Страница 22 из 86
Глава 5
Брякнул колокольчик, пропуская в помещение Эффу и шум дождя. Закрытая дверь тут же отсекла большинство звуков.
Постояв в полумраке служебной подсветки — я не зажигал свет — девушка отставила расправленный зонт в сторону, просушиваться. Молча стянула плащ, оставив его поверх морозильного ларя. Не торопилась — будто каждый день так.
Прошла мимо меня к кассе — на стойку легли две сотенные купюры. За спиной загудел кофейный аппарат, добавляя в полумрак ароматов бессонницы.
Я все еще не произнес ни слова и искренне надеялся, что она поступит так же.
Скрипнули ножки табурета по полу — девушка пододвинула свободный к моему. Села рядом, со стаканчиком в руках, и тоже смотрела через окна на дождь — и на серебристый гравилет с неотключенными габаритными огнями, в конусе фар которого падали серые иглы воды.
На колени что-то легло — с удивлением отметил три крупные шоколадки.
— Я правило помню, ты ешь — я говорю. — Слишком громко для тишины произнесла Эффа.
Поняла это и словно бы смутилась, замерла.
— Правило было — не звонить.
— Поэтому я здесь.
— Колокольчик над дверью. — Кивнул я, указывая на оберег, защищающий от злых сил.
— Ты тоже нарушил правило.
Я отпил кофе и не стал ничего говорить на эту возмутительную ложь. Только головой покачал.
— Три шоколадки твоего времени, и я уеду, — сдалась Эффа.
— Начинай, — вздохнув, надорвал я упаковку.
— Я все еще веду дело с энерговодами, ты помнишь.
Сложно не запомнить первый день знакомства — тогда Эффа пыталась посадить меня в первый раз.
— После тех двенадцати, что подложили тебе в квартиру, мне удалось хорошо продвинуться. Люди мистера Хайни поделились, где взяли. Они их не покупали — приземлили на задницу двух наглых гонщиков, те откупились.
— А вернуть тогда чего хотел?
— Все пилоты хотят летать быстро. Ты ешь, иначе за ночь не уложимся.
— Угум, — не спешил я.
К шоколаду относился хорошо, но без фанатизма. Вот мясо…
— Мне этих гонщиков сдали. В ходе оперативной разработки было определено место производства и складирования готовой продукции.
О, то-то она такая парадная вся — я сначала думал, обычная форма. А сейчас увидел, что праздничная — со всеми наградами, плашками и лентами. Опять же, без каблуков и шпилек — уставная обувь. Награждали, наверное.
Хвастать приехала? А чего вид нерадостный? Интересно…
Столько вопросов пропало, потому что во время еды разговаривать нельзя.
— Но взять и просто проникнуть туда оказалось невозможно. Система паролей, двери-шлюзы, видеонаблюдение. При штурме мы бы получили пшик, пустышку. Тогда была придумана операция прикрытия. Мы завезли на соседний склад горючую продукцию и на третий день изобразили пожар.
Я закашлялся.
— Да, дымило в городе из-за меня, — ворчливо отозвалась Эффа.
— А без пожара никак?
— Ну придумай, умник. — С иронией предложили мне.
— Устройте им прорыв канализации, сами сбегут.
— Так, — лишили меня одной шоколадки. — Чтобы не выпендривался. И чтобы дальше без комментариев!
А ведь они были, сочные — о том, как гениально спалить склад и взорвать целый квартал.
— Взрыв был не из-за нас. — Словно подслушала она мои мысли. — К сожалению, меня не послушали, и внутрь пошли, не убедившись, что логово покинули абсолютно все. Посчитали по головам, решили, что внутри пусто. Исполнители — второстепенны. На записях все лица есть, личности установлены, по адресам проживания дежурят оперативники. Главное — вещественное подтверждение, что внутри производство.
Я поднял руку, словно на уроке.
— Ну?
— А вербануть кого-то? Пусть походит с камерой, запишет разговоры. А вы ему — прощение.
— Тан, ты с людьми, которые под висельными статьями ходят, сталкивался?
— Ага. Кстати, как он?
— Так, жуй дальше. Я к тому, что с такими договориться сложно. Они все мертвые, понимаешь? Они это приняли, они этим гордятся. А если он войдет туда и сразу крикнет про микрофоны?
— И что, ни у кого любимой девушки?
— Хочешь почитать уголовные дела про девушек, выкинутых на скорости из гравилета?
Я принялся молча жевать, хмуро и сосредоточенно.
— Штурмовые группы зашли, склад и производство подтверждено. Все ходят вокруг довольные, — горько произнесла Эффа. — Дело на особом контроле Канцлера. Если не забыл, через десять дней тезоименитство Его Величества. К этому дню Канцлер готовит доклад и выдвигает отличившихся. А наше дело уже в списке, понимаешь? Мы его уже распутали и блестяще решили, осталось вписать имена победителей.
— А полмесяца назад ты бегала по нему одна, — отметил я.
— Там какому-то придурку снова ногу отрезали, шум дошел до дворца. Мне сил подкинули и велели соответствовать, — криво улыбнулась та. — Ты ведь понимаешь, что если дело провалить, то имя попадет в другой перечень?.. Смогу — молодец, не смогу — ну, друзей у меня так и не появилось. В общем, как я добыла информацию про логово, все вокруг забегали. Начальства стало столько, что мой голос учитывался как совещательный. А я ведь — руководитель операции.
Я доел первую шоколадку и открыл вторую. Потом, глядя на грустное лицо, сжалился и протянул ей дольку. Захрумкала.
— Короче, они улетели, и что-то взорвалось, — подвел я черту.
Но Эффа медленно покачала головой.
— Хуже. Сильно хуже. Два гравилета, по предварительным данным, «Эсмер-9», проломили перекрытия склада и ушли в небо. Один взорвался на высоте двух километров, второй ушел. Была взломана система диспетчеризации, все гравилеты в городе получили команду покинуть небо над столицей. Второй «Эсмер» отследить не удалось.
— Модель не самая распространенная. — Прикинул я.
— Но и не редкая. Идентификатор был выключен, а без него — придется перебирать всех богатых людей Империи.
Цена там — космос. Но богатые люди не могут игнорировать экспертов, которые выкатили «Эсмер-9» на обложки журналов и объявили лучшей машиной прошлого года.
— Записи же есть.
— Тан, всех, кто входил и выходил, посчитали. Они есть на фото и видео, а больше там нет никого. Это уже потом, когда дым ушел, были обнаружены прорези в стенах и полу к соседнему бизнес центру и подземной парковке. Оттуда могли заходить сотни людей и туда же уходить. Там крупный магазин на первом этаже, рестораны, кафе, фитнес и сотни разных офисов с лифтом на крышу.
— Записи от соседей?
— А догадайся.