Туман

Гавань Золотой Рог превратилась в гигантский, хаотичный паркинг для судов всех мастей. Их «Странник», который в любой марине Калифорнии считался бы верхом роскоши, здесь был лишь одним из многих. Рядом с ними стояли ещё более крупные и дорогие суперъяхты, чьи владельцы, миллиардеры из Гонконга, Сингапура и Британии, успели перегнать свои плавучие дворцы через океан. Эти суда, сверкающие хромом и тонированным стеклом, казались островами былого, неприличного богатства. На их палубах иногда можно было заметить людей в белой одежде, но они редко контактировали с внешним миром, словно продолжая жить в своей собственной реальности.

Но большую часть гавани занимали не они. Здесь находились ржавые рыболовецкие траулеры с корейскими и японскими иероглифами на бортах, пропахшие рыбой и соляркой. Были юркие катера береговой охраны, военные патрульные корабли, серые и грозные. Были десятки парусных яхт, чьи владельцы, отчаянные романтики, пересекли океан под парусом. И было бесчисленное множество мелких судёнышек, моторных лодок, рыбацких шхун, набитых людьми до отказа.

Джед здесь наблюдал интересную картину. Пока владельцы роскошных яхт спали или развлекались, из гавани, лавируя между стоящими на рейде судами, выходили в море небольшие рыболовецкие сейнеры. Это были местные, владивостокские рыбаки. Суровые мужчины, которые, несмотря на конец света, продолжали делать то, что умели, ловить рыбу. Потому что миллионы голодных ртов на берегу хотели есть.

— Смотрите, — сказал старик, кивая в сторону одного из таких сейнеров. — Мир рушится, а эти парни идут на работу.

— Это безумие, — ответил Джек, кутаясь в куртку от утренней прохлады. — Зачем рисковать? Что, если туман придёт, пока они в море?

— А что им делать? — посмотрел на него с высоты своего возраста Стоун. — Сидеть на берегу и ждать смерти от голода? Нет, парень. Пока человек может работать, пока он может делать что-то полезное, он остаётся человеком. Они не просто рыбу ловят. Они борются. Каждый по-своему. Этот город ещё жив только благодаря таким, как они.

К огромному облегчению, после недолгих, но напряженных переговоров по рации с портовыми властями, им разрешили войти и указали место у одного из гостевых причалов, забитого такими же, как они, беглецами. Видимо, российское правительство действительно сдержало слово.

Едва Марк закрепил последний швартов, а Джек заглушил двигатель, на палубу выплыл Адамс. Он был одет в белоснежные брюки и поло, которые выглядели абсурдно чисто на фоне всеобщей усталости и грязи. За ним, как три испуганные лани, жались его спутницы.

— Наконец-то эта посудина доскреблась до цивилизации, — процедил он, брезгливо оглядывая забитый причал, демонстративно не замечая старика. — Келли, я полагаю, на этом наши пути расходятся. Не трудись меня провожать. Я найду американское консульство и решу свои проблемы.

Джек, стоявший у штурвала, кивнул, не желая особо разговаривать с этим типом.

— Как скажешь, — равнодушно бросил молодой человек.

Джед, протиравший ветошью стекло в рубке, медленно повернулся. Его взгляд был холодным и острым, как осколок стекла.

— Удачи с консульством, мистер Адамс, — ровным голосом произнес он. — Боюсь, там сейчас такая же очередь из желающих решить свои проблемы, как в райские кущи. И не забудьте карету заказать, а то пешком по грязи идти не комильфо.

Адамс скривил губы, но промолчал. Он явно не хотел вступать в очередную перепалку со стариком, которого откровенно боялся. Рыжеволосая Ава, одетая в слишком короткое откровенное платье, выставляя длинные ноги напоказ, оглядываясь по сторонам с ужасом, пропищала:

— Дорогой, а где… где лимузин? Как мы поедем?

Джед хмыкнул так, что девица вздрогнула.

— Водители, мэм, сейчас заняты. Тащат на себе свои семьи и остатки своей жизни. Советую поторопиться, пока ваше место в очереди не заняли.

Миллиардер бросил на Стоуна полный ненависти взгляд, схватил свой саквояж от Louis Vuitton и, не сказав ни слова благодарности или прощания, первым сошел на причал. Девушки, подхватив свои небольшие сумки, гуськом последовали за ним, растерянно оглядываясь на суровый, чужой мир, далёкую Россию.

Как только их фигуры скрылись в толпе, на палубе «Странника» воцарилась тишина. А потом все одновременно выдохнули.

— Слава богу, — прошептал Джек, опускаясь на скамью.

— Воздух стал чище, — констатировал Марк, сматывая канат.

Моника подошла к Джеку и положила ему руку на плечо. Даже она, всегда старавшаяся найти во всех что-то хорошее, чувствовала огромное облегчение. Они избавились от балласта. Теперь на борту снова были только свои.

— Я предлагала остаться Зои, но она отказалась.

— Почему?

— Не знаю. Может, надеется на лучшее с Адамсом? Только, как мне кажется, будущего у неё с ним не будет.

— Глупая девчонка, — вздохнул Келли.

— Глупая, — согласилась с ним Моника. — Но хорошая. Из всех них, мне только её жалко.

Именно в этот момент их идиллию нарушил четкий, властный голос с причала.

— Судно «Странник»? Приготовиться к досмотру.

На борт поднялись двое военных в камуфляже с автоматами Калашникова наперевес. Их лица были молодыми, непроницаемыми. За ними следовал человек лет сорока в штатском. Недорогой костюм, короткая стрижка и взгляд, который оценивал не людей, а потенциальные проблемы. Он говорил на хорошем, хотя и с сильным, режущим ухо акцентом, английском.

— Я майор Беликов, Федеральная служба безопасности, — представился он, не протягивая руки.

Глаза быстро, но цепко обежали каждого на палубе. Измотанного Джека, прижавшуюся к нему Монику, собравшуюся и настороженную Сару с детьми, надежного Марка и, наконец, остановились на Джеде. Взгляд майора задержался на старике на долю секунды дольше.

— Капитан судна?

— Считайте, что я, — ответил Стоун, не отводя глаз.

— Документы на судно. Паспорта всех присутствующих. Цель прибытия? Экстренная эвакуация, я полагаю?

Джек поспешно принес из рубки судовой журнал и папку с документами. Беликов бегло пролистал их, больше для вида.

— Оружие, наркотики, незадекларированные ценности на борту имеются?

Стандартный вопрос прозвучал как угроза.

— Только сломанный тостер и скверный характер, — буркнул Джед. — И то, и другое мое.

Майор даже не улыбнулся. Он лишь медленно кивнул, словно занося что-то в свою мысленную картотеку. Но, тем не менее, им пришлось сдать весь свой арсенал, который достался от бандитов. Просто не хотелось проблем с органами.