Страница 53 из 75
Глава 15
«Стой», — велел я, не сходя с места.
Нина пригнулась и закрыла лицо руками, ожидая нападения, а Шторм застыл рядом с ней с открытой пастью, из которой капала тягучая слюна.
«Встань рядом со мной».
Булдор захлопнул рот, клацнув зубами, развернулся и подошел ко мне. Я провел рукой по его морде и похлопал по спине.
В это время Митя подбежал к девушке и обнял ее. Нина отняла руки от лица, огляделась и, увидев, что опасность миновала, громко разрыдалась, прислонившись к груди парня. Тот сочувствующе смотрел на нее, гладил по спине, но не смог сдержать улыбки. Девушка его мечты прижималась к нему, в поисках защиты и сочувствия.
— Отведи ее в дом. Пусть Валера даст выпить чего-нибудь покрепче.
Митя кивнул, обнял девушку за талию и повел в сторону дома. Когда они проходили мимо, Нина испугано смотрела красными от слез глазами на булдора. Монстр же принюхивался к земле и внимательно осматривал лес неподалеку.
«Нельзя нападать на людей» — строго сказал я, прикоснувшись к пульсару на груди монстра. Мощная энергия пробежала по телу булдора, причиняя боль.
Мне было жаль его, но только так он запомнит, что сделал что-то плохое. Монстр весь сжался от волны боли, пронизывающей его нутро, и хрипло выдохнул.
«Ты можешь нападать только по моему приказу».
Шторм опустился на колени передо мной, а я продолжал поучать.
«Я — твой хозяин! И ты должен подчиняться только моим приказам».
Монстр опустил голову к земле и дышал часто и поверхностно.
«Нельзя нападать на людей», — еще раз повторил я и убрал руку.
Булдор с облегчением выдохнул и лег на землю. Я дал ему время прийти в себя, а сам раздумывал о том, как быть. Нина уже второй раз ведет себя подобным образом. При виде убегающего визжащего человека в монстре просыпался инстинкт охотника, поэтому все, кто имеет дело с монстрами, знает, что нужно быть спокойным и все делать без резких движений, чтобы не спровоцировать его.
Похоже, девушка не может совладать с собой при виде монстра, поэтому придется попрощаться с ней. Сама того не ведая, она навлечет на себя беду.
После того как булдор успокоился, я повел его к реке, на песчаный берег. Шторм опустил голову к воде, понюхал и принялся шумно пить. На всякий случай я забрался в лодку и отвязал ее от причала. Однако монстр, напившись, попятился прочь от воды и остановился, только когда дошел до травы.
Ага, значит, к воде равнодушен. Буду иметь в виду. Два года назад в Анапе, прямо в море организовали единственную в мире арену для водных монстров. Сам я там еще не был, но очень хотел посетить и посмотреть, как там все устроено. Чтобы попасть на сражение, люди платили большие деньги и по слухам были в полном восторге. Бой морских чудовищ считался самым необычным, поэтому билеты раскупались на несколько месяцев вперед.
Я привязал лодку к причалу и повел булдора к пастбищу овец. Он узнал это место, поэтому, когда я разрешил ему побегать, сорвался с места и понесся к толстой березе, а потом обратно ко мне. Вскоре к нам присоединился Митя.
— Как там Нина?
— Уже лучше, прогнала меня, — горько усмехнулся он.
— Знаешь, я думаю, что нам лучше с ней попрощаться, — я бросил на парня внимательный взгляд.
— Как это? — не понял он.
— Хочу уволить Нину.
Парень встал в ступор и долго не мог произнести ни слова, затем упал на колени и, молитвенно сложа руки, принялся жалобно просить:
— Пожалейте ее, Дмитрий Иванович. Как же она без работы-то? Умрет с голоду в темной подворотне. Кто же Клаве будет помогать картошку чистить? А посуду мыть? Не выгоняйте ее, пожалуйста-а-а.
Я усмехнулся. Не о Клаве он волнуется.
— Но ты сам видел, как она себя ведет. Притом, я ее уже предупреждал. А если в следующий раз булдор меня ослушается и оттяпает ей, дурехе, голову? Кого за это накажут? Меня! Я несу ответственность за все, что делает мой боец.
— Я с ней поговорю. Я ей все объясню. Пожалуйста, Дмитрий Иванович. Пусть она останется. Как же мы жить-то без нее будем?
Я видел, что Митя уже готов расплакаться, и кивнул.
— Хорошо. Пусть остается, но ты ей все хорошенько объясни.. Хотя, может, она сама после такого захочет уволиться, — пожал я плечами.
Митя встал на ноги, поклонился чуть ли не до земли и радостно произнес:
— Спасибо, Ваше Благородие! Никогда не забуду вашей милости. Что угодно у меня просите — все выполню!
— Ладно. Иди, — отмахнулся я.
Митя грузно побежал в сторону дома в своих залатанных резиновых сапогах.
Тем временем Шторм носился по пастбищу, вывалив язык, как собака. Он явно устал, но никак не мог остановиться, наслаждаясь внезапной свободой. Я его понимал: совсем несладко быть запертым в клетке.
Только когда булдор совершенно без сил опустился на траву, я дал ему отдышаться и повел к дому. На улице совсем стемнело, и в окнах горел свет. Проходя мимо дома по пути к амбару, увидел в окне кухни Митю и Нину. Парень вполголоса что-то пытался ей объяснить, а девушка, сложив руки на груди, презрительно смотрел на него, а затем выкрикнула:
— Не подходи ко мне, идиот! Еще не хватало тебя слушаться. Ты кто такой, чтобы мне указывать?
Митя опешил, а затем опустил голову и вышел из кухни. Через пару секунд хлопнула задняя дверь и послышались тяжелые шаги. Я отвел булдора в клетку и запер. Следом пришел расстроенный Митя. Я не стал его ни о чем расспрашивать, а велел накормить монстра и смазать мазью раны и лапу, на которой росли когти. Тот кивнул и поплелся к хлеву за бараном.
Вернувшись в дом, застал деда за его обыкновенным занятием — чтением газет.
— Дима, а, может, съездим к Савелию? — спросил дед, когда я устало опустился напротив него.
— Да, надо выяснить, куда он деньги девал.
— Что-то неспокойно мне. Не мог он так поступить. Не мог, — упрямо заявил дед.
— Послезавтра утром поедем за новой машиной, тогда и заглянем к твоему Савелию, — я вытянул ноги и откинулся на спинку дивана.
— Новую машину? — заинтересовался дед и убрал газету, которую держал в руках. — Откуда деньги?
— Неважно. Теперь они мои, — отмахнулся я. — Заплатим налоги, чтобы спать спокойно, и купим машину.
Дед хмыкнул, с подозрением посмотрел на меня, но не стал больше ни о чем расспрашивать.
Вскоре Клавдия объявила, что стол накрыт, и мы с дедом перешли в столовую. Нина, как обычно, стояла недалеко от двери и накручивала на палец локон белокурых волос. Я остановился возле нее, отчего ее грудь резко выдвинулась вперед, а взгляд стал с поволокой.
— Дмитрий Иванович, вы что-нибудь хотите? — промурлыкала она.