Королева Эхо

— Есть! — Изольда без лишних слов взобралась по скелету Малыша к его большой голове и ловко загрузилась в капсулу, будто всегда управляла только мелкими гибридами.

— Увидимся в Нигме, рыженький! Говорят, там шикарная Гражданская Зона и лучший Культурный Центр! Сводишь меня в ресторан! — попрощалась она с Данте уже изнутри Малыша, развернула его и присоединилась к остальным Малышам.

Глядя, как она уходит, я сжал кулаки прямо в капсуле пилота. Вместе со мной сжал кулаки и Прометей.

Нехорошее возникло предчувствие, настолько паршивое, что от тревоги затошнило и заныло в районе желудка. А может, это было от голода. Лучше бы от него, конечно — голод всё-таки безопаснее, чем Изольда Галло.

Если синяя дылда приняла временное перемирие с аборигенами, но веско добавила, что «ненавидеть их ей никто не запрещает», то значит, так думают очень многие из людской армии.

Возможно, вообще все.

Ясное дело, никто не заставляет сразу же подружиться с аборигенами. За двадцать один год колонизации Эльдоры были убиты тысячи солдат с обеих сторон.

Какая уж тут дружба?

Обоюдная ненависть останется навсегда в сердцах и людей, и аборигенов, так что объединённая армия будет нести эту ненависть всё время перемирия, какая бы угроза ни существовала извне.

Пока я смотрел вслед Малышу, на котором уходила Изольда Галло, и думал о ненависти, то даже не заметил, что к нашей группе подошла комиссар Патель.

Значит, пришло время рассказать всё, что случилось в шахте на переговорах. И один вопрос волновал меня больше всего: стоит ли докладывать о том, что Виктория Саваж явилась в шахту не прикрывать меня, а убить Королеву Имаго по тайному приказу руководства из Нигмы?

Возможно, об этом уже рассказала сама Королева, когда говорила с Патель.

А если так, то теперь комиссар знает, насколько Генетрон расколот изнутри, а значит и моя Сделка не даёт гарантий, что новых диверсий не будет.

Мой разговор с комиссаром Патель был долгим, обстоятельным и самое главное — приватным.

Мы скрылись в полевом шатре, оставшись один на один, без наушников, часов и других технических средств. Пока военные ставили лагерь, чтобы дать всем отдохнуть перед походом в Нигму, Патель слушала мой доклад, почти не перебивая.

Я подробно рассказал, что случилось с нашей группой после того, как в Горах Гохт от нас отделилась группа Оскара Брая.

Рассказал о кровавом бое с циклопами и эридами; о гибели полевого координатора Мэй, мага-альфы Эслера и трёх его бойцов; о том, как был смертельно ранен глава крепости «Симона» Ю-Джун Захари и о том, как мы оставили его умирать рядом с пятью курганами-могилами, потому что он сам попросил об этом.

Правда, я не стал упоминать, как Захари признался в том, что именно он заключил Сделку с отличником Морганом, чтобы тот уничтожил Прометея. Пусть эта тайна останется в Горах Гохт, и даже если Патель когда-нибудь узнает о поступке Захари, то, уж точно, не от меня.

Зато я в красках поведал о том, как мы преодолели Тихий Перевал, как встретили там заблудших эрид, и как вышли из аномалии благодаря компасу горных енн, который мне достался в бою в виде Награды.

А вот когда дело дошло до событий в шахте, мой рассказ стал скупым, а речь — односложной.

Мол, всё было так: гизон привёл меня к саркофагу, Королева родилась, но при рождении была настолько слаба, что истощила мой лимб, а потом случайно заметила прикрывающую меня Саваж, ну а потом мы вчетвером заключили Сделки. Ещё Королева вернула мне силу лимба через Диск Эхо, и я поднял ранг. Ну и… всё.

Патель сразу заметила смену манеры моей речи и прямо спросила:

— Кажется, ты забыл сказать, что маг-зеро МР-три Саваж атаковала тебя из укрытия и попыталась убить Королеву, и что Королева была вынуждена истощить твой лимб не потому что была слаба, а потому что заметила угрозу даже раньше тебя? Или это лишнее и что-то неважное, поэтому ты забыл это упомянуть, маг-зеро МР-два Терехов?

Я нахмурился и глянул на Патель исподлобья, но ничего не ответил, хотя был обязан.

— Хорошо, — кивнула она, — можешь промолчать. Но это не отменяет того, что сделала Саваж. Ты доверяешь ей после этого?

— Да, — ответил я без сомнений. — Саваж выполняла приказ Генетрона. Сначала разберитесь в том, что творится внутри корпорации, а уже потом…

— Стас, ты забываешься! — холодно оборвала меня Патель.

— Простите, комиссар.

Я замолчал, чтобы снова не забыться и не наболтать лишнего, нарушив субординацию.

Патель несколько секунд смотрела на меня, изучала мою грязную уставшую физиономию, тёрла острый подбородок и о чём-то размышляла.

— Да, ты прав, — наконец сказала она. — Нужно разобраться, что творится внутри Генетрона, но это уже не твоя задача. У тебя совсем другая цель: обеспечить Сделку с Королевой Имаго. У нас есть полгода, чтобы всё подготовить.

— А что насчёт Саваж? — спросил я, продолжая хмуриться.

Патель сощурила глаза за изящными очками.

— Маг-зеро Саваж исполнит свою клятву, которую дала Королеве. Раз в месяц мы будем отправлять её к аборигенам, пусть осваивает природную магию люминалов и становится сильнее. У этой девочки огромный потенциал. И главное, она поможет тебе с повышением ранга. Так что… — Женщина пристально посмотрела мне в глаза. — Так что вы остаётесь напарниками. Боевая группа Терехов, Саваж, Данте под кураторством учителей Зевса и Равена не распускается. Закрепляю за Прометеем сервисного инженера, мага-эксперта Роу. Также прикрепляю к вашей группе локатора Косту.

— Спасибо, комиссар, — кивнул я, ощущая хоть и небольшое, но всё же облегчение. — А что будет с гизоном? Почему он остался, а не пошёл с Королевой?

Патель улыбнулась, будто при слове «гизон» у неё случился приступ умиления.

— Гизон сам захотел остаться. Мы научим его воевать.

— Ну да, люди в этом лучшие, — мрачно заметил я и сразу же прикусил язык (опять забылся и сболтнул лишнего).

— А он расскажет нам о Червях Изури, — добавила Патель, будто не услышав моей едкой реплики.

Как только речь пошла о Червях Изури, комиссар перестала улыбаться.

По сути, мы ничего о них не знали, и нам ещё предстояло понять весь масштаб угрозы. Но даже той малой информации хватало, чтобы догадаться: нам грозит не просто война, а война на уничтожение.

Когда разговор снова вернулся к тому, что было в шахте, комиссар Патель вдруг начала расспрашивать о саркофаге. Всё до мелочей, вплоть до запаха, вида слизи и формы пор на хитиновых боках Куколки.