Страница 19 из 24
— Нам тут Ксения Анатольевна предложила сделать что-нибудь запоминающееся на выпускной. Чтобы было что вспомнить через годы. Но у нас идей ноль, и всё кажется скучным. А ты бы что предложил?
— Я? — Грэг замер на пороге, краешком глаза косясь на нашу литераторшу.
— Да, Грэг, что бы ты придумал? — поддержала меня Света.
— Эм… Думаю, Ксения Анатольевна знает гораздо лучше. А всё, что могу предложить я, вам либо не понравится, либо администрация школы запретит под угрозой расстрела. Так что извиняйте. Ладно, мне пора.
— Ну предложи хоть что-нибудь! — остановила его Оксана.
Грэг снова посмотрел на учительницу. Я не выдержал и пошел в атаку:
— Ксения Анатольевна, я всё понимаю, но это наш выпускной. И Грэг сейчас молчит исключительно из-за вас. Вы предложили нам сделать праздник, но адекватных идей у нас нет.
Литераторша слегка растерялась от такого выпада. Она сложила руки на груди, окинула меня взглядом, затем быстро перевела его на Грэга:
— Григорий Игоревич может говорить всё, что считает нужным. Я не влияю на его решения. Если у тебя есть предложения — говори, — обратилась она к нему подчеркнуто официально.
— Да я же сказал, что не могу предложить ничего цензурного.
— Алкоголя всё равно не будет, — с откровенной тоской в голосе резюмировал Матвей.
Класс дружно хохотнул, разряжая атмосферу.
— Ну, с алкоголем мы, пожалуй, сможем решить вопрос, — хитро прищурился Грэг.
Ксения Анатольевна снова начала заводиться, но Грэг вовремя исправился:
— Шампанское-то вам всяко разрешат, — он подмигнул нам.
Всем, конечно, моментально стало ясно, что про «шампанское» он говорит исключительно для приличия, но литераторша этой тонкой иронии не заметила. Грэг мастерски умел создавать праздник из воздуха.
В этот момент дверь распахнулась, и в класс влетел Аристарх Викторович. Увидев Ксению Анатольевну, стоящую плечом к плечу с Грэгом, он аж опешил:
— Вы ещё здесь? — обратился он к другу.
— Как видишь.
— Уже пятый час! Вы что тут вообще делаете?
Пятый час?! У нас у всех глаза полезли на лоб. Мы просидели в школе практически до самого вечера! Народ тут же зашуршал по карманам, вытаскивая телефоны, чтобы проверить, не сошел ли учитель с ума.
— Да вот, рассказывал ребятам разные байки, — невозмутимо улыбнулся Грэг.
— Какие еще байки? — Аристарх Викторович с подозрением поставил портфель на стол.
— Ну, помнишь наш рок-концерт в одиннадцатом классе?
— Ты что… рассказал им всё? — в глазах учителя музыки мелькнул неподдельный ужас.
— Ну, не то чтобы всё…
— Мы теперь знаем, как вы умеете отдыхать, Аристарх Викторович! — во всю мочь заорал Пашка, и класс взорвался хохотом.
— Грэг… я же просил просто посидеть с ними! — схватился за голову учитель.
— Да ладно тебе. Тем более, не я первый начал.
— А кто тогда?! Они дети, а мы педагоги, Грэг! — Аристарх Викторович демонстративно встал рядом с Ксенией Анатольевной, занимая оборонительную позицию плечом к плечу. — Если начальство узнает, меня уволят по статье! Я же просил: посидите тихо!
— Арик… это я сказала. У меня случайно вырвалось, — раздался виноватый голос из-за спины музыканта.
Аристарх Викторович мгновенно всё понял, сдулся и только тяжело вздохнул:
— Ладно. Время уже детское, всем пора по домам.
— Мы вообще-то еще не решили насчёт выпускного! — запротестовал я.
Странное дело — мне совсем не хотелось уходить. Теперь, когда эти трое взрослых стояли перед нами вот так, без масок и официальностей, в классе царила какая-то домашняя атмосфера. Хотелось сидеть и слушать их бесконечно.
— А что вы хотите? — устало спросил Аристарх Викторович.
— Я предложила им сделать какое-нибудь творческое выступление, чтобы запомнилось на всю жизнь, — подала голос Ксения Анатольевна.
— И какие идеи?
— Мы хотели спросить у Грэга, но он ломается и молчит, — подставил я нашего героя.
Аристарх Викторович мгновенно оценил всю катастрофичность момента. Если Грэг сейчас начнет генерировать идеи для одиннадцатого класса, анархия станет официальным гимном школы.
— Думаю, вам пока рано об этом думать. Сперва сдайте экзамены, а то в голове один ветер останется. Предлагаю вернуться к этому разговору после сдачи ЕГЭ, — серьезно произнес Грэг с долькой сожаления.
Большинство ребят, не пылавших особой страстью что-либо делать, ухватились за эту отговорку и закивали.
— Ну что, тогда расходимся? — оглядел нас Аристарх Викторович.
Все начали лениво собирать рюкзаки.
— Грэг, а как у тебя-то выпускной прошел? — вдруг выпалила Света, глядя на него снизу вверх.
Несмотря на общую усталость, все замерли в ожидании финального аккорда.
— О нет, ребятки. Всем уже пора по домам, — отмахнулся он.
— Да ладно тебе, Грэг, расскажи последнюю историю! — поддержал я Свету.
Грэг неуверенно скосил глаза сначала на Ксению Анатольевну, потом на Аристарха Викторовича… и улыбнулся.
— Так, Аристарх Викторович прав, — отрезала Ксения Анатольевна, окончательно придя в себя. — Всем пора по домам. Ваши родители наверняка уже обрывают телефоны.
— Мы можем им позвонить и сказать, что задерживаемся по уважительной причине! — тут же парировал я, не желая отпускать этот момент.
— Ксения Анатольевна, извините… — робко подала голос Света. — Я не могу ручаться за абсолютно всех, но уверена: многие сейчас отдали бы всё, чтобы дослушать историю Грэга.
Класс замер, ожидая вердикта.
Наши «законные» учителя — по литературе и музыке — явно нервничали. Они смотрели на нас как на птенцов, еще не окрепших для суровой правды жизни, от которой нас нужно оберегать. И только Грэг общался с нами как с равными. Без сюсюканья, без педагогических реверансов. Наверное, именно поэтому наш новый «друг» так молниеносно взломал оборону нашего класса.
— Извините, ребят, но тут я соглашусь с вашими учителями, — неожиданно мягко произнес Грэг. — Пора по домам. Время позднее, родители действительно будут сходить с ума.
Спорить с ним было бесполезно. С понурыми лицами, нехотя, мы потянулись к выходу, волоча рюкзаки. Гул голосов в коридоре постепенно затихал.
В кабинете остались только трое: наш новый загадочный гость и двое учителей.
Глава 7