Туман

Глава 4

После трагической гибели Майкла в командном пункте воцарилась гнетущая атмосфера. Ужас, смешанный с научным бессилием, парализовал работу на несколько часов. Люди ходили, как тени, боясь смотреть друг другу в глаза и в сторону безмолвного столба тумана, который теперь ассоциировался не просто с аномалией, а с безжалостным палачом.

Мир сузился до экрана монитора, до этих проклятых нулей, которые издевательски подмигивали из вечности.

Арис зажмурилась, пытаясь отогнать наваждение. В ушах до сих пор стояли последние слова Майкла. Она снова и снова прогоняла в памяти каждое его действие, каждое показание приборов перед обрывом связи. Не было ничего. Никакой аномалии в данных, предвещающей катастрофу. Просто… обрыв. Словно кто-то щелкнул выключателем, стирая человека из реальности.

Торн чувствовала, как волны отчаяния накатывают одна за другой, грозя поглотить целиком. Хотелось кричать, биться головой о стену, но женщина лишь крепче стискивала зубы. Она доктор Арис Торн, ведущий специалист. На нее смотрят другие. Она не имела права на слабость, по крайней мере, не публично.

В своей палатке, вдали от чужих глаз, женщина позволила себе несколько минут тихой истерики. Слезы ярости и бессилия катились по щекам, смешиваясь с пылью полевого лагеря. Она думала о семье Майкла, о том, какие слова ей придется подбирать. Если, конечно, ей самой суждено выбраться отсюда.

Эта мысль отрезвила. Страх за собственную жизнь, такой естественный и такой неуместный в ее положении, заставил собраться. Она умылась ледяной водой, посмотрела на свое отражение в маленьком зеркальце. Бледное, измученное лицо, темные круги под глазами. Но во взгляде уже разгорался холодный огонь решимости. Они столкнулись с чем-то, что не поддается осмыслению существующими научными методами. Значит, нужно менять методы. Или, по крайней мере, инструменты.

* *

В небольшом конференц-тенте, собрались ее ближайшие помощники. Доктор Рамирес, специалист по аномальным полям, и талантливый инженер-робототехник Ли Чен, прибывший час назад. Томпсон, как всегда безупречно одетый, несмотря на полевые условия, стоял чуть поодаль, скрестив руки на груди. Его лицо не выражало ничего, кроме профессионального интереса и легкой скуки.

— Мы потеряли Майкла, — говорила Торн ровным голосом. — И мы до сих пор не имеем ни малейшего представления о том, что происходит внутри этой «Завесы». Любая попытка прямого контакта с использованием биологических объектов приводит к их аннигиляции. Данные обрываются, люди исчезают.

— Мы не можем прекратить исследования, Арис, — мягко возразил Рамирес. — Слишком многое поставлено на карту. Но и посылать еще кого-то… Это безумие.

— Именно поэтому я здесь, — вмешался Томпсон. — Мое ведомство крайне заинтересовано в скорейшем получении ответов. И мы готовы рассмотреть любые предложения, доктор Торн. В пределах разумного, конечно. Бюджеты не резиновые, а жизни оперативников тем более.

Арис кивнула, игнорируя последнюю шпильку. Агент за последнее время поменял своё мнение, от бездействия, к действию, получив пинка сверху. Приказ президента был предельно ясен, продолжать научную работу.

— Я не предлагаю рисковать людьми, агент Томпсон. И я не предлагаю прекращать исследования, Рамирес. Я предлагаю изменить подход. Нам сегодня доставили «Следопыта».

«Следопыт-7» был последним словом в области роботизированной разведки в экстремальных условиях. Прочный гусеничный аппарат размером с небольшой квадроцикл, оснащённый композитным титано-керамическим корпусом, способным выдержать взрыв противопехотной мины и кратковременное воздействие сверхвысоких температур. На его борту находился целый комплекс датчиков: спаренные камеры высокого разрешения в видимом, инфракрасном и ультрафиолетовом спектрах, лидар для трёхмерного сканирования пространства, масс-спектрометр для анализа состава воздуха, счётчик Гейгера, магнитометр и высокочувствительные микрофоны. Управлял им из защищённого командного фургона оператор дронов, прошедший Афганистан и Сирию.

Ли Чен, до этого момента молчавший, вскинул голову. Его глаза загорелись интересом.

— «Следопыт-7»? Вы уверены, доктор Торн? Это экспериментальная модель, дорогая. И если он тоже…

— Если он тоже, — перебила Арис, — то мы потеряем кусок металла и электроники. Не человека. «Следопыт-7» создавался для работы в экстремальных условиях, в зонах полного радиоэлектронного подавления, при высоких температурах и давлениях. Его системы максимально экранированы. Это наш лучший шанс заглянуть за грань, не пересекая ее физически живым существом.

Томпсон хмыкнул.

— «Следопыт-7»… Насколько я помню, стоимость этой игрушки сопоставима с годовым бюджетом небольшого полицейского департамента. Вы уверены, что он выдержит то, что не выдержал человек в защитном костюме?

— Уверена ли я? Нет, агент Томпсон, в нашей ситуации слово «уверенность» — непозволительная роскошь. Но это наиболее логичный и наименее рискованный шаг из всех возможных. Мы обязаны попробовать. Вы сами сказали, что ваше ведомство заинтересовано в ответах. «Следопыт» может их дать. Или, по крайней мере, собрать данные, которые помогут нам их найти.

Рамирес задумчиво потер подбородок.

— Если предположить, что причина в каком-то специфическом излучении, воздействующем на нервную систему или органические ткани… тогда у робота действительно есть шанс. Но что, если там физическое разрушение? Или нечто, что воздействует на любую материю?

— Тогда мы это зафиксируем, — отрезала Торн. — Или не зафиксируем ничего, как в случае с Майклом. Но мы будем знать, что и сложная техника там бессильна. Любой результат будет информацией. Согласны, агент Томпсон?

Томпсон чуть заметно кивнул.

— Действуйте, доктор. Но если и эта попытка провалится, нам придется переходить к более радикальным методам оценки угрозы. И они вам могут не понравиться.

Арис пропустила его слова мимо ушей. Радикальные методы сейчас были не ее заботой. Главное, «Следопыт».

* *