Страница 17 из 31
После ужина отец ушел в свой кабинет, а братья перешли в гостиную. Главным украшением комнаты являлся большой камин. Его изысканная резьба придавала помещению особый шик, а огонь, танцующий в очаге зимой, обычно создавал атмосферу тепла и уюта. Но сейчас было лето, и пустой зев камина усугублял и без того напряженную атмосферу. Камин казался черным и бездонным, готовым поглотить заживо.
Алексей, зажимая в руке бокал с виски, присел на подлокотник дивана, а Иван, развалившись в кресле, смотрел на брата.
— Что планируешь делать?
— Если это мой ребенок, буду о нем заботиться.
— Ты в ней не уверен?
— Кто ее знает.
— Мне казалось, она тебе нравится, твой типаж.
— Как любовница — да, но как жена, не уверен.
— А какой должна быть жена?
— Как наша мать: добрая, надежная, заботливая.
— Забота матери не остановила отца от измен, да и их брак распался. Может, если бы она была как Полина, отец бы ей не изменял? Что думаешь?
— Я об этом не думал. Но вряд ли Полина после всего того, что было, простит меня.
— Нужно с чего-то начинать. Позвони первым, — предложил Иван.
***
Милютин жал на звонок, но дверь Марининой квартиры не дрогнула, зато дверь соседки приоткрылась
— Так нету их, уехали, — сказала та.
Не знаете, надолго и куда?
— Так новый Маринкин хахаль их на свадьбу повез.
— Кто, на чью свадьбу? — удивился Милютин.
— Да я откуда знаю, модный такой весь, я когда мужа хоронила, он в таком же костюме был.
Недовольный, он развернулся на выход: “Какой, нахрен, хахаль, какая свадьба”. Телефон Марины оказался вне зоны доступа.