Четыре шага в бреду

19

При подъезде к Москве заработала мобильная связь и пошли не отвеченные вызовы, среди них 4 звонка от Нила. На ближайшей заправке Алекс отошел размять ноги и сам набрал его.

«Не знал, как правильно объяснить, — доложил элисец. — Пацан решил, что ему надо изничтожить все улья, и кинул в них обе штуки. Кстати, всех пчел и порешил. Моя поездка прошла нормально, твою визитку вручил без проблем. Больше пока ничего».

Теперь можно было уже прямо в «Арго». Он позвонил Леночке уведомить о скором своем прибытии и попросил подготовить четыре гостевых номера. Второй ряд салона при езде по Москве пробудился и пришел в приятное возбуждение. Внешний вид «Арго» инглишам тоже весьма пришелся по вкусу: «Масштаб для клуба классный».

Когда ввалились четырехголовой компанией на ресепшен, выяснилось, что номера пока не готовы. Поэтому усадив Лару с мелкобритами трапезничать в ресторане, Алекс прямиком направился в кабинет Демко, предварительно забрав у Вадима диктофон и наушники — предполагал, что у Демко его ждет спор о выставленных ценах, и не хотел, чтобы новообращенный сексот слышал, как он будет делать компромиссные уступки.

— Вас ждут, — отводя глаза, виновато сказала Леночка. Он ободряюще улыбнулся ей, поправил в своей папочке приготовленные документы и открыл дверь Директории.

На директорском троне сидел кто-то незнакомый, этакий сановник с властным лицом, сам Демко пристроился в уголке по его правую руку, а по левую сидел субтильный парень в очках. (Целый Гаагский трибунал: судья, прокурор, защитник.)

— Здравствуйте всем, — не без труда выдавил из себя Алекс.

— И вам добрый день. Присаживайтесь, — указал Сановник на стул в торце стола для совещаний.

Чтобы не выглядеть покорным и виноватым, Копылов сел предельно выпрямив позвоночник, а руки раскидал по столу пошире, тут же невольно вспомнив, как лесные звери в поединках стараются выглядеть массивней и грозней.

— Как там ваш театр поживает? Уже декорации пакует? (Это была даже не насмешка, а полная издевка. Вот почему Демко на этот счет отмалчивался — готовили именно такой разбор полетов.)

— Да, безумно доверчивые люди — верят всему, что я им наобещаю.

— А еще, как я слышал, приедут целые бригады художников, бардов, фотографов.

— А также выставка старинного оружия и «Лавка Поэта» (кажется, ему терять уже было нечего).

— Я так понимаю, что вместо того чтобы приступить к делу со всей серьезностью, вы просто захотели всласть потусоваться со своими друзьями за наш счет.

Алекс всунул руку в карман за «Моторолой» — сильно захотел подключить к судилищу Маккоя, но вовремя вспомнил, что тот совсем не владеет русским языком. Зато рука нащупала забранный у Вадима диктофон. Вытащив его, Алекс встал и, сделав несколько шагов, уселся в максимальной близости от Сановника. Включил диктофон и положил его на край директорского стола:

— Вы не могли бы еще раз повторить ваши слова.

Сановник усмехнулся и повторил:

— Вы просто захотели всласть потусоваться в «Арго» за чужой счет.

— Наверно, это действительно было моей ошибкой с самого начала не объяснить концепцию своей работы в «Арго». Меня об этом не спрашивали, поэтому я думал, что и так все понятно и очевидно. Но наверно не все. Поэтому объясняю сейчас. Задача изначально и в «Биреме», а теперь в «Арго» была одна и та же: создать особую клубную культуру для молодежи, с тем чтобы личные связи, возникшие здесь, стали одной из основ их будущей деловой и социальной жизни. Ставка на золотую молодежь с «роллексами» и «лексусами», которая есть сейчас, проигрышна изначально. Девяносто пять процентов посетителей дорогих ночных развлечений, фитнесов и уроков английского — это люди-пустышки, чье будущее — это хамоватое чванство и просерание родительских денег. Моя ставка на студенчество из глубинки, которые хотят урвать от Москвы по максимуму. Именно для них и театр, и выставки, и барды с поэтами. И все это чтобы с минимальными затратами для их крошечных стипендий. Никаких пьянок и наркотов, этих всех взашей. Чтобы каждое утро такого студента начиналось с просмотра сайта «Арго», что там прошло вчера, что будет сегодня и завтра. Девяносто процентов молодежи не имеют интересных тем для беседы — они их получат. Люди, читающие книги, всегда будут управлять людьми, смотрящими телевизор, — они это получат. Любой специалист, не прошедший азы увлечения искусством — однобокое чмо — они и это получат. Конечно, когда перед вами вся наша программа, вы спокойно можете выгнать нас взашей и сделать все сами. Пожалуйста, попробуйте, все равно у вас толком не получится, и ни у кого не получится. Просто потому, что у вас нет и не будет нужной харизмы, а у меня и у моей команды такая харизма есть..

Алекс протянул руку, забрал диктофон, достал из папки приготовленные бумаги и положил на стол перед Сановником:

— На добрую память. — И преспокойно зашагал к двери. Его никто не останавливал.

По инерции двинулся было в ресторан и даже увидел издали головы Лары и мелкобритов, но тут же свернул в сторону, пошел по коридору, нашел еще одну лестницу и поднялся по ней до глухого тупичка перед закрытой дверью чердака, здесь и подпер спиной стену — надо было хоть немного разобраться с масштабом катастрофы.

Разумеется, всем в Питере он говорил об «Арго» в сослагательном наклонении, мол, это случится, если все подпишут в Москве. Но от этого было ничуть не легче. Образ везучего парня рушился раз и навсегда. Перед глазами тянулась вереница лиц, которым он еще вчера все обещал и во всем обнадеживал. Стыд, стыд и еще раз стыд! Без привычной поддержки Стаса и Зацепина сам себе казался до ужаса слабосильным. Несколько минут даже обдумывал, как устроить в «Арго» грандиозный пожар (не доставайся же ты никому!), потом на полном серьезе стал разрабатывать план перехода на нелегальное положение. А что, паспорт и права на Дмитрия Волкова, изъятые в квартире Стаса, прямо сейчас находятся в машине Вадима, с собой у него двадцать тысяч тугриков, Ева не подведет и сумеет ему как-то перебросить еще тысяч пятьдесят — чем не стартовый капитал для начала нового чисто цивильного бизнеса. Как-нибудь с «Биремой» и «Фазендой» справятся и без него. А не пойти ли ему вообще на строевую службу в армию — и гори все синим пламенем. Он уже вовсю смаковал картину своего пребывания на какой-нибудь ракетной точке в Эвенкии, когда послышались шаги и снизу лестничного пролета появилась стриженная головка Лары:

— Вот он где, а мы его по всему ДК ищем.

Позади нее нарисовался Субтильный, что сидел в Директории.