Страница 199 из 224
Чтобы развлекать себя между посетителями, кассирша держит у себя в тесном закутке маленький телевизор; он настроен на сетевое утреннее шоу, звук убавлен. Пока Кэти ждёт сдачу, на экране вдруг появляется её лицо. Старая фотография, ещё до того, как её жизнь развалилась, — из буклета к её персональной выставке в галерее, которая когда-то представляла её работы. На том снимке у неё стильная короткая стрижка, а теперь волосы длинные и стянуты в хвост. В чёрной бейсболке и без макияжа она выглядит куда менее эффектно, чем на том студийном портрете в телевизоре. Хотя звук и тихий, Кэти слышит, как её называют подозреваемой — не просто лицом, представляющим интерес для следствия — в убийстве двух агентов ISA. Каких агентов? Зенона и Райса? Как вообще может идти расследование убийства, если тел нет? Какую ещё хитро состряпанную ложь они придумали, чтобы загнать её в ловушку? Пока кассирша отсчитывает сдачу, за фотографией на экране идёт снятое на смартфон видео, где Кэти у гипермаркета днём раньше — там, где её травила толпа.
— Подождите, — говорит кассирша, когда Кэти тянется к купюрам и монетам на прилавке. — Кажется, я вас чуть на тридцать центов не обсчитала.
Она пересчитывает сдачу, а утреннее шоу вбивает последний гвоздь, показывая снимок чёрного Range Rover.
— Да-да, и правда едва не недодала, — говорит бабушка и добавляет к сдаче монету в двадцать пять центов и монету в пять.
Она оборачивается посмотреть, что так приковало внимание Кэти к телевизору, но там уже крутят фрагмент из нового фильма с Генри Голдингом.
— Меньше всего на свете мне хотелось бы снова стать двадцатилетней, — говорит бабушка, — но уж если бы стала, я бы поехала в Голливуд, нашла этого красавчика и сделала бы его честным человеком.
Когда Кэти благодарит кассиршу и поворачивается к Либби, девочка стоит, застыв от ужаса. Она всё увидела.
Аллея проклятий
Яркое раннее утреннее солнце кажется неуверенным, словно по велению какой-то злокозненной силы вот-вот начнётся полное затмение, и весь остаток дня расползётся в пепельный сумрак, где света — едва четверть, а злые люди смогут делать своё дело в вечной тени.
Переходя через парковку к Range Rover, Либби говорит:
— Вся страна искала того парня, который убил свою невесту. Везде крутили видео, которое он сам снял с ней: она там такая красивая, такая милая, а он её задушил или забил до смерти. Все знали, как выглядит этот урод, и все страшно хотели его найти, но не могли неделями и неделями,
месяцами
. Почему нас не будут искать так же трудно?
— Будем надеяться, — говорит Кэти.
— Ну а как же, нам
надо
надеяться. Всё время двигаться — как говорил твой муж. Судьбы — снайперы. Они хотят, чтобы ты стояла на месте. А мы не стоим на месте. Мы не из тех, кто сдаётся, правда?
— Правда.
У Range Rover Либби говорит:
— Давай. Скажи это. «Нет, чёрта с два, хрен там, ни за что, я никогда не отступлю».
Кэти улыбается и повторяет.
Девочка сжимает кулаки, бьёт ими воздух и заявляет:
— Мы справимся. Мы можем это сделать. Поехали и сделаем это.
— Я дам Майклу Дж. его запечённую свинину. А ты залезай и доставай карты из бардачка. Нам надо кое-что спланировать, и планировать будем на ходу.
За рулём, уже в дороге, Кэти извлекает из памяти адрес в Кентукки — один из контактов в документе, который Суди передал ей, когда она была вдовой всего три дня, из тех восьми страниц, что она выучила наизусть. Это не адрес человека, который может сделать новую личность, способную выдержать тщательную проверку. Это другое место — там их с Либби примут, укроют и помогут продумать безопасный путь через эту вооружённую охоту, в которой ISA и прочие намерены найти её и добить.
Она не в силах вынести мысль, что, пережив Молоха, окажется поданной на стол Левиафану — в зубастую глотку техногосударства с миллиардом глаз и миллиардом ушей, преследуемая миллионами его прислужников. Им она нужна отчасти потому, что знает о Молохе, а в остальном потому, что в глазах сенатора она теперь опасная незавершённая проблема — ещё опаснее, чем прежде. Фото Либби в утреннем телешоу не показали, скорее всего потому, что её фамилия могла бы навести кого-то на связь с её родителями, известными в определённых научных кругах. С учётом их специальностей, если Франческа и Роли втянуты в это дело, будет сложнее продать ложь о том, что Рингрок был объектом EPA и что его уничтожил взрыв природного газа. Даже если бы Либби знала о Молохе меньше, чем знает, тем, кто устроил тот провал, всё равно было бы необходимо сделать так, чтобы девочка закончила как удобрение в каком-нибудь дальнем поле.
Кэти говорит:
— Забудь про межштатные автомагистрали. Там патрулей больше, чем на других дорогах. Даже если гнать себя до изнеможения по второстепенным трассам, нам понадобится два дня, а то и больше, чтобы добраться до Вегаса. Слишком далеко. Мы и до середины не доедем, если копы ищут чёрный Range Rover. В Кентукки есть одно место, в нескольких милях от маленького городка Каспертон, там живут люди, которые нам помогут. Найди лучший маршрут. На картах есть таблицы времени в пути. Важно знать не только расстояние, но и сколько часов уйдёт.
Перебирая карты, Либби говорит:
— Может, нам вообще бросить Range Rover?
— Хотелось бы. Но… ты в последнее время машины угоняла? Вскрывала? Вот и я нет. Это не мой набор навыков. Да и вообще — что толку менять одну засвеченную машину на другую?
— Каспертон? К-а-с-п-е-р-т-о-н?
— Да, именно.
— И кто там?
— Спенсер и Мэрион. Мой Ави служил на войне вместе с их сыном, Джеком. Джек там погиб. Тогда Ави сопровождал его тело домой — как это делают в Корпусе, всегда в форме, с гробом через полмира, чтобы погибший ни минуты не оставался один.
— Они же не будут знать, что мы едем. Вдруг мы для них слишком… ну, слишком в розыске.
— Это не такие люди, милая. Я позвоню им с одноразового телефона, когда будем подъезжать. Они нас примут, помогут добыть другую машину и решить, как быть с Вегасом. Когда ты с кем-то побратался кровью в Корпусе, как мы с ними, — это семья навсегда.
Положив карты себе на колени вместо стола, девочка разворачивает одну, поверх неё — другую и принимается за дело.
— Вот Каспертон. На карте это просто крошечный кружочек, значит, город совсем маленький. Я пойду от него назад.
— Чем быстрее, тем лучше, — говорит Кэти.
В багажном отсеке Майкл Дж. ворчит, кружит по своему пространству, непривычно высоко подняв хвост, и только потом наконец устраивается.