Страница 18 из 84
Вместе с тем, помимо общего, усредненного анализа, для полноты картины и умения вписаться в местечковые принципы сосуществования роботу необходим был конкретизированный материал об отношении к инакомыслящим в данном мегаполисе, под наименованием «Москва».
Мнение обычного обывателя-горожанина относительно ничем не отличающихся от него людей, проживающих на противоположной стороне планеты, всплыло в электронной памяти:
«У США и их властей странные сравнения. Вы бы с нами – проживающими на континенте по другую сторону Земли – сравнились в философии, нравственности, щедрости, любви божественной, наследии культуры мирового масштаба, балете, певческом таланте! А уж в силе духа с нами не стоит соперничать! Себе дороже! Спросите у немцев из-под Сталинграда! Они вам расскажут правду!»
Сознание робота не смогло понять высказывание гения-иномирянина, отметив в своем электронном мозгу, прояснить этот вопрос у своего владельца. Однако…
– Здравствуйте! – первой поприветствовала гостей.
Старший тройки, без особых раздумий, ладонью, больше похожей на совковую лопату, втолкнул «девушку» внутрь квартиры.
– Закрой рот, кукла, – посоветовал он. – Откроешь, когда скажу.
Мотнул головой подручным:
– Проверьте квартиру.
Сказать что-то еще он не успел. Программа «Телохранитель в семье» отработана была по полному алгоритму: «Ограбление с применением силы».
Вернувшегося Рязанцева, помимо ужина, ждал доклад робота о нападении на подконтрольный ей объект и три совсем свежих трупа людей той же национальности, с которой сам он имел дело не так давно. Возмущаться бесполезно. Да и нужно ли? Электронная вещь выполнила заданную программу. Детально осмотрел тела и их «начинку».
Оружие только что из ящиков со склада. Пээмы абсолютно новые. Разве что обрез, произведенный на основе винтовки, староват, да и то лишь по году выпуска, а так тоже в отдельных местах еще хранит заводскую смазку. Следовательно, это не профессионалы. Профессионалы занимаются своей работой серьезно, и оружие их – это рабочий инструмент. Оно рабочее, надежное, потертое, не раз проверенное в деле.
Все три трупа, будто с рынка в гости заскочили. На одежде видны соответствующие занятию следы. У тех, кто помладше будет, руки рабочие, натруженные. По лицам – опять Кавказ. Гм! Снова Кавказ. Ушки Жанны Валерьевны в полный рост торчат, а теперь без полицейского полковника к ней не подобраться. У Сергея нет ни помощников, ни организации, на которую он мог бы опереться. У ведьмы есть. Значит… Остается ждать ее следующего шага.
Материна машина на стоянке у дома припаркована. Ключи в ключнице, в прихожей. Прав на вождение автомобилем у него, конечно, нет, ну так они ему и не помогут, если гаишники остановят с грузом, состоящим из трех мертвяков.
– Млава, тащи сюда три одеяла, веревку, скотч. Я машину прогревать выйду, а ты компактно упакуй гостей и к подъезду выноси. Сейчас подъеду.
«Упакованный», можно сказать, компактно «сконвертированный» груз Млава без труда вынесла за одну ходку, впихнула в багажник и на задний диван «Мерседеса», уселась на переднее сиденье рядом с водителем. Сергей без привычки водить внедорожник, да еще зимой, с потугами с места тронув машину, почти крадучись через дворы выехал на нужную магистраль. В пробках потратив два часа, добрался до того самого места, на котором его хотели в последний путь отправить.
Откинув крышку люка канализационного коллектора, тела кавказской лимиты отправил на вечное пристанище. Освободившись от груза ответственности, вздохнул полной грудью.
– Поехали!..
По приезде домой апатия навалилась. День прожил шебутной, но бестолковый. Спа-ать!
Сон снился красочный, будто Сергей в прошлую явь вернулся, в те места, в которых у Лутони жил. Вот и лес рядом с дедовой усадьбой. Всё такой же запущенный. Кустарник так и норовит летник порослью поглотить. На душе светло и спокойно, и кажется, вот прямо сейчас из-за дерева улыбающийся дед объявится. Живой. Скажет…
Не объявился!
Внезапно меж деревьев мелькнула черная тень, словно кто-то вылил в сторону ведро концентрированных чернил. И сразу ясно становится, что ничего благостного в местном пейзаже нет, а промелькнувшее нечто кроме негатива несет в себе еще и смерть. Сергей из дробовика навскидку выстрелил по промелькнувшему совсем рядом силуэту, но промахнулся. Матерый гад под картечный выброс поднырнул и, будто лавина, обрушился на Сережку. Перезаряжаться уже некогда было.
Еще толком не осознав, кто напал, встретил его ударом ноги в тяжелом ботинке. Напавшая нечисть явно не ожидала такой прыти и силы от человека. Отлетела в сторону, но, прокрутившись в воздухе, без каких-либо видимых травм, ломая ветви, приземлилась в кустарник. Не зверь, не нежить и даже не демон, подобный тому, которого ранее видеть довелось. Сущь мимикрирует на глазах. Передвинувшись поближе, жидкой плямой просочилась. Поднялась в рост, нападала уже тенью в образе человека. В кустарник приземлялась, поменяв цвет – серым коконом, а прямо сейчас гадина обращается в подобие зверя. Время не теряя, ринулся на этого зверя, по-хамилионьи в секунды окрасившегося в цвет листьев на ветках. Решил было вновь ударить монстра ногой, но не получилось. Ловко увернувшись от удара, сущь, воспользовавшись его инерцией, лапой добавила скорости в Сережкино последовательное движение, а потом резко прыгнула, корпусом толкнула в спину, сбивая с ног. Склонившись над ним, монстр уже было занес конечность, превращенную в растопыренную стилетами пятерню, как вдруг в спину ему вонзилось широкое лезвие меча.
Яростный рев – это последнее, что монстр успел в своей псевдожизни сделать. Сильный пинок отбросил его в сторону, освобождая испачканного темной кровью зверя Сергея. Над Рязанцевым в полный рост стояла Млава, глядевшая на него с характерным прищуром и усмешкой, голосом деда она спросила:
– Долго вылёживаться будешь? Вставать пора.
Проснулся. Понял, что в собственной кровати лежит. Оставшуюся часть ночи проворочался. Спал – не спал, толком сам не понял. Мысли со сновидениями перемежались. Под утро полноценным сном забылся, а потому проснулся поздно и то, лишь голос Млавы заслышав:
– Вставать пора!
В голове пусто, как в помытой кастрюле, в сознание лишь одна мысль долбилась:
«Нужно кофе выпить».
Однако добраться до кофе сразу не получилось, мявкнуть не успел, как Млава вогнала иголку шприца в предплечье и впустила в организм Рязанцева бесцветную жидкость. Хмыкнув, спросил: