Страница 4 из 32
Проработав весь день без обеда, к вечеру, совсем выбилась из сил. Вдобавок пришлось задержаться немного и доделать отчет по прибыли. Выключив наконец ненавистный компьютер и убрав у себя на столе, я почувствовала, что ужасно проголодалась и решила по дороге домой забежать в пиццерию. Представив запах горячего сыра и тонкий слой теста тающий во рту, я едва не зарыдала от нетерпения. Стремительно закрыла кабинет на ключ, а после опомнилась и залезла в сумочку в поисках зеркальца. Уходя я забыла намазать губы бальзамом, а без этого холодный декабрьский ветер причинял им немалый дискомфорт, делая их сухими и потрескавшимися.
Подходя к лифту, столкнулась с Пашей Веселовым — нашим программистом. Он всегда был приветлив и дарил мне на праздники шоколадки.
— О, привет! — улыбнулась ему. — Ты домой?
— Да, — явно обрадовался мужчина. — Ты сегодня что-то припозднилась.
— Работа, сам знаешь, — устало улыбнулась ему, продолжая копаться в сумочке. — Только доделала отчет.
— Может, сходим в кино? — внезапно предложил он.
В этот момент я как раз доставала круглое зеркальце с трудом найденное в недрах сумочки и от неожиданности я едва не выронила его из рук.
Давненько меня в кино никто не приглашал. Я уж и забыла, когда такое случалось в последний раз.
Пока я раздумывала что ответить коллеге, откуда-то сбоку раздался вкрадчивый голос Роднинского.
— Сожалею, что прерываю ваш занимательный диалог, но Надежда сегодня занята.
Паша, увидев недовольное лицо нашего директора быстро ретировался и убежал, а я возмущенно надула губки. Что-то я не припоминаю, когда мы договаривались о встрече с Роднинским. Пока я раздумывала над тем проходить в лифт или кинуться следом за убегающим Пашей, Роднинский схватил меня за локоть и с невозмутимым лицом затащил в лифт.
Прикусив губу от досады, я едва не расплакалась. Теперь сплетен еще больше прибавится.
Решив не показывать свою слабость, молча вырвала свой локоть из захвата и отвернулась к мужчине спиной. Роднинский молчал, разглядывая меня с интересом.
— Не помню, что вы куда-то меня приглашали, — не выдержав язвительно заметила я.
— Какая у вас, однако дырявая память, — усмехнулся он забавлялась моей реакцией.
— Да? — пискнула возмущенно. — Напомните пожалуйста. Будьте любезны! — из моих уст сочился чистейший яд. Если бы могла, то непременно укусила мерзавца. Сорвал мне единственное свидание. Сейчас я могла бы идти в кино, а не пререкаться здесь с ним.
— Надеюсь вы не забыли, что сегодня мы обсуждали предстоящую вашу работу. Однако я не успел посвятить вас во все детали. Нам есть что еще обсудить. Не находите? Я счел своим долгом отвезти вас до дома. Или вы предпочитаете добираться домой на автобусе? — насмешливо заявил директор.
— Как интересно! — тут же съязвила я не сдержавшись. — Только я что-то совсем не припоминаю, чтобы мы условились с вами встретиться после работы. Я ведь могла бы уже уйти! И вы бы обсуждали все детали сами с собой.
— Охранник не выпустил бы Вас. Я дал ему распоряжение, — снисходительно заявил Роднинский, бросив в мою сторону загадочный взгляд.
Вот же гад! У меня от этих слов едва пар не повалил из ушей. Прищурив глаза, я попыталась немного успокоиться. Берет от волнения съехал на бок, и я сумбурно поправила его, забавно сморщив носик глядя в маленькое круглое зеркальце. Внезапно в отражении я уловила потемневший взгляд Роднинского, на дне которого обнаружила несколько странных ноток. Там были раздражение и злость на самого себя и что-то еще. Это открытие потрясло меня до глубины души. Директор, заметив мое удивление раздраженно дернул плечом, а затем опалил меня таким мрачным взглядом, от которого на ногах затряслись поджилки.
Вот, блин. Похоже я сильно разозлила директора посмев проникнуть в его потаенные мысли. Жаль, что я не успела разгадать другие чувства, скрывавшиеся на дне синего омута.
Возможно таким образом я смогла бы его понять. Тем более что вскоре нам предстояло работать вместе. Боюсь эти две недели станут для меня настоящим кошмаром. И судя по тому как смотрел на меня директор я вряд ли выдержу испытание на прочность.
— Ну что вы стоите? — вывел меня из раздумий Роднинский. — Не бойтесь я не кусаюсь!
«Ага как же!» — тут же подумала я и с опаской выглянула из лифта пытаясь увидеть охранника.
Интересно, а как бы толстый Михалыч стал бы меня ловить, если бы я решила сбежать?