Страница 115 из 116
— Я больше не буду, — вздохнул сын мне в плечо и неохотно оторвался, — я это.. — он бросил тоскливый взгляд на окна дворца, — должен извиниться перед дядей Кэсом, да?
— Было бы неплохо. — Я мягко улыбнулась. — За свои поступки надо отвечать, мой хороший. Особенно, если в будущем ты станешь кронпринцем, а потом — императором. Ты должен будешь защитить всех-всех. И Кэса, и Миля, и своих близких, и даже незнакомых людей. И быть к ним справедливым. А пока просто попроси прощения у Кэса. Уверена, если ты согласишься сходить с ним на рыбалку — он простит тебе все проступки — и настоящие, и будущие, — я рассмеялась, подмигнув озадаченному сыну.
— Я ему ещё новую удочку подарю! — Просиял этот манипулятор.
— Ну, за удочку он тебе сам ремень отдаст, — я подавилась смешком.
Такой маленький — и уже такой хитрый!
— Не, мне не надо, — фыркнул мелкий, — вот если бы папа меня взял с собой на этот вполегот.. ну, где гвардия тренируется!..
— Полигон? — Мне нужно выдать медаль за заслуги! «Не смеялась над Его Высочеством».
— Точно, полиглот! — Важно кивнул сын. — Только папу не уговоришь. Я чего не придумывал, — Май почесал макушку, — он не соглашается.
— И правильно делает, — я мягко улыбнулась и щелкнула упрямое чудо по кончику носа, — нечего тебе там пока делать. Вырасти сначала! Не раньше, чем в десять лет!
— У-уууу, это ещё нескоро, я уже старый совсем буду! — Взвыл сын.
— То есть я по-твоему совсем развалина? — Я прищурилась. — Дряхла-ая, — я затрясла головой, делая вид, что еле ковыляю.
Солнечный лучик попал в лицо, заставляя зажмуриться.
— Не-ет, ма! — Испуганно округлил глаза юный дамский угодник.
А глазки так и забегали — пытается понять, как вывернуться.
— Крра? — Раздалось из ближайших зарослей.
И оттуда вынырнула здоровенная усатая морда. Корри заматерел. Теперь это был огромный чешуйчатый кот с перепончатыми темными крыльями и роскошной золотисто-зелёной гривой. Из-за его лапы выглядывал крохотный черный мантикотенок — спутник сына. Он ещё путался в лапах и передвигался в основном в зубах у старшего товарища.
— Ой, Корри и Лати! — Обрадовался Май, протягивая руки к котёнку.
Корри снисходительно фыркнул.
— Ма, ты самая-самая красивая, честно! Тебе просто нисколько лет! Ты же жрис-са!
Жрис-са. Да. Жру по ночам на дворцовой кухне, потому что с таким количеством дел покушать днём почти не удавалось.
— Да ты ж моя прелесть! — Вдохнула я ласково, прижимая сына с котенком к себе. — Всегда найдёшь, как угодить даме!
— Ма, а ты прокатишь меня с друзьями на магической повозке? Ну, которую вы с магами делаете? — Оживился сын, поняв, что отчитывать его больше никто не будет.
Когда успел узнать? Наверняка снова Малькольм Ринтерн разболтал! Вот у кого язык без костей!
— Ваше Высочество! — Завибрировал переговорник. — У нас получилось, слышите? Последние испытания прошли успешно! Каграт взлетел в воздух! Если всё удастся — мы войдем в историю! Крылатые корабли на механике и магии вместо неповоротливых дирижаблей! — Мой собеседник кричал от восторга.
— Эрс Викорн, прошу, не оглушайте, — я мгновенно переключилась на деловой тон. Больше я не была невидимкой, просто принцессой. Я была самым молодым профессором кафедры Металла и проходила практику на кафедре механики.
Моим дипломным проектом и стал каграт — огромное крылатое судно-птица.
— Ваше..
— Коротко и по существу. Передайте мне полный перечень показателей корабля с последнего испытания. Также жду от вас дальнейшие планы развития проекта. В конце концов, подняться в воздух это полдела — теперь главное там удержаться. Я буду завтра. Сегодня не смогу, и не просите.
Хоть и очень хочется, но сегодняшний день уже обещан семье, а это — святое.
— Ваше Высочество, скажите хотя бы одно, как вы смогли додуматься до формулы облегчения веса? Как? Почему именно эти руны? И..
Собеседник вдруг захлебнулся. На мой переговорник легла узкая сильная ладонь и низкий холодный голос произнёс:
— Граф Викорн, ещё одно слово — и я подумаю о том, чтобы убрать вас подальше от своей жены. Сегодня у принцессы день отдыха. Извольте разбираться с вашими проблемами самостоятельно.
— Мой принц! — Мой вдохновитель и самый большой фанатик кафедры Механики захлебнулся воздухом, но переговорник уже отключился.
Сильная ладонь обхватила меня за талию, крепко прижимая к себе.
Я расслабилась, чувствуя, как меня ласково обнимают огромные крылья — и выпустила свои в ответ. Да, всё ещё маленькие и слабые, но они были! Энрис не солгал мне. Ни разу. И подарил человеку возможность полёта. Хотя, как считает Шан, человеком меня назвать было уже сложно — слишком велико оказалось влияние Энриса на свою жрицу.
— А где?.. — Я завертела головой.
— А вот! — Заявил любимый муж.
В воздухе рядом с ним парила двухместная люлька, в которой умиротворенно сопели два исчадия зла с ангельскими личиками. Близнецы Гитейра и Грион. Мой маленький любимый кошмар. Мы их не ждали. Напротив, я хотела немного повременить с детьми после Мая — уж больно шебутным оказался сын! Но мы предполагаем — а боги располагают.
О появлении близнецов я не жалела ни капли.
— Ты с ними не устал? — Посмотрела на расслабленное лицо супруга.
— Устал? Нет, я только начал входить во вкус. Не так уж часто мне удается снять c тебя бремя ухода за детьми, хотя нянек у нас хватает, — бархатный голос обволок нежностью.
Дыхание перехватило. Я смотрела на этого мужчину, который качал крылом наших детей и зорко контролировал играющего с мантикорами Мая. Видела, сколько любви и заботы он дарит мне и детям. И понимала, что мне нечего больше пожелать.
— Если это и бремя, то приятное. Особенно, с таким количеством помощников, — я мягко рассмеялась и поймала жадный взгляд на виднеющуюся в вырезе платья грудь.
— Я бы прошёл через все испытания, которые мне уготовал Сумрак, хоть сотню раз. Если бы это значило, что каждый раз в конце я буду встречать тебя. И ты будешь моей. Моя Аэри. Моя любовь.
Голос Шаннера звучал ниже и тише.
Я прильнула к нему, наслаждаясь его близостью, шепотом ветра и пальцами, которые играли с моими волосами.
— Ты и прошёл, — ответила, обхватывая руками его шею и позволяя себе в это мгновение быть не ученым, не принцессой, не воином, а просто любимой женщиной, — хватит с нас испытаний, мой принц. Я тоже.. — шепнула, прижимаясь щекой к его плечу, — ни о чем не жалею. Ты же знаешь?
Пальцы скользнули по моей скуле.
— Всегда. Я всегда чувствую твою любовь, Аэри.