Мизгирь

Звездочка приняла стебли, раскрошила в горшочек, залила горячей водой, поставила томиться на печь. Марыска же, поглядывая умильно на Дуню, завела речь про Агапу, велев Дуне быть «настороже и помнить, что бабка явно умалчивает о чем-то».

— Темнит она. Скрывает что-то. Меня не провести, хозяюшка. Может и Монашек через нее пострадал!

— Зачем ей? — удивилась Дуня. — Агапа нас из прошлого вытащила! Ничего за это не потребовала!

— Если б знала — сказала, хозяюшка. Но чую, что все неспроста!

Постепенно комнату наполнил сильный смолистый аромат шалфея. Звездочка перелила немного в блюдце, поднесла Дуне и попросила:

— Мочи тряпицу и протирай зеркала, хозяюшка. Уж очень хочется новости взглянуть!

— Новости по блюдачку посмотрим! — Марыська нетерпеливо засопела. — А здеся нам покажут тайное! Если, конечно, сработает. Для того, хозяюшка, сильно захотеть нужно и мыслями настроиться!

— Тогда помолчите пожалуйста!

— Помолчим… понимаем… — за спиной Дуни сгрудились любопытные помощники, мышуха так и вовсе устроилась у нее на голове, пребольно вцепившись лапками в волосы.

Дуня начала неторопливо водить по стеклам влажной тряпицей, вспоминая последний разговор с Монахом.

Отражение задрожало и расплылось. В зависшей мути раздались какие-то шорохи, щелчки, перемежающиеся едва слышным разговором.

— Неловок оказался твой парень! Нужно было шаль сразу спалить! А девку наказать за глупость!

— Не глупая она, Домна! Просто любопытная. И я ее понимаю. Попади мне такое сокровище — тоже не устояла бы.

— Не защищай ее, Агапа! Девка нарушила закон перехода. За это должна была ответить. А ты ее пожалела, скрыла правду! Парня считай на погибель отправила!

— Пожалела, да. Обманула. Чтобы не убивалась по нему после. Я ж понимала, что у него шансов один из ста. И честно про то предупредила.

— И он согласился?

— Как видишь. Вызвался отнести шаль к мельничному озерцу у развалин. Чтобы откуда пришло — туда и ушло!

— Вот и отнес… Так отнес, что пробудил мизгиря. — в голосе Домны Адамовны прозвучали мечтательные нотки. — Помнишь, как он красиво меня добивался? Интересно, узнает теперь? Годы меня почти не изменили!

— Тебя-то не изменили? Не смеши! — фыркнула Агапа насмешливо. — Да и слепой он, разве забыла?

— Помню, конечно. Самой поглядеть на него охота.

— Опять нам с тобой работенка…

— Э, нет. Пускай этим девка заморачивается. По ее глупости все завертелось…

Агапа что-то возразила. Треск в глубине мути усилился, и спорящие голоса постепенно отдалились и пропали. Перед Дуней появилось собственное потрясенное лицо и испуганные мордашки помощников.

Открывшаяся правда подействовала словно удар молнии. Монах не украл паутинную шаль! Он добровольно пошёл на риск, чтобы отвести от нее неприятности! И теперь…

— Не печалься, хозяюшка! — Марыська уткнулась Дуне в спину. — Добудем травы-чемерицы, прознаем, где мизгирь держит Монаха и вызволим его!

— Ты думаешь получится?

— Обязательно получится, хозяюшка! — убежденно проговорили все хором. — А понадобится — и Агапу подключим. Она в этом деле тоже завязана, так что пускай помогает!