Твоя нежная буря

Глава 29

Хлоя. Королевство Гримхольм. Железная Долина. Январь 1578 года от победы над духами Хаоса.

Как же долго я бежала в лесу по сугробам. Падала. Вновь вставала. За спиной выли волки. Дышать было трудно. В груди всё болело. А ночь всё не заканчивалась…

С трудом открыла глаза. Моя комната. Залитая солнечным светом. Тумба у кровати заставлена пузырьками с зельями. Провела рукой по спутанным волосам. Руки были тяжёлыми, словно к ним привязали камни.

– Ну неужели, Цветочек! Я уж думал, ты так и будешь спать до приезда королей, – в голосе Ашера была слышна усталость.

Повернула голову на его голос. Он сидел в кресле у кровати. Напряжённый. Немного осунувшийся.

– Ашер, – выдохнула я осипшим чужим голосом.

Он сгрёб мою руку, даря тепло своим прикосновением. Улыбнулся.

– Что… что произошло?

– Одна маленькая и глупая девочка заблудилась в лесу ночью. Почти умерла. Её нашли. Успели спасти. А потом она три недели пролежала с лихорадкой, не вставая с постели. А мне приходилось жить с обеспокоенным, злым, как стая Духов Хаоса, братом. О себе не переживаешь – так хоть о других подумай. Я слово боялся при нём сказать.

Я нервно усмехнулась, закашлялась. Ашер подал мне стакан с какой-то мутной жидкостью, помог сесть, подкладывая под спину гору подушек. С трудом натянула одеяло повыше, чтобы скрыть сорочку.

– Не переживай, Цветочек, меня не привлекают скелеты.

Выпила зелье. Поморщилась. Отдала Ашеру стакан. В голове чуть прояснилось. Я вспомнила ту ночь. Своё бегство. Лошадь, подвернувшую ногу. Вой волков. Как бежала по лесу, утопая в сугробах. Как закончились силы. И как села под деревом, сжимаясь и стараясь согреться. Глаза закрылись, и стало тепло.

– Мой… отец… он умирает, – пробормотал я, с трудом сдерживая слёзы.

Ашер чуть сильнее сжал мою руку.

– Так бывает, Хлоя. Никто не в силах переиграть смерть.

Кивнула, смотря в тёмно-янтарные глаза принца.

– Но… как это пережить? Я не знаю. Сначала Марика. Потом папа. Почему так больно?

– Боги всегда преподают болезненные уроки. Закаляют, как сталь, а потом затачивают, чтобы мы могли ранить окружающих. И никто не будет знать, сколько раз ты умер от боли за самой очаровательной улыбкой, – грустно улыбнулся Ашер.

Я всмотрелась в его лицо. В серьёзный, как никогда, взгляд.

– Это пройдёт? – сглотнула я.

– Честно? Никогда. Мой отец убил мою мать. А я до сих пор по ночам вижу кровь, стекающую по её спине, – Ашер опустил взор. На лице его отразилась вся боль.

Сжала его руку в ответ. По щеке скользнула первая слеза. Принц дёрнул уголком губ. Миг – и на лице вновь появилась кошачья улыбка. А глаза стали золотистого цвета.

– Ты пропустила свой день рождения. Я, вообще-то, планировал погулять на балу, позлить местных аристократов и выпить всё вино в вашем погребе. Как ты могла так поступить?

Я усмехнулась, помотала головой, вытирая слёзы. Сколько нужно пройти, чтобы так умело менять маски? Сердце сжалось от щемящей тоски.

– Мы отпразднуем его в следующий раз. Обещаю.

– Ну нет уж! Совместим его с моим и с Рейнара. Напьёмся втроём.

– А… Рейнар? – мне хотелось увидеть его больше всего. Рассказать о своих чувствах.

Кто знает, что произойдёт завтра.

– Умчался на границу. Через две недели Веллант с Яриной прибывают. Хочет выслужиться перед братом. Уже соскучилась по его пальцам?

– Я… кажется, люблю его, Ашер, – пропустив подкол мимо ушей, пробормотала я.

Принц улыбнулся. Тепло. Как брат.

– Я знаю, Цветочек. Разве возможно не влюбиться в Гримвальдов? – он потянулся к тумбе. Подхватил подвеску с кулоном. С большой жемчужиной в центре. – Гаспар не дождался твоего пробуждения. И просил передать тебе подарок на день рождения.

Я приняла кулон, провела пальцем по жемчужине.

– Я же ранила его.

– Он не в обиде. А сколько раз он вытаскивал из себя кинжалы – и не сосчитать.

– Ашер, а кто такой Ворон?

Принц выпустил мою руку, поднялся на ноги, вздохнул.

– Ворон – это мальчик, что вынужден был выживать на Пепельном рынке. Для своих он друг, что всегда придёт на помощь. Для других злейший враг, что знает самые грязные секреты и может уничтожить в любой момент даже королей. Но тебе пора отдохнуть. Ты ещё слишком слаба. Надеюсь, отъешься к нашему дню рождению.

Ашер ушёл. Я вновь провалилась в сон. Пустой. Без сновидений. Кошмаров.

***

Ещё несколько дней я провела в полубреду. Рейнара так и не было. Заходил отец. Он выглядел всё хуже. Я попросила у него прощения за свою выходку. Он лишь устало улыбнулся, сказав, что это часть моего характера. Рассказал, что нашли меня принцы. И как они спасли меня магией. Как Рейнар рычал на целителей, не желая выпускать меня из своих рук. Мама тоже заглядывала.

Наконец, я окончательно пошла на поправку. Тина помогла мне помыться, расчесала спутанные волосы. Приёмы пищи по-прежнему проходили в покоях. И только к концу недели я смогла посещать столовую.

Я сидела у камина в своей гостиной. На улице уже темнело. В дверь постучали. Уходить от тепла не хотелось.

– Войдите, – нахмурилась, не зная, кого ожидать в такой час.

Ашер бы точно не стучал. Дверь приоткрылась. Аромат амбры и сандала заполнил помещение. Сердце затрепетало в предвкушении. Рейнар медленно прошёл в комнату, улыбнулся.

– Рад, что ты уже идёшь на поправку, – сдержанно произнёс он.

Я скользила взглядом по его лицу. Запавшим глазам. Впитывала каждую чёрточку. И не думала, что соскучилась до дрожи в пальцах.

– Я ждала тебя, – тихо произнесла, не сдерживая улыбки.

Поднялась на ноги, быстро сократила расстояние между нами, встала на цыпочки, обвивая его шею руками, коснулась губ, задыхаясь в его аромате. Пальцы на моей спине напряглись. Он ответил, вжимая меня в своё тело. Разгоняя кровь. Сбивая дыхание.

– Я люблю тебя, Рейнар Гримвальд… – прошептала, когда поцелуй был разорван. Провела нежно пальцами по его скулам.

Пальцы впились в мою талию. Принц напрягся. Кадык его дёрнулся. Рейнар отвёл взгляд.

– Хлоя… – он отстранился, отступил, отвернулся, проводя по волосам рукой.

– Что не так? – оцепенела я, обнимая себя за плечи.

На языке растекалась горечь, которую я старалась не замечать.

– Всё не так, – холодно произнёс Рейнар. – Мне жаль, что я позволил зайти этому так далеко. Это не взаимно. Я не люблю тебя.

Внутри что-то треснуло. Осыпалось. Полетело вниз, перерезав сосуды.

– Но… мне казалось…