком о подушку. Дура ты, Аэри. Вот же дура. Расслабилась? Решила, что ко всему готова, да? В этом мире нельзя расслабляться ни на мгновение, жалость ведёт прямиком в бездну!
Где правда, а где ложь? Насколько сильно подгнило яблочко под названием Тристан внутри? Чего мне от него ждать? Смогу ли я продержаться неделю, если он действительно на меня воздействовал?
Вопросы теснились в голове один за другим. Ярость, гнев, печаль, злоба. Чувства накатывали, сменялись друг за другом, кроша мою защитную оболочку.
Я стиснула зубы. Не ной, Аэри. Ничего нового ты не узнала. Никаких иллюзий по поводу Триса. Ты ведь уже поняла — этот человек способен на всё. Понять. Принять. И ни за что не простить.
Вот, это деловой подход. Я теперь приподними свою пятую точку и доползи до уборной! Спасибо Корри, иначе я бы ещё неделю не встала. Похоже, моя магия была связана с металлом — об этом говорило и умение управлять кинжалами, и дар чувствовать железо. Поэтому магический металл, который мне натащил мантикор, я впитала в себя даже в бессознательном состоянии. Кажется, прямо через кожу.
Точно — «перекусила». С губ сорвался нервный смешок.
Силы пополнились. Хорошо. Даже отлично. Об остальном я подумаю попозже.
Я уже почти спустила ноги с постели, когда послышались торопливые шаги и голоса. И первое же слово заставило меня рухнуть на кровать и накрыться одеялом почти с головой.
— Сегодня бал в честь возвращения императорской миссии! Трис, ты не мог этим заняться завтра? Неужели не мог восполнить силы какой-нибудь дурочкой из фрейлин? — Это был голос свекрови.
И то, что она сказала, мне совсем не понравилось.
Тягучая тишина била по ушам, но ещё сильнее ударил ответ:
— Прости, я не смог удержаться. Знаешь, как меня измотал отец? Завалил кучей бесполезных дел, так, что едва удавалось выбраться и найти себе пару девок для развлечения. К концу миссии моя магия едва теплилась, хватило бы удара, чтобы меня прикончить! Да что там, я бы и сам..
Послышалась какая-то возня и возмущённый голос Тристана умолк.
— Я всё понимаю, милый. — В голосе императрицы мелькнуло.. волнение? Эта змея умеет за кого-то беспокоиться? — Но твоё поведение слишком.. — женщина замялась.
Не решилась назвать сына дураком?
— Да что ты беспокоишься? Скажем, что жена так переволновалась перед моим возвращением, что слегла без чувств. Целитель всё подтвердит, я с ним, — в голосе Тристана появились неприятные нотки, — поговорил.. Забрать её силу было легко. Ты оказалась права — с брачной вязью никакие защитные артефакты не помеха. Мои наработки сработали так, как и полагалось.
Сколько самодовольства в голосе!
— Это прекрасно, но что мы будем делать, если ты забрал слишком много и девчонка не оправится? — В голосе свекрови послышалось раздражение. — Мне плевать на неё, сдохнет — туда ей и дорога, — спасибо, «мама», я знала, что вы меня любите, — но её смерть сейчас, так скоро после вашей свадьбы и твоего возвращения может вызвать подозрения. К тому же.. — императрица помолчала, но всё-таки продолжила, — наша «охота» на королевскую дичь не удалась. — Почти прямое признание в заговоре против императора! — Придется действовать по другому плану, теперь будет сложнее. Нам нельзя вызывать подозрений.
— Отдать ей назад то, что взял, я не могу, — раздражённо ответил Трис, — да, я немного увлёкся. Я всё-таки мужчина, а Аэри — довольно миленькая молодая женщина. Это вышло не нарочно, я слишком хотел восполнить утраченную силу. Ты хоть знаешь каково это — видеть всех этих магов, которые без проблем используют заклинания, заклятья, артефакты, боевые узоры? Видеть и знать, что ты так никогда не сможешь! Что ты и живёшь только благодаря нелепой ошибке, что ты сам ошибка!..
Звук пощёчины.
Я застыла, затаила дыхание. Казалось, я сейчас узнаю нечто важное. Слишком важное. Ключ.. ко всему.
Я прикрыла глаза, медленно вдыхая.
— Не смей так говорить о себе! — Такого тона у железной императрицы я не слышала никогда. В нём смешались страдание, ярость, одержимость и безумная любовь матери. — Ты не ошибка, ты станешь великим магом, Тристан! Мы уже почти готовы. Скоро твоя проблема решится, а пока потерпи ещё немного, милый. У твоей жены будет полно симпатичных фрейлин, можешь выбирать и любых из моих — это неважно, все они будут молчать.
Шорох.
— Я хочу, в конце концов, приятно провести время со своей собственной женой, — в голосе Тристана мешались злость, каприз и отчётливый приказ, — ты уверена, что у них с братцем ничего нет?