Страница 140 из 224
Идя вдоль стены эллинга, Кэти чувствует запах гниющей под пирсом рыбы — зловоние, которое даже ветер не в силах смести до конца. Другой запах, куда более слабый, сначала кажется просто химическим, но быстро узнаётся как бензин. Она останавливается, и Либби тоже замирает рядом. Даже проливной дождь не сразу смывает следы недавнего разлива топлива на досках пирса. Упрямые радужные разводы нефтепродукта плавают на плёнке дождевой воды — синие, зелёные, серно-жёлтые арабески, мерцающие в луче.
Когда Кэти выключает фонарь, впереди слева, у двери эллинга, виден тусклый свет. Веер бледного сияния то расширяется, то сужается, снова расширяется, снова сужается. Лис замирает в этом слабом полукруге, поднимает нос, вынюхивая какие-то запахи, а потом спешит дальше, к концу пирса.
Раньше Кэти не оставляла здесь свет включённым — тогда, когда обнаружила выбитый замок и пропавший подвесной мотор.
— Держись за мной, — говорит она.
Либби слушается, и они подходят ко входу.
Дверь качается под ветром, петли поскрипывают. Кэти прижимается лицом к щели, но никого не видит.
Крепко сжав AR-15 обеими руками, она стволом отжимает дверь. Быстро переступает порог, ведя винтовкой слева направо, — угрозы нет.
Лязг металла о металл и трещоточный звук заставляют её посмотреть к началу трапа. Штормовой накат, прорываясь под большими воротами со стороны озера, взбаламучивает воду в швартовочном месте; она бурлит медленно, как поганое варево в ведьмином котле. Отражения подвесных ламп, искажённые волнами, кажутся не поверхностными, а глубинными — будто там, внизу, шевелятся щупальцевидные существа нездешнего происхождения. Маленький каютный катер поскрипывает, налегая на кранцы, которые защищают его от ударов о стенки швартовочного места. На открытой палубе у транца высокий мужчина, склонившись, занимается делом — снова подсоединяет двигатель и топливный бак. Он роняет инструмент и выпрямляется, вытирая руки о чёрную форму; работа закончена, и он стоит спиной к Кэти, которая осторожно спускается по трапу. Мужчина поворачивается, вероятно, чтобы отдать швартовы, закреплённые на утках.
Увидев её, он реагирует не удивлением, а той холодной надменностью и едва скрываемым презрением, которые Кэти впервые пришлось вынести, когда они встретились у грота больше двенадцати часов назад.
— А, это вы, — говорит Роберт Зенон. — Я как раз собирался идти к дому и предупредить вас. Надо уходить. Объявлена эвакуация.
— Вы забрали мотор и оставили меня здесь.
— Только чтобы вы не ушли без меня. Я с самого начала собирался забрать вас с собой, когда придёт время уходить. Мой напарник, Хэмптон, разбил лодку, на которой мы сюда приплыли. Он был… заражён. И я не хотел, чтобы он сбежал на вашей.
— Если твоя винтовка лежит на палубе, даже не вздумай за ней наклониться. С AR-15 не обязательно быть чертовски хорошим стрелком, но я как раз такая, и я разнесу тебе голову.
— Моя винтовка в каюте, — он указывает в сторону носа. — Я вам не враг.
Выдержав долгую паузу и дав ему вдоволь насмотреться в дуло винтовки, она говорит:
— Пистолет у тебя на бедре. Достань его за рукоять левой рукой, только большим и указательным пальцами, и брось за борт.
— Моё удостоверение ISA — настоящее. Мы с вами на одной стороне.
Она стреляет один раз, кладя пулю так близко от его головы, что он наверняка слышит её свист в воздухе — даже сквозь треск выстрела.
Он вздрагивает.
— Чёрт! Вы угрожаете офицеру закона.
— Любому полицейскому на углу я, может, и доверюсь, если на нём форма. Но никаким законом, который вы там примете, меня не заставишь доверять таким, как ты. Доверие заслуживают. Бросай пистолет в воду — или я брошу туда тебя.
Переведя взгляд на Либби, уже спустившуюся по трапу, Зенон говорит:
— Это кто у нас, Сьюзи с дробовиком?
Он щурится, узнавая её.
— Ты. Ты их дочь. Какого чёрта ты сюда добралась из Оук-Хейвена?
— Не слушай его, — говорит Кэти девочке. — От него одни неприятности. Отойди от меня, милая. И от него тоже. Обойди швартовочное место и иди к носу катера.
Пока Либби идёт вперёд по мокрым доскам, Зенон напускает на себя начальственный вид и смотрит на Кэти умоляюще, но строго.
— Послушайте, вы не понимаете, что происходит. На Рингроке кризис. Здесь небезопасно.
— Молох, — отвечает Кэти. — Слияния, порождения, ядерный заряд, который может сработать в любую секунду. Кое-что я понимаю. Брось пистолет за борт.
Он недоверчиво снова смотрит на Либби.
— Они тебе
сказали
? Они рассказали
ребёнку
обо всём этом?
Кэти уверена, что его изумление неподдельно, но знает и другое: он тянет время, выжидая момент, когда она отвлечётся.
— Эй, мудак, делай, что я сказала.
Сейчас же!
— Ладно, хорошо. Я понимаю, почему вы так взвинчены. Но я правда на вашей стороне.
Левой рукой, потянувшись через грудь, он вынимает пистолет из кобуры большим и указательным пальцами. И бросает его в воду.
— А теперь убирайся с катера, — требует она.
— Вы не можете оставить меня здесь. Вы не из таких.
— Уверена, у тебя есть телефон. В отличие от моего, который вы каким-то образом отключили, твой, надо полагать, работает.
Он не спорит.
— Сейчас за мной никто не придёт. Не при всём этом… при том, как всё теперь есть, и когда время уходит.
— С катера. Живо.
Он опускает голову и изображает уныние, но Кэти подозревает, что он смотрит на свою винтовку, лежащую на палубе, — просчитывает, лихорадочно строит планы. Несмотря на всё, что он говорил, у него и в мыслях не было идти к дому и забирать её с собой, когда он покинет Лестницу Иакова.
Она говорит тихо, но голос её звучит отчётливо:
— Через пять секунд ты труп. Раз… два… три…
Он перемахивает через борт на настил швартовочного места. Вид у него испуганный и побеждённый, но это тоже поза. Он настороже и ждёт любого преимущества, которое может ему выпасть. Если сможет — он её убьёт.
Жалость
Вонь от рыбы, гниющей под пирсом, сюда, сквозь стены, не проникает, но в этот необычайный миг эллинг всё равно кажется таким же пристанищем Смерти, как любой мавзолей. Похоже, сама гроза изменила свой ритм, а крыша стала мембраной барабана, и потому эта дробь звучит уже не как дождь, а как поступь похоронной процессии — торжественное и глубоко тревожное объявление неотвратимой судьбы.
Держа AR-15 наготове, Кэти пятится от Роберта Зенона к Либби, оставляя ему свободный путь к трапу.