Смерть врагам.

Я даже не знал, как выйти из машины. Понадобилось еще несколько минут, чтобы проскользнуть через водительскую дверь, возле которой никого не было. Вдвоем мы быстро расправились с монстрами, и Отшельник устало опустился на корточки.

— Или я не в их вкусе, или они здесь по наводке, — он посмотрел на меня. — Похоже, тебя хотели убить с помощью астралов. Другого объяснения у меня нет. Ни один из них даже голову не повернул в мою сторону.

— Много их еще?

— Нет, больше никого.

Тут дверь ближайшего подъезда открылась и показалась седая голова.

— Кажись, никого нет.

— Нет никого, дед. Выходи.

Старик близоруко щурился и с интересом рассматривал остатки сгоревших или переломанных монстров.

— Эка жуть, — всплеснул он руками. — Видел я сквозь щелочку, как вы их. Молодцы! А я уж думал всё — конец городу, а значит и всем нам. Заходите, заходите ко мне. У меня чайник только вскипел. Старуха вчера булки с маком испекла.

Мы не стали отказываться и с готовностью последовали за стариком. В его однокомнатной квартире было очень тесно. Особенно из-за множества чучел животных.

— Охотником я был, — объяснил старик. — Все руки не дойдут выкинуть. Память все же.

Старуха была слепая. Она сидела на кровати и перебирала четки. На приветствие вошедших ответила лишь кивком.

— Как же она пекла, если ничего не видит? — шепотом спросил я старика.

— Не глухая я, — ворчливо отозвалась старуха. — Я в своем доме все знаю. Даже булавку найду, не то, что муку и сахар.

Между тем старик налил нам по крепкому чаю и поставил на стол корзинку с выпечкой. Мак был посыпал неравномерно, где-то было так много, что хлеба не видно было, а где-то совсем не было. Однако на вкус булки были отменные.

— Часто к вам монстры прорываются? — спросил я старика.

— Да не-е-е, на моем веку два раза было. Только не верю я в то, что они сами прорвались.

— Много не болтай! — прикрикнула старуха. — Не каждому можно свои догадки рассказывать.

Старик подмигнул мне, и дальше мы пили молча. Когда он вышел нас провожать, то поведал нам свои предположения.

— Каждый раз до того, как монстры к нам проникали, я видел машины охранников. Вот и сегодня три машины встретил. Номера столичные, морды у всех квадратные и боевики с ними. Это они их пропускают. Больше не кому. Если бы астралы сами могли прорваться, то их никто бы не смог остановить.

Мы с Отшельником переглянулись. Наши мысли совпадали. Похоже, Воронову стало настолько страшно, что он больше не хочет сажать меня за магическую сеть и вытягивать энергию, а решил уничтожить меня. Не бойся, прилизанный, мы обязательно встретимся! Только радости ты не почувствуешь.

Мы поблагодарили хозяев за гостеприимство и вернулись к машине. По тяжелому вздоху Отшельника я понял, что он очень расстроился. И было отчего: весь кузов в вмятинах и царапинах, оба боковых зеркала отгрызены, все стекла покрывал толстый стой смердящей слюны и шерсти, несколько фар разбиты или выковыряны.

— Хорошо хоть колеса целые, — я пытался приободрить его немного. — Думаю, с кузовом не будет больших проблем.

— Ты прав, но все равно жалко. Два года мне его тайком на заводе собирали. Ну да ладно. Главное, астралов уничтожили и тебя спасли.

Мы пожали друг другу руки и залезли в машину. На востоке занималась заря. Пока Отшельник, чертыхаясь и тяжело вздыхая, сметал дворниками грязь с лобового окна и обильно промывал омывайкой, я устало навалился на сиденье и сам не заметил, как уснул.

— Ты всё еще жив??!! — услышал визгливо-испуганный голос Воронова.

Он снова стоял в светлом круге, но выглядел не так как раньше. Вместо дорогого костюма — камуфляжная одежда коричнево-зеленого цвета, волосы не прилизаны и торчат в разные стороны, бледное лицо покрывала редкая щетина.

— Попался! — радостно закричал я. — Теперь не уйдешь!