Королева Эхо

На левой ладони титана выросла огромная и острая крюковина из Высокого Эхо, похожая на реальный коготь хищника. Ну а потом эта штуковина вонзилась в основание шеи циклопа, у плеча, где и был проводящий канал.

Мышцу, сосуды и канал разорвало вместе.

В морду Прометея опять хлынула кровь.

Циклоп заревел, бросился вперёд и всё-таки смог сдёрнуть титана с израненного тела. Он швырнул Прометея в сторону с такой силой, что тот прокатился по долине кубарем. Правда, недалеко — я остановил себя собственным силовым полем МР-2: замедлил в вязком сизом облаке и остановил. Этому научил меня Боб.

Циклопы не ожидали, что после падения я вернусь в бой так быстро. В клубах пыли, мареве Эхо и густого силового поля, я снова поднял титана на ноги и, не дав себе передышки, бросился в сражение.

Прямо в толпу оставшихся монстров.

По пути поднял с земли не одну, а две булавы — по одной в каждую руку. Оружие валялось у мёртвых тел циклопов и уже бы им не пригодилось. А мне — очень даже. Негаснущий ключ Великого Огня воспламенил шипастые навершия, озарив округу и придавая сил.

Мне нужен был тот самый пик боя, самая верхняя точка напряжения, кровавый катарсис, апогей всего моего напряжения и взрыв энергии.

Я стремился к нему, как мог.

Королева будто услышала мои мысли. Остатки её циклопьей армии ринулись мне навстречу, а в бой их повёл тот самый циклоп, глазом которого смотрела Королева. Теперь я был в этом уверен на все сто.

Она наблюдала за мной.

С булавами в обеих руках, Прометей ворвался в толпу монстров, круша всё, что попадалось на его пути, прорубая себе путь и оставляя кровавые следы.

Вот теперь это было похоже на пик боя.

Похоже, но не то.

— Королева! — заорал я. — Этого мало! Давай ещё!

Меня будоражило от напряжения, капсула пилота сомкнула вокруг меня пульсирующие стены, нейроинтерфейс, покрасневший от крови, скрутил мне тело сильнее, и если бы не крепкий проводящий костюм, то меня уже бы изранило, как если бы я был тут полностью голый.

Циклопы обрушились со всех сторон.

Бой накалялся.

Шум сражения превратился в гвалт и хаос, запах крови стал таким густым и терпким, будто я находился внутри живого тела, прямо в утробе и дышал вонью чьих-то кишков.

Пульсация внутри капсулы пилота нарастала. Тук-тук, тук-тук, тук-тук. Стучало, как сердце бегуна, как оживший мотор гоночного болида.

— Мало! — опять заорал я. — Ещё!

И Королева усилила нажим.

По титанической броне ещё мощнее заколотили ядра булав, синий огонь Общего Эхо вспыхнул прямо на мне, заискрил и начал уничтожать защитные оболочки Прометея, одну за другой.

Первым исчез Панцирь Солдата, за ним — Каменная Шкура.

Но я продолжал биться.

Силовое поле… вспомогательные ключи… атакующие ключи… всё это истощалось от моего собственного напора. И только Великий Огонь всё ещё горел на обеих булавах в моих руках.

А ещё Ярость Циклопа.

Именно она — Ярость — убила ещё одного монстра. Повалила его на спину, расхлестала грудину в крошево и сделала из неё закоптившуюся яму, тлеющую от сгоревшей крови и плоти.

— Мало! Давай ещё! — прорычал я. А может, сам Прометей.

Я уже мало что понимал и просто убивал всё живое. Циклопы шарахались от меня в стороны, отчаянно рычали, уже не от гнева, а от ужаса, но Королева, приняв мой вызов, бросала своих монстров в бой снова и снова.

И они гибли.

Один за другим.

Их было уже меньше двадцати, это точно. Награды от их мёртвых тел пожирались моим лимбом. Какие именно — чёрт знает. Я не обращал на это внимания — мне нужен был накал боя, а не смерть циклопов, не их Награды, не новые ключи.

Мне нужна была эволюция.

Эволюция.

— МАЛО! — Мой голос прогрохотал на всю долину. — МАЛО! Давай ещё!..

Внезапно в ушах прозвучал отчаянный крик Орфео Косты.

Он всё-таки смог восстановить связь: паршивую, но всё же.

— Стас! Берегись! Он прорвался с севера! Он смял заградительные отряды титанов и прорвался к тебе!.. Он прорвался!..

Это всё, что успел крикнуть Орфео.

Земля затряслась от стремительных и тяжеловесных шагов, а потом меня сшибла с ног огромная, тяжёлая и чёрная туша. Исполинское нечто налетело на меня сбоку, протаранило, завалило на спину и придавило собой.

Через оптические кристаллы Прометея я увидел циклопический красный глаз… увидел острые наросты на плечах и вздыбившийся гребень шипов на затылке… увидел, как раскрывается звериная пасть, как в глотке дрожит зеленоватая слизь, и как из тёмной утробы чудовища на меня летит лавина брызг, а вместе с ней вырывается грандиозный рык.

Не узнать его было невозможно.

Это был прародитель Прометея.

Циклоп-изгой.