Страница 65 из 82
Глаз открыть так и не могла, но ощутила, как моих губ коснулось что-то тёплое, мокрое.. Попало в рот.. Я непроизвольно сглотнула и вновь скривилась:
— Фу! – попыталась языком вытолкнуть сладковато-металлический привкус. – Что за гадость? – нашла силы открыть один глаз, и тотчас второй: – Да ты издеваешься? – попыталась сесть, в ужасе шарахаясь от упыря, в свою очередь отпаивающего меня своей кровью.
— Да тихо ты! – беззлобно рыкнул Грознич, ловко поймав меня за затылок и насильно прикладывая своё кровоточащее запястье к моему рту. – Хотя бы пару глотков сделай..
Я сопротивлялась, крутила головой, плотно сжимала губы, мычала угрозы и требовала меня отпустить, но упырь был сильнее и хитрее. Умудрился нажать на болевые точки скул и я, ахнув, открыла рот, куда тотчас попала кровь. Отшатнуться не позволил Шепс, удерживал крепко и поил насильно.
— Так надо, поверь! – твердил уверенно, и в итоге я сдалась.
Через не хочу, проглотила мерзкую жижу, уже наполнившую рот, но только упырь меня отпустил, зашлась кашлем, рухнула обратно на пол, где меня и вырвало.
— Зачем ты это сделал? – ощерилась гневно, утирая губы.
— Ты была обессилена. А это единственный быстрый способ привести тебя в чувства.
— Кровь? – продолжала кашлять я, опять ощущая позыв блевануть.
— Кровь вампира, как и оборотня, обладают исцеляющей силой. Она на время сродняет и даёт приток сил..
— Допинг, – чуть успокоившись, памятливо покивала я и откинулась на грязный пол, уставляясь в потолок, на котором уже прижился вьюнок, облюбовав весь свод.
— Да, – подтвердил Шепс, устало плюхаясь рядом со мной. – Теперь мы в расчёте! И на равных..
— Что это значит? – недопоняла его реплики.
— То, что оба обессилены, Лиса! Но зато живы! И теперь нам нужно время оклематься, – по-доброму усмехнулся Грознич.
— Тогда полежим, – согласно покивала я собственным мыслям.
— Полежим, – поддакнул Шепс и его рука в ободряющем жесте накрыла мою. – Мда, – задумчиво протянул он, – даже не знаю злиться на тебя или восхищаться.
Я озадаченно скосила на него глаза. На мой молчаливый вопрос, Грознич пояснил:
— До тебя у меня не было таких качелей. Да и вообще в академии было обычно и только выходы в Поле хоть как-то разбавляли серость дней, но стоило тебе ворваться в наши жизни.. – многозначительно помолчал. – Ты – стихийное бедствие для всех, и в то же время ты.. глоток чистой, непорочной, светлой жизни. Как бы мы все на тебя не имели зуб, ты привнесла нового, а к добру оно или к злу.. время покажет.
— Прости, – снова повинилась я. – Я сама для себя угроза, – изрекла глубокомысленно. – Стой, – теперь повернула голову в его сторону: – А что значит, вы все имели на меня зуб?
— Это образно, но если не замечаешь, то своими поступками ты чаще шокируешь, чем радуешь. Провоцируешь, а не примеряешь! Твои умозаключения поражают, и не всегда приятно. Ты – новый элемент, а значит, нам было нужно подвинуться, уступая тебе место. А это сложно для каждого из нас хотя бы потому, что никогда! За всю историю острова Проклятых!!! – выделил значимо, – никогда такого не было! Ты свалилась на наши головы, и не только тебе, нам ВСЕМ пришлось подстраиваться под новую реальность. Для кого-то безболезненно, для кого очень болезненно, и вот теперь ты одна из нас! Нравится это кому-то или нет! И место теперь твоё по праву отверженного, спрашивал нашего мнения кто-то по этому поводу или нет! Тут даже Совет сильнейших и древних ничего не мог поделать! Ты ЕСТЬ!.. Ты что-то с нечто.. заразившая каждого из нас.
— Чем это я вас заразила? – ворчливо огрызнулась я.
— Собой, Лиса. Ты просто не знаешь, как всё изменилось с твоим появлением. Как мы все поменялись.. Осталось только научиться понимать твои тупые поступки, чтобы вовремя их или поддерживать, либо упреждать! – плюнул в сердцах, но без злобы.
— Боюсь, я сама не могу, – обиженно надула губы. – У меня не мозг отвечает за поступки, а сердце.. Они вечно спорят, а побеждает этот вредоносный орган..
— Ты сейчас серьёзно? – недоверчиво уточнил Шепс. – Сердце? Тот самый орган, всего лишь гоняющий кровь по венам? – с ещё большим сомнением добавил Грознич.
— У тебя может и просто гоняет, а у меня.. оно как самостоятельный орган!
— Хочешь сказать, что сердце заставило рассекретить наше присутствие и подставиться под смертельный удар? – недоумённо сморгнул Шепс.
— Оно вытолкнуло меня, чтобы не позволить убить невинное животное.
— Ягнёнка, Лис! Это всего лишь..
— Ни в чём не повинное животное, Грознич! – в свою очередь попыталась объяснить свою мысль я.
Он красноречиво обвёл глазами заваленное растениями и телами помещение:
— А их не жалко?
Я тяжко выдохнула:
— Не уверена, что смогу это когда-нибудь забыть! – тихо призналась я. – Но я не хотела так.. – запнулась на слове. – Я никому не желаю смерти!!! И как оказалось себя не контролирую, когда в отчаянии и ужасе. Когда оказываюсь перед лицом истинного Зла.
— Думаешь, это может стать оправданием?
— Нет! Но я объясняю, как воспринимала момент, и тогда они.. были нелюди! Они отвечали за свои поступки..
— Уверена? – парировал резонно Шепс. – Может ими управлял Тёмный? А они такие же невинные..
— Невинные сатанистами не станут! – горячо заявила я, но, наверное, больше себя в этом убеждала. – Они из рода людей, а значит самые страшные из живых созданий! И у людей принято делать выбор чаще всего в пользу себя, а не во спасение слабого. Так что не верю, что они были чистыми и светлыми. Даже если ими управлял Тёмный, они были к этому готовы! Они этому не сопротивлялись. И даже больше – поэтому собиралась убить животное!
— Так делают многие!
— Но не ради «принести в жертву сатане и закрепить ритуал, который может аукнуться большему количеству людей», – выпалила своё возмущение я. – Убийство ради пропитания.. это я ещё могу понять, Грознич! И то, не уверена, что смогу лишить жизни, чтобы поесть! Я не росла в деревне или селе, где убивают животных, я – городской житель, и когда вижу несправедливость или вот такое мракобесие.. моё сердце обливается кровью.. это сильнее меня.. сильнее здравомыслия, хоть убей!
— Это всего лишь ягнёнок, – устало вторил Грознич, явно не понимая моих терзаний.
— Но он тоже хочет жить.. И если у меня был шанс его спасти, я это сделала, как бы глупо это не казалось со стороны. Кто его знает, может, именно он когда-нибудь кому-то жизнь спасёт в ответ, даже если ценой своей жизни..
На миг полуразрушенное здание окутала тишина.