Страница 56 из 74
— В толстенной каменной стене? Не-е-ет, два часа придется ждать. Надо по-другому выбираться. Хорошо бы было найти ворота или черный выход, но, боюсь, там уже полно охраны и все с автоматами или жезлами.
— Что за жезлы? — заинтересовался он.
— Потом объясню, — отмахнулся я.
Мама осматривала Михину больную ногу, а дядя прислонился к стене и выжидающе смотрел на меня. Они полностью полагались на меня, а я никак не мог сообразить, что делать.
— Значит так, — решительно сказал я, немного подумав. — У меня есть способ перелезть через стену, но вы должны в точности делать то, что я говорю.
Все согласно закивали. Я хотел применить то, что делал лишь раз за свою жизнь, но другого выхода из ситуации не видел.
— Сначала я сам попробую перебраться. Если получится, то вернусь за вами. Хорошо?
Они опять с готовностью закивали. М-да, вот так невзначай я стал главой рода при живом дяде. Ну, ничего-ничего, я справлюсь! Соткав два упругих липких шара, я прицепил их к ладоням и подошел к стене. Глубокий вздох и я, прилепив руки к стене, пополз. В прямом смысле пополз по вертикальной стене, как муравей.. ну, или паук. Через пару метров понял, что надо было и к подошвам ботинок прикрепить по липкому комку, так как ноги скользили по старым крошащимся кирпичам.
Когда добрался до самого верха, сел на краешек стены и расплавил огненной паутиной колючую проволоку, закрученную в спираль. Затем огляделся: на обратной стороне стены росли коротко стриженные кусты и густая трава, за городом светлело небо, издали виднелась вереница машин, мчащихся с огромной скоростью. Я сразу понял, что они еду по «наши души», поэтому быстро спустился и велел Михе:
— Цепляйся и держись крепко!
— Может, сначала маму и дядю? — тихо спросил он, с сомнением взглянув на мои руки.
Никто из них не видел паутину, прилипшую к моим рукам.
— Нет, сначала ты.
Он нехотя обхватил меня за плечи, и я пополз, предварительно прикрепив паутину к ботинкам. Миха был тяжелый для моих дряблых мышц, но паутина держала крепко. Когда мы добрались на самый верх, с меня стекал пот и сердце бешено стучало. Пару раз глубоко вздохнув, я спустил Миху в кусты и снова поднялся к дыре в колючей проволоке. Но, когда посмотрел вниз, понял, что недооценил врагов. Мама и дядя стояли на коленях в оцепенении, а над ними нависал огромный мужик с жезлом в руке и в дорогом бордовом костюме. Он жадно шарил взглядом по теням и темным углам, затем занес жезл над мамой и глухо спросил:
— Я еще раз спрашиваю тебя, коза старая, где остальные?