Страница 4 из 34
— Я поищу телефон, — сказал он. — У него есть фонарик.
— У меня сел.
— Разумеется, сел. У тебя вечно что-нибудь разряжается, выходит из строя или пропадает именно тогда, когда это меньше всего нужно, — хмыкнул он с насмешкой в голосе.
— Это что сейчас было? — она резко повернулась на звук его голоса. — Ты правда решил заняться разбором моих недостатков именно сейчас — в темноте, в гостинице, посреди бури?
— Я просто констатирую факт.
Анна едва не сорвалась с места — что-то горячее и колючее поднялось в груди, растеклось до кончиков пальцев.
— А я могу только отметить, что ты ничуть не изменился — всё такой же несносный.
— А ты — осталась такой же…
Он осёкся. Тишина между ними стала почти осязаемой — только его дыхание, тяжёлое и прерывистое, и дождь, не умолкающий за стеклом.
Анна стиснула зубы и сжала кулаки так, что ногти врезались в ладони.
— Какой? — произнесла она наконец. — Договаривай.
— Никакой. Забудь.
В темноте она слышала его сбивчивое дыхание.
— Нет уж, — голос вышел тише, чем она хотела, и это разозлило её ещё сильнее. — Раз уж начал — заканчивай.
— Анна, — предостерегающе произнес он.
— Что — Анна? — она почти засмеялась, но смех не получился. — Я как была Анной, так ею и осталась.
Михаил тяжко вздохнул.
— В этом-то и проблема.
Она резко села. Сердце снова забилось где-то в горле — высоко, неудобно, мешая дышать ровно. Она была почти благодарна темноте за то, что он не видит её лица прямо сейчас.
— Знаешь, что? Я лучше уйду!
Она откинула одеяло, спустила ноги на пол — и тут же ударилась коленом о какую-то тумбочку, которой раньше там точно не было. Сдавленно ругнувшись, она замерла.
— Куда ты пойдёшь? — голос его стал тише.
— Куда-нибудь. Только бы не оставаться здесь. С тобой!
— Сядь, Анна.
— Не указывай мне, — её голос едва не сорвался на крик.
— Пожалуйста.
Это «пожалуйста» прозвучало так непривычно, что она и правда села. Снова — на край кровати, повернувшись к нему спиной. За окном грохнуло так, что стёкла отозвались дрожью.
Они молчали. Где-то этажом ниже хлопнула дверь, послышались встревоженные голоса. Кто-то побежал по коридору. Потом снова были слышны только дождь и ветер.
— Давай договоримся, — наконец произнёс Михаил.
— О чём?
— О правилах. Если уж нам придётся… жить вместе. Две недели.
— Две недели? — она снова повернулась к нему, хотя видеть всё равно ничего не могла. — Ты с ума сошёл? Я уеду утром. Погода должна наладится.
— И что твоя погода? Все отели забиты. Жилья не найти.
Анна закрыла лицо руками. Две недели. Две недели в одном номере с человеком, которого она так и не смогла забыть. Да и как бы она смогла это сделать? Как? Ведь прошлое ее так и не отпустило. В ее жизни был человек который постоянно напоминал обо всем.
— Хорошо, — сказала она глухо. — Какие правила?
— Первое: мы не говорим о прошлом.
— Согласна.
— Второе: каждый занимает свою половину номера и свою половину кровати.
— О, ты весьма великодушен! — Анна не смогла удержаться от сарказма.
— Третье: мы стараемся пересекаться как можно реже. Завтрак — по очереди. Ванная — по графику.
— Четвёртое, — добавила она. — Никаких личных вопросов.
— Согласен.
Тишина опустилась снова — но уже немного другая. Не такая натянутая. Анна осторожно легла обратно, на самый край, прижавшись щекой к прохладной подушке. Она слышала его дыхание совсем рядом — и одновременно за тысячу километров.
— Анна.
— Что?
— Спокойной ночи.
Она не ответила. Просто закрыла глаза.