Страница 56 из 67
Перестраивая, собор разделили на четыре этажа, не считая бездонных подвалов, заваленных древним хламом. Два нижних отдали музею, в двух верхних поместили библиотеку, а на колокольне в летние дни целовались влюбленные парочки. Кроме того, музей разделили на залы, где собраны тематические коллекции, например, «телепорты всех времен и народов»; но один зал занимали особенно ценные или редкие экспонаты, и охраняли его гораздо строже прочих. Все знали, что ночью в соборе лениво дремлет старик-сторож, подслеповатый и страдающий радикулитом; проникнуть внутрь, владея даже самыми простыми заклинаниями, не составляет труда. Но зал Редкостей сторожит совсем иное существо, не знающее ни подкупа, ни пощады — василиск, убивающий взглядом. Рассвет обращает в камень его самого, и он стоит как один из экспонатов, но на закате пробуждается, и горе тому, кто не успел покинуть это место. До василиска зал сторожил трехголовый цербер, но он издох от старости, и папочка где-то раздобыл и подарил городу новое чудовище. Что и сказать, великодушный жест!
Я почти не сомневалась — Крыс проберется в музей через подвалы. Но как он избежит смертоносного взгляда василиска? Вероятно, у папочки есть ответ. И это очень захватывающе.
Отыскать открытую форточку в зале Редкостей не составило труда. Директор музея не боялся воров, рассчитывая на смертоносное Чудовище, но боялся погубить Редкости жаркой духотой. Убедившись, что смогу очутиться в нужное время в зале, я взлетела на крышу и присела на водосточную трубу, в виде головы с вытаращенными глазами и разверстым в немом крике ртом. Что это: пароксизм боли или наслаждения? Исследованию этого вопроса я посвятила время до полуночи, но прийти к какому-нибудь выводу так и не успела — на площади раздались шаги и шепот. Мальчишки крались к музею. Отсюда сверху мне было их отлично видно. Интересно, как они справятся с василиском?
Простейшее заклинание отомкнуло запоры. Сторож спал на новых диванах из кожи сфинксов в читальном зале (облетая собор, я слышала его богатырский храп — ни за что не скажешь, что такие звуки производит тщедушный старик-простец).
В это время часы на здании Совета пробили двенадцать, и луна, ослепительная и круглобокая, разорвала облака, с тихой улыбкой поглядела на землю. Ветер принес из дальних лесов жалобный вой оборотня, городские собаки ему ответили яростным, ненавидящим лаем. Внутри собора что-то щелкнуло, грохнуло, разбилось на мелкие осколки, отворилось с натужным скрипом.
— Ни с места! — закричали в два голоса в зале Редкостей. — Руки вверх!
Ах, кажется, я все пропустила. Это оборотни во всем виноваты. Они такие брутальные мужчины. Ах!..
Я протиснулась через форточку и взлетела к потолку.
Зал Редкостей освещал скупой магический свет. Трое стояли над василиском, остолбеневшим и пучившим жабьи глаза в обыкновенное зеркало. Кажется, до этих пор он не представлял, как выглядит, и окаменел от собственного вида. Но зеркало! Это так просто, что даже не приходит в голову!
Двое мальчишек поймали Крыса у открытой витрины и наступали, упираясь ему в грудь волшебными палочками. Подняв руки вверх, он лепетал что-то бессвязно-умоляющее, мелко дрожал и бочком пятился к черному провалу люка, зиявшему у него за спиной. Я нашла, что его шансы сбежать высоки, и не стала вмешиваться.
— Отвечай, что тебе велели тут похитить? — сурово допрашивал его Герой.
— Я... я ничего-с... — пищал Крыс. — Мне никто-с... не знаю-c... случайно... перепутал-с...
— Не ври! Мы все знаем! Мы знаем, кто тебя послал сюда. Признавайся, что он велел тебе украсть?!
— Если все знаете, чего же спрашиваете?! — вдруг с грубой насмешкой сказал им Крыс и, изогнувшись, нырнул в люк головой вперед.
Крышка упала на место с громким стуком. И тут василиск судорожно дернулся.
— Где же он? Ты видишь?! — суетились мальчишки внизу, потеряв Крыса и не замечая опасности.
Как забавно, весьма забавно, когда завтра обнаружат их окаменевшими. Как удивятся, какие пересуды пойдут! И я не удержалась от хохота, вообразив, как откроет рот наш уважаемый директор школы, господин Яснов. Как же, как же! Такие прекрасные дети, Герой и Лев, обещают стать прекрасными магами. И надо же — какая трагедия!
Хохот в вороньем исполнении звучит как «кра-кра-кра». Неприятный звук, особенно когда он раздается ночью, за спиной и неожиданно. Они вздрогнули, обернулись с палочками наготове. В синем свете их лица показались мучнисто-белыми. Это еще больше меня рассмешило. Как же, как же! Какая-то птичка, а перепугала двух героев до обморока! Но была и грустная сторона — так вышло, что они заметили оживающего василиска. Какая жалость — не придется увидеть изумленных физиономий уважаемых профессоров! Мальчишки кинулись со всех ног к дверям и с треском захлопнули их за собой. Я задержалась на мгновение дольше и выскользнула в миг, когда василиск ошалело повел смертоносными глазами.
Вся семья уже сидела за столом.
— Ты, как всегда, опаздываешь, милая, — ворчливо заметила мамочка, целуя меня в лоб. Видимо, встала не с той ноги.
— Ах, мамочка, часто нужно прикладывать столько усилий, чтобы придерживаться своих принципов. Вот, к примеру, сегодня: я встала едва ли не с первым лучом солнца — пришлось проявить изобретательность, чтобы задержаться, — ответила я, усаживаясь.
— О!О!О! — выдавил Чорт.
Это он взял в руки газету. Папочка нервно забарабанил пальцами по столу.
— Что случилось, милый? — спросила мамочка. — Кто-нибудь решил еще одно Принципиальное заклинание?
— Нет, лучше! Вы представляете, зал Редкостей обокрали, все-таки обокрали!
— Неужели?! — голос папочки был немного нетерпеливее, чем следовало.
— Как же такое возможно? — удивилась мамочка. — Нет способа, каким можно миновать василиска. Или есть?
И она бросила на папочку Взгляд, но он уже совладал со своим нетерпением, и Взгляд пропал даром.
— Если и есть, то мне он неизвестен, — отрезал он.
— Что же украли? — я вернула разговор в нужное русло.
Чорт жадно пробежал глазами по строчкам.
— Посмертное Предсказание Сивиллы. Огромная Редкость, колоссальная Ценность. Оно пролежало в хранилище почти тысячу лет. Это Предсказание было сделано Сивиллой на третий день после ее смерти. Записано на посмертных пеленах. Оно считалось самым достоверным Предсказанием о возвращении Князя Тьмы, но никто толком не помнит, что в нем было.
— Замечательно! — ядовито заметила мамочка. — Теперь все лишатся разума и будут ждать Конца Света.