Страница 27 из 65
Студенты разочарованно стали разбредаться каждый по своим делам, а мы с подругой, облегчённо выдыхая, решили отсидеться пару минут в комнате. Однако, открыв дверь, Нана резко затормозила, отчего я врезалась ей в спину.
— Ауч! Нана, ты чего? – Тут она, наоборот, среагировала быстро: прошмыгнула в комнату, затаскивая меня за собой и захлопывая дверь.
— М-да. Хорошо ещё, что Розенталь не вбежала сюда. Иначе с нас бы точно не слезли, – заметила Нана.
Наша комната видоизменилась. Причём основательно. В первую очередь она стала больше раза в полтора. У стены нарисовался милый каменный камин, окно стало больше и во всю стену. На нём была молочного цвета тюль и бордовая бархатная занавеска. Напротив друг друга стояли две кровати с бело-красным, причём шёлковым, постельным бельём; между ними у окна стоял белый стол с резными ножками, а посреди комнаты на полу был застелен молочного цвета меховой ковёр. Шкафы тоже изменились: белые, с какими-то выбитыми узорами. Пока я рассматривала нашу комнату, Нана решила заглянуть за дверь, ведущую в туалет. Там была полноценная ванная комната и ещё одна дверь сбоку в туалет.
— Это что? – в недоумении спросила я неясно кого.
— Вы уже вернулись? – потягиваясь на кровати, спросил сонный белый кот в штанах.
— Яшка? Это твоих рук дело? – обратилась к нему.
— Нравится? Вы проголодались? Я сейчас!
— Стой, нам сейчас на лекции. Ты лучше скажи, зачем всё это? Если кто-то увидит, нас же точно тогда попрут.
— Не попрут. Это же не вы, а я сделал. Вдруг вы захотите тут остаться?
«Вот подхалим»,— заворчал опять Райко.
— Ладно, с этим потом разберёмся. Идём, нам уже пора на лекции. Кстати, по защите. – Нана заглянула в листочек и снова убрала его.
— Можно в этот раз вы сами, а то я устал, – лениво зевнул этот… хранитель и снова улёгся спать.
«Без него обойдёмся!»— снова проворчал Райко. Ладно, вариантов всё равно нет.
— Идём, нас свои проведут, – дёрнула подругу, и мы поспешили в следующую аудиторию. Коридоры практически опустели, что говорило о приближении звонка. Мы как раз пришли вовремя, и Нана забежала первой, а вот меня перехватил тот самый парень, который, оказывается, стоял здесь и ждал. Он был довольно высок, но немного худощавого телосложения, тёмно-русые волосы с более тёмными концами и длинной чёлкой. Зелёные глаза были в обрамлении пушистых длинных ресниц. Симпатичный, но не в моём вкусе.
— Какого?
— Что ты тут делаешь? – почему-то зло процедил он, однако за этой злостью скрывалась ещё одна эмоция, но какая — я пока не разобрала. Да и некогда.
— Слушай, тебе какая разница? Зачем ещё приходят в академию?
— Это магическая академия.
— Да ладно? А я и не заметила, – съязвила я, стараясь выдернуть руку, но захват был очень сильным.
— Что же, и правда плевать. Рада, что выбрала моего брата, а не меня? Каково это — снова быть брошенкой? – При этом он приблизился довольно близко, настолько, что наши кончики носов практически соприкасались. Его рука на моём запястье сжалась ещё сильнее.
— Пусти, мне больно! И вообще, тебе какая разница? – Я не знаю, кто это, о каком брате идёт речь и вообще что происходило между ним и второй моей половинкой души. Одно ясно: она его отшила.
«Вот же гадёныш»,— возмутился Райко, и во мне в очередной раз поднялся жар.
«Райко, угомонись»,— напомнила ему Миневра.
— Какая? Ты права, ведь теперь ты точно никому не нужна. Без магии, брошенная всеми женихами. Но если ты попросишь… Хорошо попросишь… – Зрачки этого сумасшедшего расширились, и он снова потянулся ко мне.
— Я сказала, пусти! – Жар во мне достиг предела. И видимо, что-то отразилось на моём лице, ибо парень явно удивился и теперь смотрел на меня так, словно видел в первый раз. Уже прозвучал звонок, и из-за этого придурка мне точно влетит.
— Кажется, моя ученица сказала тебе отпустить её, – тихо, но грозно раздался голос дедули. Он стоял совсем близко, а значит, был тут уже достаточно давно, чтобы увидеть и услышать всё, что нёс этот придурок.
— Это наше личное, – как-то вяло огрызнулся сумасшедший.
— Она моя ученица, а значит, это и моё дело тоже. Особенно когда она против. Между прочим, сейчас прозвенел звонок о начале занятий, и по вашей вине она опаздывает. И вы тоже.
Тот в свою очередь наконец отпустил меня, и я смогла прошмыгнуть в аудиторию. Хотела закрыть дверь, да только следом за мной шёл этот самый больной и наш дедуля.
— Чего застыла? Иди быстро на место, – подтолкнул он меня и пошёл к столу.
Лекция удалась. Во всяком случае, у нас с Наной и остальных, чего не скажешь о том сумасшедшем. На нём дедуля отыгрывался по полной, так что даже остальные смотрели на него с сочувствием.
— Я так понимаю, он в чём-то провинился? – тихо шепнула Нана с кривой усмешкой.
— В коридоре ко мне прицепился. Какую-то чушь нёс.
— Теперь ясно, чего учитель его так терзает. Сам виноват.
***
— Я смотрю, у вас тут весело, – Альберт сидел в кресле и потягивал напиток.
— Зато я смотрю, у тебя скучно? Государственные дела уже все решены, Ваше Величество?
— Да брось. Как же я могу такое пропустить, когда твои подопечные тут такое устроили. Розенталь, наверное, готова была свои туфли проглотить. Она же думала, что Даглос в её руках, а тут наша Нана.
— Это было то ещё зрелище. Бедный Даглос.
— Тебе налить?
— Давай. – Альберт встал и пошёл к графину, в то время как Рэйнар посмотрел на свою руку и не мог поверить глазам.
— Тебе со льдом?
— Да, два кубика, – ответил он, быстро возвращая рукав на место.
***
— Я сейчас лопну. – Яшка постарался на славу. Сочные бифштексы, фрукты, сок. Я так объелась, что сейчас даже не могла пошевелиться, настолько было тяжело и лень.
— Ещё бы, столько съесть. И куда в тебя столько вмещается, – глядя на меня и смеясь, ответила подруга.
— Просто всё было таким вкусным. Знаешь, как у нас говорят: глаза голодные. Вот и я смотрела и не могла остановиться. Особенно фрукты.
— Ну ты и обжора, – мы обе рассмеялись, как вдруг в дверь постучали.
— Кто? – спросила я.
— Ученица Нана Воильтер, вас вызывает к себе ректор. – Мы переглянулись с подругой, не спеша с ответом.
— Кажется, он очень хочет с тобой пообщаться наедине. Мне пойти с тобой?
— Не стоит. Разберусь. – Подруга встала и ушла, а я осталась валяться в кровати и медленно отходить от съеденного ужина.
…
— Ректор, вы вызывали?