Страница 33 из 80
Глава 17
Елисия
Вот уж чего совершенно не желала — быть кормилицей упырю, зато очень и очень хотела поговорить с Сэмом. Вернее, хотела убить. С особой кровожадной жестокостью!
Хм, наверное, я и правда ни черта не знала о своих корнях, и силушка одного из двуликих во мне где-то глубоко томилась.. Иначе с чего бы вдруг мне дико захотелось пустить кому-то кровь?
Да, может, я не упырь. Может, не оборотень.. И не ледяная заноза.. Может, я другое, неизвестное академии существо?..
Но, однозначно очень кровожадное, ибо всем другим адептам я тоже искренне желала смерти! Раз они так со мной — значит, и я.. Никаких больше мыслей о порядочности этих людишек не допущу! Какими же подлыми тварями нужно быть, чтобы улыбаться и шутить, а потом бросить на расправу монстрам?!
Ничего! Придёт день.. я отомщу!
К моему же удивлению Сэм заглянул в лазарет. Бледный, напуганный. Что-то проблеял, несмело ступая.. Но когда услышал мой рык, подкреплённый метким попаданием букетика, который бы и не заметила, если бы зло глазами не выискала, чем запулить в «друга», а цветы оказались удобно под рукой.. на тумбочке, в скромной баночке с водой, — в общем, Рэйвен, получив радушный приём, так прочь бросился, что едва дверь собой не вышиб.
— Не приходи больше! — прикрикнула на прощание, сопя как разгорячённый паровоз.
Ещё долго скрипела зубами и травилась собственным ядом, горчащим язык.
Спать ложилась в гордом одиночестве, правда уже после посещения местного академического врача, как догадалась, управляющего водой, уважаемого доктора Вошера, а по совместительству — преподавателя по травам, зельям, анатомии и ещё психологии нескольких видов.. Прям ходячая энциклопедия и магистр всезнаний.
Вошер был немногословен, спокоен. Меня отпаивал какой-то дрянью и строго-настрого велел не пропускать приём лекарств, иначе кровь придётся чистить другим способом.. Не уточнил каким, и слава богу, потому что не желала знать таких подробностей! Иначе от очередной страшилки на ночь глядя я бы точно не уснула.
А так — выпила, зевнула, потянулась, глазки закрыла и вырубилась.. даже ни о чём толком не подумав.
И всё бы ничего, да только снилось мне много.. всего странного и студящего кровь. И её там тоже было предостаточно.
Ночь, моргание свечей.. Какой-то человек в плаще с накидкой, проводит таинственный ритуал. Лица жреца/ведьмака не видно, а вот его заклинание звучало так пугающе, что аж до костей пробирало. Шершавый низкий голос. Непонятный язык. Кинжал в руке, занесённый над телом молодого мужчины на каменном алтаре.
А потом много.. много крови, бегущей по камню.. просачивающейся и питающей землю.
Проснулась, словно побитая и уставшая собака. Ни капельки не выспалась. Даже лень было глаза открывать — полная нехватка сил. Но зато распахнула, когда громыхнул голос Вошера:
— Это кто сделал?
Испуганно проморгавшись, обшарила взглядом лазарет, всё больше вжимая голову в плечи и молясь, чтобы это было галлюцинацией. Но, судя по недовольному тону магистра всезнаний, — мне не мерещилось.
— Елисия Чарльстон, — опять рявкнул врач. — Кто? Это? Сделал?
— Я.. — неопределённо замотала головой, продолжая ужасаться рисункам и письменам на светло-серых стенах лазарета. — Не знаю.. — лукавила, ибо.. фрагменты сна в набросках, сделанных положительно кровью, видела! Это были.. картинки сна.
— И поэтому ваши руки в крови? — прищурился мужик, и я нервно опустила глаза на свои руки.
Капец!!!
Моя светлая больничная рубашка.. руки, ноги.. да я вся была в засохших пятнах крови.. а одно запястье.. криво и часто рассечено..
Кровь уже не лилась, раны затянулись, корочка засохла.
— Я.. не знаю, правда, — всхлипнула, ощутив ещё большую усталость и тяжесть. На меня будто неподъёмный груз обрушился.
Вошер поджал губы, сурово меня изучая стальным взглядом, но промолчал.
— Дай, посмотрю, — шагнул ко мне. Без осторожности осмотрел, недовольно проворчал, что по мне клиника плачет и более внимательное обследование, и ненадолго ушёл за необходимыми принадлежностями: водой, тряпкой, сменной одеждой. И, естественно, вернулся не один — ректор был тут как тут.
В отличие от врача озадачил другим вопросом и не таким обвиняющим тоном:
— Ты знаешь, что здесь написано? — пристально смотрел на меня и с явной надеждой на положительный ответ.
Я с сожалением покачала головой.
— И как это написала тоже не помнишь? — догадливо уточнил Шайх.
Я опять тряхнула головой.
— Хорошо, — не пойми чему кивнул ректор. — Не переживай, мы во всём разберемся, — не то чтобы успокаивал, скорее бурчал себе под нос, себя же в этом убеждая. — Господин Вошер, девочке бы зелье для восстановления сил, — отдал пожелание/распоряжение врачу, ожидающему окончательного решения. — А то.. крови было потрачено много.
— Уже готовлю, — сухо отрезал Вошер.
Ректор ушёл.
Я умылась, переоделась.. и как раз подоспел лекарь с подносом: завтрак и.. зелье? После которого я уснула мертвецким и пустым сном.
А проснулась резко. Мои инстинкты орали, что я не одна. Опасность! БЛИЗКО! Так близко, что я.. на грани жизни/смерти. И это меня выдернуло из сна. Я распахнула глаза, уставляясь в налитые кровью.. Грознича. Я бы завизжала, отшатнулась, но упырь бесстрастно заткнул, накрыв мой рот холодной ладонью. Да так крепко придавил, что я, точно в койку припаянная осталась лежать, как была. Двуликий с частично измененной внешностью, и сейчас его лицо представляло нечто среднее между человеком и огромной уродливой летающей мышью, продолжал меня бесстрастно и неспешно изучать. Очень низко склонившись: не то рассматривал, не то обнюхивал.
Ох, и трясло меня от страха.
Не знаю, возможно ли такое, но ощущала, как моё испуганное сердце рьяно гоняло кровь по жилам.. и одна.. та, что на шее — яростно, слишком вызывающе чётко пульсировала.
По ней-то языком и скользнул упырь.
Я чуть в трусы не наделала.
Забыла, что дышать нужно, приготовилась к боли.. смерти, но Шепс удивил:
— Спи, — оставил меня в покое. Пробормотал тихо, но внушительно, точно гипноз. И я послушной девочкой зажмурилась, боясь пошевелиться и опять привлечь монстра.
Лежала, слушая заходящееся в бешеном ритме сердце, и молилась, чтобы кто-нибудь пришёл.. и меня спас от монстра..
И, словно услышав мои просьбы, в лазарете раздались восклицания.
— Это как?
— Это же нереально!
— Невозможно!
— Новенькая, говорите?