Страница 38 из 50
17. ПОХИТИТЕЛИ МОРФИЯ
Стоял полдень, когда в кабинет инспектора по кадрам управления Каспийского пароходства вошел мужчина в светлом чесучовом костюме и капроновой шляпе. Короткая с проседью бородка и роговые очки придавали посетителю интеллигентный вид. На вопрос инспектора, что ему угодно, человек с бородкой добродушно улыбнулся и сказал:
— Я шеф-повар… Желал бы у вас трудоустроиться. Врачи рекомендовали мне морской воздух… Астма.
Инспектор покосился на посетителя.
— Тогда вы не по адресу. Вам нужно в курортное бюро.
Человек с бородкой не обиделся и в тон инспектору сказал:
— Я не на курорт прошусь, дорогой инспектор. Я и сейчас работаю в военном госпитале. Один приятель передал мне, что вам нужны повара. Вот я и решил поплавать на море годок-другой, пока здоровье позволяет. Причем, я не прошусь куда-то в далекие рейсы, здесь в каботаже…
— А нам как раз нужны повара на суда дальнего плавания.
— Нет-нет. Это не по мне. Пока вы станете оформлять и плавать расхочется…
Инспектор встал, прищурил глаза и спросил:
— У вас документики имеются?
— А как же? — человек с бородкой положил на стол паспорт, четыре орденских книжки, справки и снял шляпу.
— Вы что, орденоносец?
— Как видите. Кавалер трех орденов Славы, Красной Звезды, старшина-гвардеец. Все прошел, кроме моря…
Посетитель собрал свои документы, положил в карман и тихо сказал:
— Извините за беспокойство… Я пойду.
Инспектор удивился.
— Постойте, гражданин. Вы действительно хотите работать или пришли отметиться?
— Если вам нужен профессиональный повар, то, стало быть, я пришел на работу.
— Хорошо. Идемте со мной к начальнику. Раз вы орденоносец, фронтовик-гвардеец, то ваше оформление будет коротким. Как ваша фамилия?..
…Агавелов и Огнев, не слишком надеялись на Кафарова, но все-таки такого рапорта не ожидали. — «Гражданка Тер-Терова ведет скромный образ жизни… с соседями не общается. Работает честно и ничего не знает о побеге из колонии», — писал участковый.
«Скромный образ жизни». Можно подумать, Жанна Тер-Терова сама невинность.
Либо участковый не справился с заданием, либо умышленно «подретушировал» портрет. Огнев повертел в руках страницу с рапортом.
— Черт возьми! — Эдуарда что-то осенило. — Как мы не могли додуматься раньше? Щенки мы с тобой, Андрей!
— Пожалуйста, объясни в чем дело.
— Да, я же олух! Олух!
— Самокритично, ничего не скажешь.
— Нет, ты подумай: говорим, говорим без конца о «Султане», подозреваем его в чем угодно, но до сих пор не произвели обыска на квартире его сестры!
— Оснований не было.
— Но ведь Лейла опознала его на фото… еще Ибрагимов дал весьма интересную информацию.
Санкция прокурора была получена. На обыск в дом к Тер-Теровой приехали Огнев, Агавелов и два милиционера. Понятыми пригласили соседей.
Прочитав постановление, Жанна чуть было не лишилась чувств. Побледнела, заплакала. Ей вежливо предложили удалить сына из дому и сесть на стул в указанном месте. Жанна, наконец, успокоилась, притихла. Обыск в квартире не пугал ее. «Вот, если бы киоск…». Однако обошлось.
Как только непрошеные гости ушли, Жанна затащила сына в комнату, стала лихорадочно целовать его щеки, лоб, глаза. Мальчик вырывался, пугливо озираясь на мать.
— Бог есть, — приговаривала Жанна, — бог помог нам, спас от гибели. Теперь хорошо. Теперь все уладится. Только бы мой дорогой братец держался подальше. Подальше, чтоб он сгорел!
На следующий день, увидев Кафарова, она обрушила на него поток проклятий. Кричала, что он неблагодарный, хочет подвести ее «под монастырь». Участковый, не знавший об обыске, сам расстроился. «Обошли», — тревожно подумал он. «Не доверяют, значит. Неужели подозревают в чем-то?» Он обмяк, притих. Жанна принялась утешать его. Как-никак, Кафаров все-таки был ей нужен.
— Что ты, Кафик? Черт с ними! Пришли обыскивать — останутся с носом. Что у меня есть, матаг? Крохи! Они думают, если я сестра этого негодяя, то миллионерша. Ошибаются. Ты сегодня ко мне не приходи. И завтра тоже, не надо. Пусть успокоятся, а там посмотрим. Кто может нам помешать?!
Кафаров кивал не очень уверенно. Она угостила его коньяком и он, повеселев, ушел.
Но Жанна уже не доверяла ему. В тот же вечер она перенесла драгоценности домой. Она предполагала, что во второй раз работники милиции не пожалуют к ней «в гости».
Однако обстоятельства, сложившиеся в последние дни, вынудили начальника милиции Асланова взять дом Тер-Теровой под наблюдение. Для этой цели был использован агитпункт квартального комитета, окна которого выходили к ее дому. Это дело было поручено капитану Ибрагимову.
По заданию Агавелова, Армо Арушанов встретился с одесситами. Развязность, отличное знание воровского быта — все это подкупило залетных преступников. Они доверились ему.
Матвей Чуйков с Моней, захватив маленький чемоданчик, в котором находилось десять коробок морфия, пришли к саду Ильича в условленное время.
— Ну, Армо, двинем? — спросил Чуйков.
— Аптека шестьдесят вторая! Заведующий свой парень — Тофик Алиев. Сговоримся и толкнем морфий за 200 дубов…
— Для начала неплохо… Хотя можно было взять больше.
К аптеке они подъехали на такси. Алиев поздоровался с Армо, как со старым приятелем. Внимательно выслушал его, но согласился взять только восемь коробок морфия. Матвей раскрыл чемоданчик, выложил товар на прилавок. Воры не знали, что из-за стеклянной двери ассистентской на них направлен объектив фотокамеры.
«Приятели» покинули аптеку в самом веселом расположении духа. Армо предложил обмыть «удачу». Сказал, что знает одну шашлычную на проспекте Народов Востока, в подвальчике. Но шашлычная, как на грех, оказалась закрытой на перерыв.
— Не волнуйтесь, братцы, — успокоил их Армо. — Сейчас уладим. Здесь все свои.
Заведующий, действительно, узнал Арушанова, открыл дверь.
— Гурген, дорогой, я с гостями. Помоги поддержать марку!
— Какой разговор? Проходи, для тебя нарушим распорядок.
Уселись за столик. В маленьком зале было пусто, прохладно, из кухни тянуло шашлычным дымком. Через некоторое время в подвальчик спустилась пара — блондинка в узкой черной юбке и крепкий, смуглый мужчина. Это были Эра Гончарова и капитан Ибрагимов. Они заняли соседний столик.