Страница 44 из 194
Владыки как политические лидеры
Находясь в таких неблагоприятных природных условиях, черногорские племена зачастую жестко конкурировали между собой за скудные ресурсы и пастбища, что приводило к возникновению межплеменной вражды и даже практики кровной мести.
«Племена катун бились с племенами Реки и Цермницы, пиперы воевали с белопавличами, а белопавличи в то же время с катунянами; морачане с ровчанами, которые опять же бились с белопавличами и пиперами; баицы попеременно бились то с дольнекрайцами, то с негушами и цекличами; люботиняне с цеклинянами, цеклиняне с добрлянами»
, – так писал о черногорских реалиях того времени П.А. Ровинский.
В этих условиях единственным организующим и примиряющим звеном выступала православная церковь. Духовным центром черногорцев был Цетинский монастырь, который являлся резиденцией местных митрополитов. Черногорского владыку (так здесь именовали митрополита) избирал общенародный Збор, а затем владыку утверждал патриарх Сербской православной церкви, к юрисдикции которой формально и относилась Цетинская епархия. Поэтому именно владыка имел решающий голос при принятии важнейших решений на общеплеменных скупщинах. Неудивительно, что именно церковь во главе с митрополитами вскоре взяла на себя роль главного объединителя черногорских земель и борца за их независимость. Именно владыки начинают процесс объединения племен и концентрации центральной власти в своих руках. Постепенно Черногория приобретает черты теократического государства, где глава церкви является одновременно и главой государства.
Можно сказать, что этот процесс начинается с митрополита Данило Негоша (годы правления 1697–1735), представителя племени негушей, который в 1697 году становится черногорским митрополитом. При нем была отменена практика выбора владыки из разных племен. С этого момента все черногорские владыки будут избираться только из рода Пéтровичей Негошей. Именно они станут правящей династией в Черногории вплоть до начала XX века.
Владыка Данило стал первым правителем, который объединил в себе церковную и государственную власть. Он стремился прекратить межплеменную вражду и архаичные пережитки. В 1713 году он установил «Суд владыки Данилы», который стал первым общечерногорским судебным органом, а также ввел наказания за кровную месть.
Многие историки признают, что владыка Данило усиленно сопротивлялся исламизации черногорцев, поскольку считал их проводниками турецких интересов, и что при нем даже имело место насильственное истребление и изгнание потурченцев из Черногории в 1707 г. Так, считается, что к 1712 году большинство потурченцев бежали, вернулись в православие или были физически уничтожены.
[3]
[Например, у Аншакова. Однако, например, черногорский историк Ж. Андрияшевич оспаривает этот факт, говоря, что принявшие ислам черногорцы сами постепенно переселялись в пределы Османской империи и что никто их насильственно не «истреблял».]
Неизвестный художник. Данило Негош. Князь и митрополит Черногории. 1847
На службе Петра I находилось множество выходцев из этих земель. Российский негоциант, дипломат и сподвижник Петра Савва Рагузинский родился в Дубровнике (совр. Хорватия); эмиссары Петра в Черногорию: полковник Михаил Ильич Милорадович – предок будущего героя Наполеоновских войн и генерал-губернатора Санкт-Петербурга М.М. Милорадовича, – был родом из герцеговинских сербов; капитан Иван Лукачевич – уроженец Подгорицы; и многие другие. Но в это время Петр в России активно развивал флот, и ему нужны были опытные мореплаватели, кораблестроители и капитаны, среди которых особенно славились бокельцы (жители Боки Которской), коих Петр также активно принимал на русскую службу. Например, уроженцем г. Пераст в Боке Которской был российский адмирал Матия (Матвей) Христофорович Змаевич, отличившийся в морских сражениях со шведами во время Северной войны. Несколько позднее, при Екатерине II, уроженец Херцег-Нови Марко Иванович Войнович участвовал в создании Черноморского флота и стал его командующим, а затем и адмиралом.
Готфрид Кнеллер. Портрет Петра I. 1698
Во время правления владыки Данилы были установлены первые дипломатические контакты с Россией. В 1711 году в Черногорию прибыли посланники русского императора Петра I – М. Милорадович и И. Лукачевич, которые призвали черногорцев принять участие в общей борьбе против Османской империи.
В то время Россия вела русско-турецкую войну (1710–1713 гг.), и как раз тогда Петр I готовился к своему известному Прутскому походу. Ему нужны были союзники на Балканах среди христианских подданных турецкого султана. Однако на его призыв не побоялись откликнуться только черногорцы. В поддержку своего нового союзника они предприняли ряд нападений на турецкие крепости. В целом их действия были довольно успешными, но, как известно, Прутский поход оказался неудачным для русской армии, которая вместе с самим императором попала в окружение. Русский царь был вынужден пойти на невыгодный мир с турками, сводивший на нет результаты его Азовских походов. Черногорцы долго не верили в поражение России и продолжали боевые действия до 1712 г. Прутский поход Петра I нашел отражение даже в черногорском эпосе. В одной народной песне говорилось, что Петр заключил мир с турками поневоле, и потому
«заплакал и мал, и велик, всяк жалел царя православного».
После неудачи русской кампании черногорцы, по сути, остались один на один с разъяренными османами. Турки, разумеется, не спустили с рук восставшим подданным выступление на стороне противника. В 1712 и 1714 они организовали карательные экспедиции против мятежных черногорцев. Последняя из них была самая крупная и жестокая. Нуман-паша Чуприлович получил указ от султана, чтобы
«камень на земле, которую покорили, сделался красным от крови черногорской»
, а также велел доставить живым в Стамбул для казни владыку Данилу. В ходе этого похода от рук турок погибло около 2 тысяч черногорцев, еще столько же было уведено в рабство. Цетинский монастырь был разрушен до основания.