Страница 13 из 116
— Шаннер Мъярг спас нам жизнь и даже больше. Разум и свободу воли, — голос девушки звучал ровно, — ты всё равно узнаешь. Я была воровкой и убийцей. Моя мать продала меня Гильдии, когда мне была семь, — голос девушки звучал равнодушно. По коже проползли мурашки, — а из Гильдии просто так не уходят. Вообще не уходят.
Мне показалось, что девушка коснулась своего горла.
— Доргат был моей целью. Одна важная шишка захотела себе ручного монстра, — смешок, — но кое-что пошло не так. И мы объединили свои усилия против гильдии..
Она помолчала. Я не торопила. Гильдия.. Могущественная организация. Я о ней слышала только мельком, не больше, чем все остальные. Пристанище воров, убийц, отступников. Гильдия покровительствовала девицам лёгкого поведения и контрабандистам, брала заказы и никогда не выпускала из своих рук ничего и никого.
Возможно, Гильдия была даже не одна..
— Это была дорога в один конец и закончилась она плохо, — руки Маэни порхали за моей спиной, голос звучал твёрдо, — но так уж получилось, что Гильдия кое-что задолжала Шану, а он потребовал.. нас.
— Вас? — Я прикусила губу. — Вас.. как рабов?
Рабский контракт. Это всё объясняло.
— Да, — последовал спокойный ответ, — нас считали покойниками, только поэтому отпустили. Но Шаннер силён и у него много интересных знакомых. Он спас нас. Через три года мы спасли ему жизнь, закрыли контракт и остались с ним добровольно. Шаннер Мъярг опасен, но он единственный, чьим словам можно верить.
— Я это знаю, — согласилась ровно.
К чему этот разговор?
— Если он нравится тебе, если тебя хоть немного тянет к нему — будь с ним, — вдруг раздался тихий хриплый голос за моей спиной.
О⁈
— Я первый раз вижу, чтобы он относился к кому-то так, как к тебе, — Маэни помолчала, — не знаю, почему ты особенная для него, Аэри, но это так. Он давно ходит по грани. Его сущность жаждет крови и смерти, но он контролирует её. Борется с собой год за годом. С ним не будет просто. Но с ним ты будешь.. живой.
Щёлкнула последняя застёжка — и девушка исчезла так же неслышно, как появилась.
Живой.. С губ сорвался горький вздох. Я знала, о чём она говорит. Не о том, что я смогу выжить, нет.
О том, что я смогу ощутить жизнь. Вдохнуть полной грудью. Перестать быть безмолвной покорной тенью. В обмен на что?
Чувства — это прекрасно. Но они связывают по рукам и ногам и ведут к погибели. Готова ли я снова пройти через это?
Я одёрнула рукав и вышла из магэйра.
Кэс уже, должно быть, крепко спит в отдельных покоях, за ним будет присматривать личный целитель кронпринца.
— Идём, — я рассеянно кивнула Маэни.
Гитти уже давно растворилась в коридорах дворца, чтобы не привлекать к себе внимание.
О Тристане я сейчас почти не думала и даже усталости не чувствовала.
Не так уж много мне удалось найти в вещах мужа, но то, что я нашла в маленьком тайнике в его личной спальне и в потайном отделении саквояжа, было слишком важным.
В тайнике лежали газеты. Всего три штуки. Первая из них была посвящена рождению второго принца Тристана Мъярга. Торжественная заметка на главной странице «Золотого сплетника».
Вторая — вырезанная из какой-то газеты статья одного из магистров магического университета. К сожалению, я не слишком хорошо разбиралась в магии. Всё, что удалось понять — в статье шла речь о магической селекции. Вероятность появления бездарных детей у одарённых родителей, повышения уровня сил на стадии зачатия плода и вероятность скрещивания разных даров в теле одного мага.
Тристан интересовался своим даром? Или его отсутствием?
Третья газета.. я бы никогда не поняла, что именно здесь заинтересовало Тристана, если бы не тот факт, что три страницы были чуть желтоватого цвета и немного смяты, как будто их читали чаще остальных. Одна была.. некрологом. Свежим, этого года. Да и сама газета была пятимесячной давности. На двух других разворотах была светская хроника. К счастью, копировальный артефакт сработал без проблем, мне удалось скопировать все статьи, не забирая газеты из тайника.
Личное хранилище мужа было интереснее. Там была связка ментальных артефактов. Подавление воли, вторжение в разум, контроль и.. уничтожение разума. Безвозвратное. Запрещены к производству и продаже. Достать такие могли только личная охрана императора и кронпринц. Даже императрице они были недоступны.
Кроме этого — две записки..
Одна из записок написана мужем, его почерк я помнила слишком хорошо.
«Охота прошла отвратительно. Хищник оказался слишком силён и что-то заподозрил. Вместо него в силки попались сами охотники. Мне надоело проигрывать. В следующий раз устроим охоту на молодого самца».
Казалось бы, мелочь. Ну, расстроен мой муж неудавшимся гоном. Кто-то охотится на зайцев, кто-то — на волков и рысей. Вот только Тристан ненавидел рисковать. Он панически боялся смерти. И никогда бы не пошёл, допустим, на зубра или кабана, не говоря уже о хищных кошках. Лисы, зайцы, суслики — его максимум.
Речь шла об императоре и кронпринце. Наверняка. Недоказуемо, зато мы будем точно знать, что он замешан в заговоре.
Другая записка была куда интереснее. Пожалуй, она стоила всего.
Незнакомый резкий почерк выдавал нетерпимость и злость писавшего. Чернила почти расплылись.
«16 Огня, Храм Первого, Час Призраков. Один. Memento mori, spur..»*
Кусок фразы был просто выдран, а бумажка смята так сильно, как будто её хотели искромсать.
Мне пришлось потратить два с лишним часа, чтобы изготовить и подсунуть Тристану фальшивки вместо оригиналов.
Бумаги были слишком важными, чтобы вот так их оставить. Ули́ки могли исчезнуть в любой момент.
Кто-то назначил моему мужу встречу в 16 день месяца Огня в заброшенной части дворца, у часовни Первого императора. Час Призраков — время с часу до трёх ночи. Шестнадцатый день уже через три дня.
Угроза «помни о смерти» вполне могла разозлить, но гораздо больше меня волновало утерянное слово «spur». Древний язык я знала неплохо, но не могла представить, к чему оно могло относиться.
Я так погрузилась в свои мысли, что не заметила, как мы вернулись в покои.
Зато сразу ощутила чужое присутствие.
— Хорошо ли ты помолилась богам о нашем благополучии, жена? — Знакомый до последней нотки звонкий голос звучал с насмешкой.
Я медленно подняла глаза.
Да, я ожидала его увидеть. Знала, что Трис никогда не упустит возможность свести счёты. Но как же сложно было бороться с нахлынувшим страхом и злостью!