Королева Эхо

— От ресурсного зелья скоро начнётся эффект отката. Нужно поспать минимум двенадцать часов, так что начинайте прямо сейчас. Завтра никто вас ждать не будет.

Мы переглянулись.

— Я вообще спать не хочу, а даже наоборот… — начал возражать Орфео.

— Живо спа-а-ать! — прогорланил Равен.

Похоже, спать хотел именно он, а нас отправлял в шатёр заодно, чтобы мы не бродили по лагерю. Учитель Равен был нашим куратором, поэтому нёс ответственность за наши похождения.

Пришлось отправляться в пятнадцатый шатёр, пока Равена не хватил удар. К тому же, он сказал, что туда уже явилась Саваж, а мне как раз нужно было отправить её к комиссару Патель.

Уходя, Орфео всё-таки не выдержал и обернулся, опять одарив гизона грозным взглядом.

— Эй, Бенетако! Мы не закончили!

Тот вышел из-за спин своей охраны и ещё раз повторил:

— Отвечу я, как и сказал!

— Ответишь, никуда не денешься, — рыкнул Орфео.

Медиков мы в итоге миновали, решили не отвлекать их от более серьёзных раненых, которым требовалась немедленная помощь. По пути к пятнадцатому шатру Эббе долго косился на мрачного Орфео и в конце концов не удержался от замечания, естественно, в своём фирменном стиле:

— Знаешь, Орфео, примечательно, что твои антропометрические параметры невелики, но с лихвой компенсированы выраженной степенью угрозы.

— Че-е-е-его⁈ — тут же закипел и вскинулся Орфео. — Ты когда-нибудь научишься говорить по-человечески, хренов умник? Стас, что он сказал? Он меня оскорбил, да?

Я усмехнулся.

— Он сказал, что ты маленький, но злой и опасный. Вряд ли это было оскорбление.

— Да пошли вы оба, — буркнул Орфео, но голос всё-таки смягчил.

По пути я почти постоянно ловил на себе взгляды: от настороженных до недовольных и даже враждебных. Оно и понятно. В глазах бойцов Генетрона я был тем, кто пошёл на Сделку с врагами, договорился с теми, кто убил немало людей и, возможно, убьёт ещё.

Никто, конечно, не сказал мне ни слова, но, как заметила Изольда Галло, «ненавидеть никто не запрещает». Вот они и ненавидели, молча и демонстративно, а вместе со мной ненавидели и всех, кто мне помогает.

Это ощутили даже Орфео с Эббе.

— Ух, парни, как нехорошо они на нас смотрят, заметили? — прошептал Орфео, заметно насторожившись.

— Позже они всё поймут, — успокоил его Эббе.

— Угу, но сначала прикончат нас.

— Никто никого не прикончит, — оборвал я их мрачные опасения. — И вообще…

Внезапно из пятнадцатого шатра, к которому мы уже подходили, выбежала Банни Роу, а за ней показались ещё двое: Данте, тяжело опирающийся на трость, и Саваж, заметно напряжённая.

Судя по их взбудораженным физиономиям, спать они тоже не хотели, зато лечебные пластыри и примочки из сиреневого желе регенерации говорили о том, что медиков они успели посетить.

— Ребята, ребята… — Роу бросилась к нам, тихо, но с напором затараторив на ходу: — Вы вообще в курсе, кого аборигены только что привели к нам в лагерь вместе с заложниками из шахты? Вы видели его? Видели?

Я уставился на Роу. Тревога и без того не успела улечься, а теперь снова охватила меня до неприятного мороза по коже.

— Ты вообще о ком говоришь?

— Зайка, я и так на взводе, ты ещё тут… — в очередной раз начал закипать Орфео.

Вместо Роу заговорил Данте:

— Помните тех эрид, которых мы видели на Тихом Перевале?

— Которые заблудились? — нахмурился Эббе.

— Ну да, и которых мы не стали убивать, а оставили бродить дальше, — закивал Данте. — Так вот… э-э… они выбрались. Но вышли не в долину к шахте, как мы, а вообще с другой стороны, у каньона. В итоге они решили добраться до поля боя в Горах Гохт. Там, где мы с циклопами сражались, а потом хоронили пятерых наших павших. И знаете, кого эриды там нашли?

От неожиданной догадки Орфео закрыл рот ладонью и пробубнил:

— Ма-а-ать вашу.

— Нет, не её, — покачал головой Данте. — Они нашли кое-кого другого. Всё ещё живого.