Страница 44 из 77
Я был наслышан о Бахмане Верма от пациентов. Они хвалили его за качественно подобранное лечение, внимательность и доброту. Бахман был среднего роста, с черными кудрями на голове, а на лице красовалась эспаньолка — короткая остроконечная бородка.
— Давайте после приёма, — глянув на часы, ответил я. — Мне нужно поскорее вернуться на прием, чтобы принять пациентов. А то в связи с этой планёркой, и с выпиской льготных препаратов, у меня много времени ушло. Люди ждут.
— Много? — насупившись, спросил Бахман. — Я с большей частью своих успел разобраться, по записи осталось человек пять. Приму их и могу подойти к тебе помочь.. Если ты не против, конечно.
Неожиданно. Даже в прошлой жизни никто не спешил бросить свои дела, чтобы помочь мне. Каждый думал только о себе. Работы всегда хватало: инвалидности, выполнение различных планов от диспансеризации до ведении учета по вакцинации населения, не говоря уже о непосредственно приеме пациентов. А здесь сам помощь предлагает. Думаю, ему так не терпится поговорить со мной.
Отказываться не буду, такой вариант выгоднее и для самих пациентов.
— По рукам! Подойдешь в кабинет как освободишься! — ответил я.
Я мог бы и сам управиться с очередью, но лишняя помощь мне не помешает.
Очередь за время моего отсутствия стала ещё больше, но каких-либо претензий ко мне у пациентов не было. Все прекрасно видели, как всё отделение вышло из тесной ординаторской.
Я зашел в кабинет и сел за рабочее место. Старушка, которой пришлось всё это время ждать меня в кабинете, снова взялась внимательно разглядывать. Моё внимание было приковано к монитору компьютера, но я чувствовал тяжелый взгляд на своём лице.
— Ну, что? — обратилась ко мне пациентка. — Есть препараты на складе?
— Да, я сходил уточнил, — отозвался я. — Пять минут и всё вам выпишу.
— Что-то вы долговато, конечно! — тяжело вздохнула старуха.
— Прошу прощения, нас вызвали на планерку, — ответил я, оформляя в электронном виде рецептурный бланк. — Поэтому так задержался.
— Я вот по этой причине и не люблю сюда ходить, — поделилась старуха. — Я внука обычно посылаю с моими документами, чтобы он получил препарат. Вот только последний раз отказались выписывать рецепт.
— Это ещё почему? — поинтересовался я, хоть и понимал настоящую причину.
Люди в подобном возрасте любят когда с ними о чем-то ведут беседу. Да и мне было не в тягость, всё равно занимаюсь простым оформлением рецепта. Можно делать два дела одновременно.
— Сказали, мол, а мы разве знаем жива ваша бабушка или нет. Можете себе такое представить? Похоронить меня уже успели! Там ещё доктор такой был.. Спрашивает внука, а она ходит или нет. Если да, то пусть сюда сама идет. А ведь у меня ноги больные, сынок. Дойти могу сама, но тяжело мне очень сюда тащиться.
— А давно вы уже не были в больнице? — отправив рецепт распечатываться на принтере, уточнил я.
— Два года уже. Всё внук ходил. Мне же от вас, докторов, ничего и не надо. Просто лекарства все выписать.. — старуха обратила внимание на шум принтера. — Какой аппарат у вас громкий!
— Это точно! — взяв отпечатанные рецепты из принтера, улыбнулся я. Поставил свою подпись и заверил печатью. — Но я бы посоветовал вам сменить лечение.
— Мне уже ничего не поможет, буду и дальше пить препараты с вашей аптеки.. — отмахнулась старуха.
— Вы же ведь давно пьете льготные лекарства, так ведь? — спросил я.
— Лет десять, может, чуть меньше или чуть больше.
— Но ведь положительной динамики нет, — заметил я. — Мне бы очень сильно хотелось поменять вам схему лечения. Правда, есть нюанс.
— Я вас внимательно слушаю, доктор.
— Попробовать пить препараты не по льготе, а покупные, из аптеки, — объяснил я. — Если, конечно, позволяют средства. У меня уже было много пациентов, которые принимают льготные препараты, а динамики положительной в лечении нет. Я не могу на подобном настаивать, просто мне хотелось бы, чтобы вы себя чувствовали лучше.
— А что эти таблетки плохие что ли? — недоумевающе спросила пациентка.
— От них толку особо нет, — объяснил я. — Они ведь по льготе, и производитель не пытается сделать их более качественными, к сожалению. По какой причине — проблематично сказать. Мы могли бы подобрать препараты от проверенного производителя и посмотреть как изменятся результаты от терапии.
— Думаете, новое лечение мне поможет? — удивленно спросила старуха.
— Я в этом уверен, — серьёзно ответил я. — Я полностью ознакомился с вашей историей болезни. Посмотрел все анализы, которые вы сдавали за последние пять лет. Везде повышен холестерин, а ведь он — строительный материал для развития атеросклероза сосудов. Вы ведь принимаете препараты на постоянной основе?
— Я всё пью, доктор, ни одной таблетки не пропустила, –поспешно отчиталась она. — Внук следит за этим, но даже так постоянно приходится скорую постоянно вызывать. Когда давление скакать начинает.
— Тогда сомнений нет, — подытожил я. — Нужно попробовать препараты от надежного производителя и посмотреть на результат. Я уверен, что вы намного лучше себя чувствовать станете. Не против, если я вас запишу сдать кровь на анализы?
— Ну, если вам не трудно, так уж и быть приду сдавать, — инициативно ответила старушка. Затем переспросила, — правда мне лечение поможет?
— В этом даже сомневаться не стоит, — улыбнувшись, ответил я.
— Тогда напишите мне эти ваши препараты, и как их принимать, — старуха ткнула пальцем на приготовленные листочки для назначений. — Только разборчиво пишите!
Почерк у прошлого носителя тела был вполне разборчивым. Как и у меня в прошлой жизни. Несмотря на годы учебы в медицинском университете и большой стаж работы, мой почерк не сильно испортился.
Я подобрал комбинированную антигипертензивную терапию с учетом давления, которое у неё фигурировало по жалобам и истории болезни. Не забыл добавить статины в связке с эзетимибом. Препаратом, который предотвращает всасывание пищевого холестерина и растительных стеролов в тонком кишечнике.
— Держите, — передал я листок с всеми необходимыми назначениями. — Разборчиво?
— Да, всё понятно! Но вы же мне рецепт на льготные препараты всё равно дадите?
— Разумеется, — кивнул я. — Но я бы настоял на более качественных и более современных препаратах. Вы всё поймете, когда вам станет лучше.
Старуха встала со стула и почти дошла до двери. Затем остановилась и повернулась ко мне лицом.