Страница 49 из 64
— Потому что они принадлежат партии Сунь Ятсена. Гоминьдана. Возьмёте их — влезете в чужую войну сразу со всех сторон. И с маршалом, и с японцами, и с самим Гоминьданом. Оно вам надо? К тому же без печатей до счетов всё равно не добраться, а печати я не собираюсь вам отдавать. Так что деньги эти для вас — уголь, что жжёт руки. Пусть уж лучше жгут мои.
Бао коротко усмехнулся. Впервые за весь разговор — искренне.
— Вы неглупый человек, князь. Гораздо умнее, чем хотите казаться. Даже удивительно, как в вас сочетаются столь удивительные качества. Расчёт, прагматизм, хитрость и… — Бао повёл плечом, — любовь к пьяному разгулью. Знаете, давненько мы в Харбине не видели ничего подобного. А уж цыгане и медведь…
— И про это вам донесли, — вздохнул я. — Ну что поделаешь, если у нас, у русских, такая широкая душа.
— Мне нужно подумать, — подытожил губернатор.
— Разумеется. — Я поднялся из-за стола, одёрнул костюм, накинул шубу. — Такие дела впопыхах не решают. Думайте, ваше превосходительство. Подожду. Только не забывайте, что у нас есть один японский майор, который постоянно сочиняет всевозможные истории, в финале которых предполагается мое уничтожение. А что если у него получится? И всё, не будет у вас меморандума. Кстати, вы ведь хотели поговорить со мной на приёме?
— Да, было такое, — согласился Бао. — Скорее хотел поделиться информацией о том, как упомянутый вами майор проводит время. Но… — сановник посмотрел на меня со значением, — прежде чем мы это обсудим, я должен понимать, что же с нашей дружбой. А это возможно после того, как обдумаю ваше предложение. Потому что, могу вам обещать, если мы сговоримся, подлости и удара исподтишка можете не ждать. Мы действительно станем друзьями. А вы — так очень дорогим для меня другом. В полном смысле этого слова.
— Ну что ж… разумно, — я сделал лёгкий полупоклон. — Тогда, пожалуй, откланяюсь на сегодня. Буду ждать от вас весточки.
Бао поднялся, кивнул в ответ.
— Ждите, князь. Не позднее завтрашнего вечера.
Я пожелал сановнику доброго вечера и вышел из кабинета.
Тимофей топтался возле дверей, изводил своим присутствием гвардейцев. Завидев меня, сразу шагнул навстречу. Я молча покачал головой, намекая вахмистру, что все вопросы следует задавать на улице. Он сразу понял.
Мы спустились по мраморной лестнице, миновали часовых. Я остановился возле крыльца, к пролетке не торопился. Это был напряженный разговор, нужно проветрить голову.
— Ну как, Пал Саныч? — Тимоха встал рядом, заглянул мне в лицо. — Сговорились?
— Пока не знаю, — ответил честно, — Поглядим. Бао взял день на раздумье.
Вахмистр насупился. Он не знал, что именно я предложил китайцу, но при этом вопросов не задавал. Его больше расстроил ответ сановника. Тимофей привык, чтоб у «его сиятельства» всё выходило чётко, с первого захода.
— Дык это… а ну как откажет? — хмуро спросил казак.
— Не откажет. Ему наша договоренность выгодна.
Помолчал, глядя, как Ерёма разворачивает Марусю к крыльцу. Потом усмехнулся.
— Зато один плюс уже есть, Тимоха. Верный. В ближайшие сутки мы точно узнаем, кто на лесопилке доносит Бао.