Маньчжурский гамбит 7

Глава 9

Дорога до Нового Города заняла минут сорок. Еремей очень старался разогнать Марусю, но мы выехали в такое время, когда особо в принципе не разгонишься. Улицы Пристани к полудню превратились в форменный муравейник — извозчики, рикши, телеги с углём, приказчики, снующие из лавки в лавку. Пару раз застревали намертво, пропуская то ломовиков, то артель китайцев с коромыслами.

Тимофей сидел рядом со мной и был совершенно счастлив.

Со стороны это, конечно, никак не читалось. Вахмистр держал невозмутимую маску на лице, сверлил взглядом дорогу и всем видом изображал сурового казака на службе. Но я-то видел его истинные эмоции.

Собственно, ради этого всё и затевалось.

Сопровождение мне сегодня без надобности. Предстоит всего лишь спокойный визит к губернатору. Тут бы и один справился. Но Тимоха последние дни ходил чернее тучи. Швы заживают, а к делу не пускают. Для человека, который всю жизнь служит да в разведке врагов мочит, безделье — хуже смерти. Извёлся весь, придумал себе этот десяток личной княжеской охраны, лишь бы заняться хоть чем-то.

Так что пусть едет, почувствует свою важность и нужность. Заодно проверим, насколько он восстановился после ранения.

— Павел Саныч, — подал голос вахмистр, когда пролётка выбралась наконец из толчеи и покатила ровнее. — А к губернатору-то мы по какой нужде?

— Уважение засвидетельствовать, — ответил я. — Он нас с Манью на приём в субботу позвал. Вот заеду, поблагодарю. Как приличный человек.

— И всё? — Тимоха покосился на меня с явным недоверием. — Сдаётся мне, ваше сиятельство, кто-то не договаривает.

Я не выдержал, рассмеялся. Слишком хорошо меня знает вахмистр, чтобы врать ему. Рассказал в общих чертах задумку Соломона про отряд казаков. Тимофей гениальный план Блауна оценил. Согласился, что хитрый лис придумал самый подходящий вариант для нашей ситуации.

Наконец мы въехали в новые кварталы.

Совсем другой Харбин. Будто из одного города в другой переехали. Широкие проспекты, ни копоти, ни грязи, ни лоточников.

Еремей остановил пролётку возле Управления КВЖД.

— Жди, — велел я вознице. — Мы ненадолго.

— Понял, Павел Саныч, — отозвался он.

Я выбрался из пролётки, оправил шубу. Тимофей соскочил следом и занял привычное место — на полшага позади, чуть сбоку. Так, чтоб при нужде первым оказаться между князем и любой пакостью.

Двое часовых у центральных дверей смерили нас взглядами. На мне почти не задержались, а вот на вахмистра пялились дольше. Чего уж скромничать, физиономия у Тимохи такая, что любой караульный невольно начнёт прикидывать, как этого гостя при случае останавливать.

Над парадным входом, под массивным каменным козырьком, всё ещё висел двуглавый орёл. Снять то ли руки не дошли, то ли рассудили, что и так сойдёт. Русские строили это здание, русский орёл над ним и остался. К сожалению, власть внутри давно сменилась.

— К его превосходительству, — сказал я, не дожидаясь вопросов. — Князь Арсеньев. Ожидают.

Естественно, никто меня не ожидал. Решение поехать к Бао было спонтанным и родилось только вчера. Но зачем об этом распространяться? Тем более, уверен, губернатор меня примет без всяких предупреждений.

Часовые посторонились, пропуская нас внутрь.

В этих стенах я уже бывал. Не так давно приходил сюда с Соломоном — правда, тогда мы поднимались не к губернатору, а к одному тихому человеку в дальнем кабинетике, о котором ростовщик предпочёл лишнего не рассказывать. Место я запомнил хорошо.

Вестибюль встретил тем же гвалтом, что и в прошлый раз. Ни черта не изменилось. Снова русские просители в потёртых пальто, бывшие офицеры, выбивающие хоть какую-то должность, китайские подрядчики в шёлковых халатах — все толклись у справочных окон и все разом говорили.

Мы с Тимофеем сразу двинули к широкой мраморной лестнице, поднялись на нужный этаж, свернули в левое крыло.

Я шёл первым, вахмистр топал сзади, вертел головой, разглядывал лепнину и позолоту.

— Захапали русское добро, — шепнул он мне в спину. — Сволочи китайские.

— Сволочи, — согласился я. — Но лучше им об этом не говорить. Сейчас они единственный инструмент, с помощью которого мы можем всё организовать.

На этаже, где расположился губернатор, было значительно тише, чем внизу. Просторный коридор уводил вглубь здания. В этом месте разместилась личная канцелярия губернатора и его так называемая Секретная экспедиция. Сюда просителя с улицы не пускают.

Естественно, возле высоких дубовых створок нас тормознули двое.

Эти были уже не чета караульным у входа. Личная охрана Бао — совсем другой коленкор. Собранные, спокойные, с той готовностью, которую напоказ не изобразишь. Один шагнул навстречу, перекрывая нам вход.

— К его превосходительству нельзя, — произнёс он по-русски, с тяжёлым акцентом. — Не ждут.

— Доложите, — ответил я ровно. — Князь Арсеньев. Его превосходительство меня примет.

Гвардеец пристально изучал моё лицо секунды три. Прикидывал. Развернуть незваного гостя с порога — оно, конечно, по уставу, только гость назвался князем и держится так, будто ему тут всё должны. А ну как и правда губернатор — ближайший приятель наглеца? Тогда за поворот от ворот с виноватого спросят. Логика простая, я на неё и рассчитывал.

— Ждите, — буркнул он наконец.

Кивнул напарнику, развернулся и скрылся за дубовой створкой. Пошёл докладывать.

Второй остался. Встал так, чтобы держать в поле зрения обоих, но смотрел он, конечно, не на меня. А на Тимофея. Оно и понятно. Из нас двоих опасность исходила явно не от молодого князя в бобровой шубе.

А вахмистр, зараза, всё понял и решил повеселиться.

Сначала свёл брови к переносице, уставился на гвардейца тяжёлым, немигающим взглядом. Так смотрят перед тем, как начать драку. Китаец подобрался, напрягся.

Тимоха выждал пару минут, потом расстегнул шинель и лениво повёл плечом, позволяя полам разойтись в стороны. Из-под шинели выглянула рукоять кинжала, висевшего на поясе.

Гвардеец опустил взгляд на оружие, напрягся ещё больше. Чёрт его знает, что у здоровенного казака на уме. Правая рука китайца медленно поползла к кобуре.

Тимофей будто только этого и ждал. Неспешно, с ленцой, опустил свою лапищу прямо на рукоять кинжала. Мол, я не тороплюсь, но всё под рукой.