Страница 39 из 71
«Граф Корфилд… О-о-о… – Кэри мысленно застонала. Так вот почему на дверце кареты был герб! Он граф… Граф! И это была его карета!» Она бы сейчас еще раз поперхнулась говядиной, но во рту уже ничего не было.
Что же этот человек делал в доме Кеннетов?
Откуда узнал ее имя?
Можно ли считать их встречу случайной?
Вопросы завертелись, заскакали в голове, и Кэри сделала еще один глоток воды. Взгляд так и тянулся к хозяину поместья, но вместо этого она посмотрела на Ребекку.
– Ничего страшного, – отмахнулась Джульетта Дмитриевна и небрежным движением отправила прядь каштановых волос за ухо. – Надеюсь, в ближайшее время ты не покинешь нас?
– Ни за что на свете, – ответил Уолтер Эттвуд и принялся за картошку и рулеты из печени.
– Ты игнорируешь мой паштет? – строго спросила графиня, но в ее голосе проскользнула ирония.
– Нет, самое вкусное я оставил на десерт. – В его голосе тоже промелькнула ирония.
Щеки Ребекки Ларсон все еще покрывал румянец, она продолжала есть неторопливо и аккуратно и при этом бросала быстрые и острые взгляды на графа Корфилда.
«Понятно… Она втрескалась в него по уши, – сделала вывод Кэри. – Или… или хочет, чтобы он втрескался в нее по уши…»
– На десерт – груши в карамели, бисквиты с малиновым джемом и творожный мусс с орехово-шоколадной крошкой, – ответила Джульетта Дмитриевна.
– И ты еще удивляешься, что я вечно где-то пропадаю. Если бы я безвылазно жил здесь, я бы уже превратился в толстого и малоподвижного бульдога.
Они разговаривали легко, и сомневаться в их многолетней дружбе не приходилось. Но Уолтер Эттвуд был явно младше графини, и Кэри стала размышлять над этой нестыковкой. Но так как пока объяснения не было, память понесла ее назад в дом Кеннетов. Очень хотелось как-то успокоить себя, поддержать.
«Возможно ли, что я ошиблась, и этот человек вовсе не тот незнакомец… Все же было темно…»
Почувствовав на себе тяжелый взгляд, Кэри приподняла голову. Граф Корфилд смотрел на нее. О нет, никакой ошибки…
«– Почему вы плакали?
– Это вас совершенно не касается. И упоминание об этом…
– Недопустимо?
– Да!»
Она плакала, потому что Чарльз Лестон – негодяй! И потому что кое-кто в самый трудный момент лез с дурацкими вопросами!
«Если бы Дафна умела читать мысли, – вдруг подумала Кэри, – она бы выгнала меня из дома давным-давно… Ладно, я и сама знаю, что с графами нужно разговаривать уважительно. Вообще-то со всеми нужно так разговаривать. И почему он продолжает смотреть на меня?.. – Она уставилась в тарелку и захотела, чтобы обед закончился немедленно. – Расскажет он графине о нашей встрече у Кеннетов?.. И все же он знал, он знал мое имя!»
Кэри почувствовала, как злость на графа Корфилда к ней возвращается.
– Когда-то давно, – разорвал тишину голос Джульетты Дмитриевны, – мой ныне покойный муж дружил с отцом Уолтера. Я иногда вспоминаю те времена… – Она помолчала, складывая салфетку. – Мы часто гостили здесь, и это стало настоящей традицией. Я так и не смогла полюбить дом моего Николаса. Конечно, дом содержат в порядке, но это не то… Совсем не то… В нем нет жизни. А здесь… – Она глубоко вдохнула, выдохнула и улыбнулась. – А здесь все иначе. А уж о кухне я не говорю! Лучше кухни я не видела! И вот прошли годы, остались мы с Уолтером и…
– И теперь мы жжем свечи вдвоем, – усмехнулся граф.
«Должна ли я вернуть ему платок? Нет, конечно, нет, – Кэри чуть пожала плечом. – Раз он не просил об этом… – Она вновь почувствовала на себе тот тяжелый взгляд. – Не буду смотреть, не буду…»
Но устоять оказалось невозможным, и уже через секунду ее взгляд, оторвавшись от края тарелки, предательски пополз вверх…
– Кэролайн приехала сегодня, и я еще не успела показать ей дом, – сказала графиня Бенфорд.
– Буду рад показать его вам, Кэролайн, – произнес Уолтер Эттвуд и, не давая ни одной возможности к отказу, добавил: – Сразу после обеда. Джульетта, ты волшебница. Благодарю тебя за этот прекрасный обед.
Кэри мысленно простонала, а потом заметила, с каким раздражением Ребекка Ларсон смяла край салфетки.