Страница 4 из 78
Пока женщина поила мужа отваром, старик ткнул меня пальцем в бок и раздраженно прошептал:
— Признавайся, Шурик, опять в отцовские дневники залез? А я ведь запрещал тебе их открывать. Если кто узнает, что ты его дело продолжаешь — не сносить тебе головы.
— Никуда я не лез, — возмутился я тихо, но его слова заставили меня задуматься.
Что это за дневники такие, и почему их запрещено открывать? Похоже, в этом мире нужно быть очень осторожным с алхимией. И что значит — не сносить головы? Казнят тут алхимиков, что ли?
— Михаил, как вы себя чувствуете? — обратился дед к мужчине, когда тот выпил весь отвар и с облегчением прислонился к стене.
— Лучше, — кивнул он. — Даже дышать стало легче, и сердце не так сильно колотится. Что это за чай такой?
— Смесь трав. Стоит дороже, чем успокаивающий чай, но гораздо эффективнее, — пояснил старик.
Настоящий торгаш. Сам же был против, а теперь расхваливает, чтобы побольше заработать.
— Куплю грамм двести. Вдруг снова поплохеет, — кивнул мужчина.
Пока я выбирал травы и отсыпал нужное количество, дед взвешивал их на весах и подсчитывал стоимость.
— Спасибо вам большое. Мы знали, что вы нам поможете, — женщина расплатилась и забрала пакет с готовой смесью.
— Только вы это.. молчок, — вполголоса проговорил дед. — Сами знаете, нам запрещено аптекарским делом заниматься.
— Разве это аптекарское дело? — удивлённо приподняла она бровь. — Мы же у вас просто чай купили.
— И то верно, — с облегчением выдохнул дед.
Хм, а вот это уже интересно. Какое отношение к аптекарскому делу имеет обычный лавочник? Надо бы всё выяснить, и как можно скорее.
Пара попрощалась и двинулась к выходу. Вдруг у самой двери ноги мужчины подкосились. Он охнул и грузно свалился на пол.
— Миша, что с тобой⁈ — женщина выронила пакет и опустилась на колени рядом с мужем. — Он не дышит!
Старик подбежал к мужчине и приложил ухо к его груди.
— Сердце не бьётся, — еле слышно выдавил он и посмотрел на меня.
В его глазах плескалась паника.
Горгоново безумие! Кажется, я его убил..