Страница 18 из 71
– Моя милая, вы ошибаетесь, – усмехнулся Лестон. – Я просто не тот джентльмен, который согласен на вас жениться, но тот, который понимает толк в развлечениях. Ну же, Кэролайн, не будьте дурочкой, вы же влюблены в меня по уши, так скажите «да»… Об этом никто никогда не узнает, а вы испытаете то счастье, о котором мечтали. Вы даже не представляете, сколько девушек хотели бы оказаться на вашем месте…
Лестон сделал попытку поцеловать Кэри, но она дернулась, отвернулась и… разозлилась! Обида застряла в горле, к глазам подступили слезы, страх растворился. Да как вообще ей мог понравиться этот наглый, самовлюбленный негодяй?! Почему, за что он так поступает с ней? По какому праву?! И почему она должна испытывать все это унижение, и почему должна чувствовать себя маленькой рыбешкой, которую с минуты на минуту сожрет противный кот?!
– Если вы меня сейчас же не отпустите, – проглотив отчаяние, твердо произнесла Кэри, – я заору изо всех сил. И уж поверьте, вам потом придется на мне жениться.
Потратив на размышление пару секунд, Лестон разжал руки. Зеленые глаза Кэролайн Пейдж горели, и можно было не сомневаться – эта крошка завизжит так, что уши заложит, и к алтарю придется идти действительно с ней, потому что библиотека наполнится гостями Кеннетов (и самими Кеннетами) очень быстро.
– Глупышка, – произнес Лестон наигранно равнодушно, стараясь преподнести случившееся как неудачную шутку. Поправив белоснежный воротник, он бросил быстрый взгляд на дверь и сказал скорее себе, чем Кэри: – Ведь знал, что не стоит связываться, но таких зеленых глаз, к сожалению, больше ни у кого нет. – На его лице отразилось сначала разочарование, а потом взор затуманился.
– Считаю до трех и начинаю орать, – предупредила Кэри, отступая на шаг, боясь, что Чарльз Лестон вновь переступит черту вседозволенности. – И не забудьте вернуть мои письма. – Ее голос дрогнул.
– Прощайте. – Он усмехнулся и, больше не искушая судьбу, быстро покинул библиотеку. Кэри смотрела в его спину, а затем ослабла и вцепилась в полку шкафа. Несколько раз шмыгнув носом, всхлипнув, она прижала руку к груди и замотала головой, прогоняя произошедшее как можно дальше. Не желая больше оставаться в этих стенах, она торопливо направилась к двери, проклиная про себя не только Лестона, но и всех мужчин на свете, а также собственную наивность и неосмотрительность.
Оказавшись около лестницы, она испытала первый приступ отчаяния и побрела вовсе не в сторону бального зала.
«Все равно, – подумала Кэри, вытирая ладонями слезы. – Мне все равно. Я не хочу никого видеть. – Она остановилась и мысленно добавила: – Я их всех ненавижу. Я бы сейчас убила кого-нибудь!»
Но воинственный настрой надолго не задержался – обрушился второй приступ отчаяния, и Кэри почувствовала себя самой несчастной на свете. Слезы полились рекой, и их уже было не остановить. Где-то промелькнула мысль, что нужно беречь платье, если на нем появятся пятна, то она не сможет вернуться в зал, а возвращаться придется… Мысок туфли задел край ковра, Кэри всхлипнула и прислонилась к стене. Кругом царил полумрак, душа требовала жалости к себе.
«Лучше я превращусь в старую деву. – Она попыталась остановить слезы силой воли, но не вышло. – И пусть я даже буду плохо пахнуть… Хотя Дафна, конечно, врет… Пусть! Но я ни за что не выйду замуж за Маркуса Гилла… Я вообще никогда не выйду замуж!»
– Платок нужен? – раздался за спиной ровный, но чуть насмешливый голос.
Кэри вздрогнула и резко развернулась.
Перед ней стоял высокий стройный мужчина лет тридцати пяти. Так во всяком случае показалось при тусклом свете свечей. Незнакомый и какой-то… нездешний. Он смотрел на нее и протягивал белый платок.
– Да, – автоматически произнесла Кэри, взяла платок и быстро вытерла слезы.
– Оставьте себе, вдруг еще понадобится. – Он убрал руку за спину и бесцеремонно спросил: – Как вас зовут?
– Это не важно.
– Отчего же.
– Я вас не знаю.
– Это поправимо, – в его голосе вновь мелькнула насмешка. – Я как раз и предлагаю представиться.
– Нет. И я больше не собираюсь с вами разговаривать.
Кэри вытянулась в струну, сжала платок и вздернула подбородок. К сожалению, у нее нет возможности отомстить Чарльзу Лестону, но если этот незнакомец не оставит ее в покое, то она с превеликим удовольствием сорвет злость на нем!
– Почему вы плакали? – спросил он так, будто не сомневался, что получит ответ.
– Это вас совершенно не касается. И упоминание об этом…
– Недопустимо?
– Да!
Она удивилась, что все еще разговаривает с ним – слез больше нет, давно пора вернуться в зал, а то Дафну хватит удар.
Незнакомец приподнял брови и с улыбкой произнес:
– Обещаю больше никогда не напоминать вам о том, как одним поздним вечером вы стояли посреди дома многоуважаемых Кеннетов и безутешно рыдали, позабыв обо всем на свете. Слово джентльмена. – Его глаза блеснули.
– Спасибо за платок, – холодно сказала Кэри и не двинулась с места. Ей вдруг захотелось получше рассмотреть этого человека, а еще захотелось сказать ему что-нибудь неприятное. Он же стоит и подшучивает над ней, так почему же нужно сдерживаться?.. – Вам вовсе не обязательно так беспокоиться. Я не нуждаюсь ни в чьей помощи. И ни в каком участии не нуждаюсь.
Его волосы были не светлые и не темные, нос прямой и острый, губы тонкие. Подбородок… Кэри пришлось признать, что подбородок мужественный, и на этом она закончила изучать незнакомца, потому что смутилась под его проницательным взглядом.
– Нуждаетесь, Кэролайн Пейдж, – ответил он, развернулся и уверенной походкой направился к лестнице.