Страница 128 из 194
Черногория в составе Королевства СХС
Новое государство, в состав которого вошла Черногория, простиралось теперь от Любляны на севере до Битоли на юге и составляло почти 250 тыс. км
2
. Черногория привнесла в него свои 14,5 тыс. км
2
. В 1918 году население Королевства составляло около 12 миллионов человек и было крайне неоднородным по этническому и религиозному составу. В новом государстве проживало около 4,7 миллиона сербов (39 %), 24 % хорватов, 8,5 % словенцев, около 4 % албанцев. Черногорцев было чуть более 200 000, что составляло около 1,5 % от всего населения.
Религиозная сфера была централизована, то есть все религиозные общины прежних государств теперь входили в подчинение соответственно Сербской православной церкви, Епископской конференции или Исламской общины Сербии. Унифицированы были образование, здравоохранение и административная система.
Все регионы различались между собой и по уровню хозяйственно-экономического развития, унаследованному от тех политических образований, в которые они входили ранее. Черногория, будучи отсталой аграрной территорией, была одним из самых слаборазвитых регионов нового государства. Еще из предвоенных и военных лет Черногория тянула за собой множество экономических проблем, прежде всего нехватку плодородных земель и невозможность населения себя прокормить. Статистика показывает, что после войны более 150 тыс. человек в Черногории остались без средств к существованию. Поэтому в 1919 году центральное правительство направило сюда миллион килограммов муки. Однако голод, усугубленный засухой и неурожаем, продолжался и в последующие годы. В 1923 году сюда было направлено уже 2 млн килограммов муки.
Между Черногорией и другими регионами нового государства существовал огромный разрыв и в уровне индустриализации. Промышленность была более-менее развита в Сербии, Хорватии и Воеводине, и совсем плохо в Македонии, Черногории, Боснии и Герцеговине, Косово.
И все же в последующие годы в Черногории были сделаны заметные успехи в этой сфере. Экономика городов постепенно начала расти. Увеличивалось число городских жителей, а также различных предприятий. По переписи 1927 года в Черногории насчитывалось более 500 ремесленных мастерских и торговых лавок. Были открыты и промышленные предприятия: несколько паровых токарных станков, мебельная фабрика, современная маслобойня в Баре, два рыбоперерабатывающих предприятия, ликеро-водочный завод. К 1928 году также открылись пять банков. К началу войны в 1941 году действовало 11 электростанций и около сотни телефонных станций. В первые десять лет существования Черногории как нового государства расширилась дорожная и железнодорожная сеть, хотя и не в необходимом объеме. В 1930 году в Черногории появилась первая воздушная линия Белград-Подгорица.
Многое было сделано и для развития образования. В Черногории открывались начальные и основные школы, появилось несколько педагогических училищ: Цетинская духовная семинария, Коммерческое училище в Подгорице, которое затем было преобразовано в Морскую академию в Которе и Сельскохозяйственное училище южных культур в Баре.
Развивалось книгопечатание, появлялась новая печатная продукция, издательства и типографии. С конца 1920-х годов появилось новое поколение черногорских литераторов, заявившее о себе во всем югославском регионе. Наиболее яркими представителями этого поколения являются Радован Зогович, Мирко Баневич, Милован Джилас, Ристо Раткович. В конце 1920-х заявил о себе Савич Маркович Штедимлия, один из крупнейших политических публицистов тогдашней Югославии. В 1931 году в Цетине был основан профессиональный театр – Национальный театр Зетской бановины. В 1926 году открыт Государственный музей в Цетине. Первые кинотеатры распахнули свои двери в 1913 году в Никшиче и Которе.
Тем не менее, проблема неграмотности населения оставалась. По данным переписи 1931 года, 56 % населения Черногории были неграмотными. Самый высокий процент неграмотного населения наблюдался в регионе Бело-Поле (72,3 %), а самый низкий – в Которе (26,8 %).
Черногорцы встречают гражданский самолет Farman. 1930
Все учреждения культуры и образования в новом государстве выполняли и идеологическую функцию, и должны были пропагандировать идею о братстве «триединого народа», с 1929 года получившей название «югославизм».
В идеологическом плане в Черногории помимо прочего важно было еще полностью дискредитировать прежний уклад жизни и, главное, авторитет династии Петровичей-Негошей, в частности короля Николы. Целая кампания была направлена на то, чтобы в массовом сознании закрепить негативное представление о его правлении, семье и о нем самом. Для этого писались специальные брошюры, на это была нацелена официальная сербская историография и многочисленные гуслярские песни.
Гусли на территории Балкан, в т. ч. Черногории были одним из самых важных и влиятельных средств массовой информации вплоть до середины XX века. В обществе, где более половины населения было неграмотным и где существовала многовековая традиция оценки исторических событий и личностей в гуслярских песнях, влияние гусляров на формирование политических взглядов было значительным. В этих новых гуслярских песнях, создававшихся в двадцатые годы XX века и посвященных событиям Балканских и Первой мировой войн, Николу представляли как предателя и труса, а жизнь его семьи во дворце – как пример самодурства, расточительства и разврата.
Если новому государству и пришлось менять политическое сознание черногорского общества, разрушая прежних «идолов», ему совсем не было необходимости перекраивать его национальное самосознание. В Черногории все еще господствовало убеждение, что черногорцы – это сербы. Как в официальной, так и в неофициальной терминологии Черногория была одной из «сербских земель», а черногорцы – частью сербского народа.
Подгорица. Колоризированная почтовая открытка. 1910-е
Идея о черногорцах как особой нации начала появляться гораздо позднее и сначала среди черногорской королевской эмиграции, которой было выгодно обособить их от сербов, чтобы требовать пересмотра положения Черногории в рамках Королевства. Совершенно отдельно от эмигрантского правительства тезис о «черногорской нации» затем возник и внутри Коммунистической партии.